Поиск по сайту
Авторизация
Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?

 
Новости за текущий месяц 
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
30 31 1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 1 2 3


 
 
Облако тегов 
 
 

Красноуфимские казаки в Крестьянской войне под предводительством Е.И.Пугачева

Об участии красноуфимских казаков в Крестьянской войне (1773-1775г.г.) под предводительством Е.И.Пугачева

  Во время восстания Пугачева Оренбургские казаки оставались от него в стороне, отстояли Оренбург от осады Пугачевцев, а некоторые полки помогали усмирению в составе русских отрядов.  За верность государю императрица Екатерина пожаловала казакам синий цвет - символ российской государственности; с тех пор брюки и околыш фуражки оренбургских казаков синего цвета.
 Но красноуфимские казаки, видимо составили исключение. Остановимся на этом поподробнее.
 С историей Красноуфимской крепости, которая насчитывает всего 45 лет, связана история крупнейшей крестьянской войны XVIII века под предводительством Емельяна Ивановича Пугачева.  Проследим роль казачества в крестьянской войне на территории нашего края.

 В конце 1773 года к стенам Красноуфимской крепости подступил четырехтысячный отряд восставших русских и башкир под руководством Салавата Юлаева. Воевода крепости поручик Никифор Бахмутов, не надеясь на гарнизон, сдал крепость без боя. На сторону повстанцев перешел весь казачий гарнизон крепости.

 Так, опубликованные документы повстанческого лагеря свидетельствуют о существовании в то время органов местного самоуправления восставших в захваченных повстанцами районах. С октября 1773 года стали действовать канцелярии при атаманах в захваченных ими крепостях. В январе 1774 года образовалась походная канцелярия в отряде Салавата Юлаева в Красноуфимской крепости.

 При Пугачеве была создана военная коллегия - высший исполнительный и распорядительный орган. 8 февраля 1774 года последовал указ военной коллегии есаулу Красноуфимской крепости М.Д.Чигвинцеву о приведении жителей крепости и окрестных селений в подданство Пугачева и об охране общественного порядка. Чигвинцев Матвей Иванович /1738 - 1774г.г./ - сотник красноуфимских казаков. В январе 1774 года по приказу Салавата Юлаева Чигвинцев был пожалован чином есаула и определен помощником атамана красноуфимских казаков - повстанцев М.И.Попова /Иванова/.

 Указ Пугачева от 8 февраля 1774 года Чигвинцеву, относится как раз к тому периоду, когда атаман Красноуфимских казаков Попов уехал с отрядами под Кунгур, а Чигвинцев управлял в это время Красноуфимской крепостью и ее округой.   Еще 13 января Салават Юлаев определил в атаманы Макара Попова. Кем же был этот повстанческий Красноуфимский атаман?

 Попов (Иванов) Макар Иванович, родившийся в 1755 году, был пономарем приходской церкви в Красноуфимской крепости, в начале января 1774 года был послан повстанческим полковником Ильчигулом Иткуловым к Салавату Юлаеву в деревню Кутум и вместе с ним 12 января прибыл в Красноуфимскую крепость. По рекомендации Салавата Юлаева и одобрению казаков, Попова назначили атаманом Красноуфимского казачьего войска, а несколько дней спустя он во главе отряда казаков выступил с Салаватом Юлаевым под Кунгур. 

 Атаману Иванову и есаулу Чигвинцеву приказано было: 
«...со здешними гражданами поступать добропорядочно: побор, притеснений и налогов ни под каким видом никому не чинить, ко взяткам не касаться».  
 О содержании этого и других указов, а также о переписке Салавата Юлаева с Пугачевым и другими повстанческими атаманами, стало известно из походной канцелярии полковника Салавата Юлаева, захваченной правительственными войсками.
 В период нахождения у власти, примкнувшие к восстанию красноуфимские казаки занимались и хозяйственными вопросами.

