Поиск по сайту
Авторизация
Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?

 
Новости за текущий месяц 
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
27 28 29 30 31 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30


 
 
Облако тегов 
 
 

Казачество

Различные теории, факты, цитаты, размышления о казачестве...

Большой энциклопедический словарь

Военное сословие в России в 18 - нач. 20 вв. В 14-17 вв. Вольные люди, работавшие по найму, лица, несшие военную службу в пограничных районах городовые (и сторожевые казаки);
В 15-16 вв. за границами России и Польско-Литовского государства (на Днепре, Дону, Волге,Урале, Тереке) возникают самоуправляющиеся общины т. н. вольных казаков (главным образом из беглых крестьян), которые являлись главной движущейсилой народных восстаний на Украине 16-17 вв. и крестьянских войн в России17-18 вв.
Царское правительство стремилось использовать казачество для охраны границ, в войнах и т. д. и в 18 в. подчинило его, превратив в привилегированное военное сословие.
В нач. 20 в. существовало 11 казачьих войск Донское, Кубанское, Оренбургское, Забайкальское, Терское,Сибирское, Уральское, Астраханское, Семиреченское, Амурское и Уссурийское.
В 1916 казачье население св. 4,4 млн. человек, св. 53 млн.десятин земли. В 1-ю мировую войну выставило ок. 300 тыс. человек. В 1920 г. казачество как сословие упразднено.
В 1936 были созданы донские, кубанские и терские кавалерийские казачьи соединения, участвовавшие в Великой Отечественной войне (расформированы во 2-й пол. 40-х гг.).
С кон. 1980-хгг. началось возрождение традиций, культуры и быта казачества, появились казачьи организации.
Словарь Ожегова

Казаки - этносословные группы в составе русских и некоторых других народов.
Общая численность в Российской Федерации ок. 5 млн. человек.
Язык русский, распространено двуязычие. Верующие - православные, есть представители других конфессий.
Толковый словарь русского языка Ушакова

КАЗА'К (коза́к устар.), а́, мн. каза́ки и (устар.) казаки́, м. [тюрк. ḳazak — бобыль].
1. Представитель тяглого или податного сословия, уклонявшийся от тяжелых государственных повинностей и искавший более легкой жизни либо в вольных поселениях по окраинам Московского государства (в Запорожской Сечи, на Дону, в Сибири), либо в разбойничестве (истор.).
Запорожский к. Воровской к.
И казаки́ на клич Палея не налетят со всех сторон. Пушкин. || Эпитет разбойника-богатыря в народной поэзии. Как на лодке гребцы удалые, казаки́, ребята молодые. Пушкин.
2. Уроженец какой-н. войсковой области (Войска Донского, Войска Уральского и др.), льготный землевладелец, обязанный государству военной службой (в конном строю) на особых условиях (дореволюц.).
"Тихий Дон" Шолохова — роман из жизни донских казаков. Казаки, в массе своей являясь носителями кулацкой идеологии, были опорой самодержавия.
|| Солдат особых войсковых частей, комплектовавшихся из лиц этого сословия (дореволюц.). Казаки с нагайками бросились на рабочую демонстрацию. Мимо него скакали казаки подоспевшей третьей сотни. Шолохов.
◊ Вольный казак (разг.) — вполне свободный, ни от кого не зависящий человек.
Большая советская энциклопедия
  • Рада в Запорожской СечиРада в Запорожской Сечи
  • Донской казак. 18 в.Донской казак. 18 в.
  • Украинский казак. 18 в.