 21 января 1774 года был выдан билет атаманом Кузнецовым И.С. есаулу М.Д.Чигвинцеву с предписанием выдать хлеб атаману М.Е.Мальцеву, писарю Лутохину, а также женам казаков И.Дружинина, С.Дубкина и А.Дуплинского

 «Билет от предводителя его величества красноуфимских казаков есаулу Чигвинцеву.
Посылаются при сем от Княгинкина анбаров ключи, и выдать тебе находящемуся при мне войсковому писарю Петру Лутохину, и атаману Мальцову, да в полону капралу Ивану Дружинину, казакам Сергею Дудкину и Андрею Дуплинскому, женам их, на пропитание из запечатанного в сельце Ключиках Ивана Княгинкина анбарах, выдать сколько они потребуют за верную их службу, с запискою о расходе хлеба разного. А по выдаче, запечатав своею печатью, и мне немедленно рапортовать, для чего во уверение и подписуюсь.
 Января 21 дня 1774 году Главный предводитель Иван Кузнецов, по приказанию его подписал походный ратный писарь Василий Протопопов.
 Главного войска войсковой писарь Петр Лутохин.
 Атаман Михаил Мальцев.»

 С 14 января по 14 февраля 1774 года была составлена ведомость Красноуфимской станичной избы об отпуске соли на продажу целовальнику соляной стойки С.Антонову. Соли отпускалось от 20 до 280 пудов в день и всего было отпущено на продажу целовальнику Сергею Антонову за этот месяц 3430 пудов соли.

 20 января 1774 года пришло сообщение атамана крестьян-повстанцев Саткинского завода И.Костромина в Красноуфимскую станичную избу с просьбой доставить соль для населения и окрестных повстанческих отрядов.
«Из Троицко-Саткинской в Красноуфимскую станичную
Сообщение
В Саткинском жительстве известие чрез армейского казака Михайла Ражева получено, что в Красноуфимской крепости в магазейнах казенной соли имеетца в наличии довольное число. А здесь при Сатке не имеется ни одного пуда, от чего имеют саткинские обыватели крайнюю в оной соли тягость.»

 Шла торговля солью с удаленными от Красноуфимской крепости населенными пунктами.

 25 января 1774 года есаул М.И.Чигвинцев написал письмо атаману И.С.Кузнецову с просьбой возвратить из-под Кунгура в Красноуфимскую крепость заболевшего атамана М.И.Попова (Иванова)
«Милостивый государь мой, Иван Степанович!
Желаю вам всякого здравия и нескончаемого благополучия на множество лет, и притом свидетельствую мое покорнейшее почтение и прошу в своей дружеской милости меня содержать, за что ко услугам вашим пребуду всегда вернопокорнейшим слугою Матвей Чигвинцов.
Да и прошу покорно Макара Иванова сюда прислать, о чем со слезами просит священник, а его отец. Пожалуй, батюшка пришлите ево при оказии к прежней его должности.
Благоприятнейшему государю моему Ивану Степановичю, находящемуся под городом Кунгуром в армии главному предводителю господину Кузнецову».

 Январь - первая половина февраля 1774 года - это тот период, когда повстанцы контролировали территорию Красноуфимской крепости и ее округи. Но с течением времени перевес сил оказался на стороне правительственных войск и восставшие перешли к обороне. 

 5 февраля Чигвинцев просил от походного атамана Ивана Наумовича Белобородова прислать команду и артиллерию для обороны Красноуфимской крепости. Он сообщал, что крупные силы противника движутся от Кунгура, что повстанческие отряды, состоящие из башкир, чувашей и русских малочисленны, артиллерии у них никакой нет, кроме ружей и стрел, нет никакого другого оружия.  В ответ на требование есаула Чигвинцева атаман Белобородов отправил к нему сообщение, что будучи занят блокадой Екатеринбурга, он не может выслать подкреплений в Красноуфимскую крепость и следовать с отрядом для ее защиты. Но Белобородов отправлял все же в Красноуфимскую крепость артиллерию, сперва «четыре большие пушки», в том числе три на окованных лафетах, «да ядер и картечь», а потом и, «таковых же шесть пушек, тоже с ядрами и картечами». 

 Для обороны крепости Матвей Чигвинцев дал наказ казакам М.Пастухову и Е.Кожевникову о наборе казаков из крестьян окрестных селений. Шла мобилизация местных жителей. Чигвинцев велел ехать в деревню Чувашково, село Крестовоздвиженское, Башкирцево, в которых сотникам этих сел нужно было собрать казаков с оружием: из Чувашково 35 человек, из Башкирцево с окрестными деревнями 100 человек. Всем им велено было явиться в Красноуфимскую крепость в самом ближайшем времени, без дополнительных приказов. При этом в пути, чтоб никому обид, налогов не чинить и ко взяткам не касаться под угрозой штрафа.

 В книге «Документы ставки Е.И.Пугачева повстанческих властей и учреждений» за № 314, 315 приводятся списки казаков, крестьян, отправленных Красноуфимской станичной избой в отряды под Кунгур.

 Но не все казаки Красноуфимской крепости были едины в своих помыслах идти за повстанцами. Были и те, кто оставался верен своему долгу.

 Так, 9 февраля 1774 года в красноуфимскую станичную избу поступила жалоба от отставного казака Ермолая Игумнищева с просьбой оградить его от оскорблений и угроз со стороны есаулов Афанасия Е.Овчинникова и его сына Григория Афанасьевича Овчинникова, так называемое

«Объявление
7-го числа сего февраля, когда здесь, в Красноуфимску, получено известие, что якобы вышедшая из города Кунгура команда следует сюда, в то время повстречался со мною на улице бывший есаул Афанасей Овчинников и, неведомо с какого умыслу, при священнике Василье Игнатьеве проговаривал, что мы их супостаты; и как де кунгурская команда сюда прибудет, то де они как меня, так и протчих, кои якобы склонились в общество с башкирским народом, связав, отдадут руками. А после того в тот же день сын его есаул же Григорий Овчинников повстречался со мною на улице с ружьем, коим и намерен был застрелить, однако я еще от того спасся. При чем были казака Федота Бабушкина жена Аксинья да отставной казак Бормотов. И проговаривал, что он весь род наш искоренит при чем был отставной казак Кондратей Немтырев.
 Того ради Красноуфимской станичной избы покорно прошу сие мое объявление принять и впредь для ведома в книгу записать, а меня от такого помянутых Овчинниковых нападения освободить.
К сему объявлению вместо отставного казака Ермолая Игумнищева по его прошению руку приложил отставной сержант Федор Добрынин».

 Еще раньше, 13 января есаул Красноуфимских казаков Г.А.Овчинников написал письмо Салавату Юлаеву с просьбой об отставке за непригодностью к военной службе из-за старости:

 «Высокородному и высокопочтенному господину походному полковнику Салавату Юлаевичу Красноуфимской крепости казацкого войска есаула Григория Овчинникова 
Нижайшее доношение
В службу его императорского величества определен был я, нижайшей, С 1736 года, с которого служил казаком четыре года и за ревную мою службу производством чинов определен был хорунжим, в котором чину находился девять лет, а потом уже сотником девять же лет. И по тем моим верным службам пожалован есаулом, в котором чину служил почти восемь лет. (далее, зачеркнуто и в сноске: а как по несчастному на меня от всего войска безвинно возопиянию от всего моего чина лишен, от роду имею себе 58 лет, и так я за тою моею старостью и древностию службу его императорского величества продолжать не могу.) Того ради, вашего высокородия покорно прошу меня, нижайшего, от той службы за вышеписанными обстоятельствами отставить, на что и ожидать имею милостивого рассмотрения.
Генваря 13 числа 1774 году.
К сему доношению вместо казака Григория Овчинникова, по его просьбе, писарь Михаил Мальцов руку приложил».

 Таким образом, за неполные два месяца красноуфимским казакам пришлось многое пережить и принять решение: верхушка и большинство казаков перешло на сторону повстанцев (трудно было устоять маленькой крепости перед лавиной восставших: четыре тысячи - это большая сила), но были и такие, кто осуждал сослуживцев и не пошел за восставшими, их брали на заметку. Были угрозы о наказании, но в опубликованных документах не говорится об их исполнении. Вероятно, из-за недостатка времени, и слишком скоротечны были боевые действия, власть восставших в крепости была только около двух месяцев.

 15 февраля Чигвинцев вновь просил атамана Белобородова о присылке подкреплений в Красноуфимскую крепость, так как из Кунгура выступили правительственные войска и двигались к крепости: 
«...просим на вспоможение армии по разсуждению вашему, сколь возможно, также и артиллерии и припасы и пороху прислать, дабы нашей армии по малолюдству и за малоимением артиллерии и пороху напрасно не погибнуть».

 16 февраля Чигвинцев просил так же и Салавата Юлаева прибыть в Красноуфимскую крепость для обороны от карательных войск. Он сообщал, что из Кунгура вышла многолюдная армия 2500 человек с большой артиллерией и уже приближается, хотя в крепости есть пушки, но пороху очень мало. 

 Интересен документ от 10 февраля 1774 года - Реестр имущества, отбитого неприятелем и утерянного повстанцами в бою 30 января 1774 года под Кунгуром, составленный атаманом М.Е.Мальцевым.

 Приводится реестр денег, взысканных Красноуфимской станичной избой со старшин и казаков за выданные им казенные ружья. Дата: в феврале, исходя из того, что взыскание денег производилось Красноуфимской станичной избой за те ружья, которые были утеряны в бою под селом Ординским 30 января 1774 года. Документ называется:
 «Реестр
коликое число за казенные ружья с старшин и казаков взыскано, о том значит по сим:»

 Далее дается перечень имени и фамилии казака, с которого взято 1 рубль за утерянное им казенное ружье, всего в перечне состоит 130 человек.

 Вот некоторые сведения, приведенные о деятельности красноуфимских казаков в период крестьянской войны Пугачева.

 Далее, войска секунд-майора Гагрина вышли из Кунгура 14 февраля, на следующий день вступили в Суксунский завод, 17 февраля разбили авангардные отряды повстанцев у Тисовского завода, а 19 февраля, разгромив на подступах к Красноуфимской крепости казачьи и башкирские отряды, заняли ее.

 Документы (рапорты, указы, прошения, сообщения, записки, приказы) архива Красноуфимской станичной избы были захвачены командой секунд-майора Д.О.Гагрина 19 февраля 1774 года. Их вручил Гагрину канцелярист станичной избы С.Кузнецов, который «секретные дела тех злодеев сохранил», как сказано в донесении. В тот же день был арестован карательной командой майора Гагрина помощник атамана красноуфимских казаков Матвей Чигвинцев, и по приговору Казанской секретной комиссии был повешен в Кунгуре 15 ноября 1774 года. Был арестован также Макар Иванов-Попов, и также по приговору Казанской секретной комиссии был бит кнутом, заклеймен и сослан на пожизненную каторжную работу.

 Арестованный Салават Юлаев по приговору тайной экспедиции Сената был подвергнут тяжелому телесному наказанию - ему было назначено 175 ударов кнута, 25 ударов он получил в Красноуфимской крепости, т.е. его возили по тем крепостям, где он проявлял наибольшую активность и там секли.

 Красноуфимская крепость дважды переходила из рук правительственных войск в руки восставших. В июне 1774 года сам Пугачев, войдя в пределы Пермской губернии , прошел через Красноуфимскую крепость. 10 июня Пугачев и его люди были в церкви Живоначальной Троицы и святого Николая в Красноуфимской крепости и перед иконой Казанской Божьей матери по его приказанию был отслужен молебен о здравии его, священником Василием Игнатьевым.  После недолгого пребывания в крепости, т.е. на другой день войско Пугачева направилось к Кунгуру. Но на пути следования встретило вблизи Ачитской крепости отряд правительственных войск под командованием майора А.В. Папави. Завязался бой, в ходе которого повстанцы, отбив атаки неприятеля, охватили его с флангов и, усилив натиск, вынудили к отступлению. Далее, Пугачев приблизившись к Иргинскому заводу, остановился в деревне Кашаевой, в шести верстах от Иргинского завода. Жители встретили Пугачева на плотине хлебом и солью. Он приказал остановить доменную печь и взял в свое войско 98 заводских жителей, у которых имелось оружие. На другой день по приказу Пугачева были захвачены все деньги, которые нашлись в домах господском и прикащичьих и в заводской кладовой, различные заводские припасы и инструменты, лошади, скот, имение у заводских служителей, затем были сожжены лесопильная мельница с ларем, вешняк, сарай с лесными припасами, а из пруда вся вода выпущена. 
Пугачев отказался от дальнейшего движения к Кунгуру, а повел свое войско на запад и, следуя через Иргинский, Уинский и Шермяитский заводы, вышел к Осе. После Осы войско Пугачева перебралось на правый берег Камы и направилось на запад, к Казани. 

 В настоящее время о крестьянской войне напоминают названия окрестных мест: горы Атамановская и Караульная, в городе улицы Пугачева и Салавата Юлаева, а в 15 км от города находится деревня Чигвинцево, названная в честь Матвея Чигвинцева.

Научный сотрудник музея «Красноуфимская земская больница» Павлова Светлана Николаевна Л.Е.Алексейчик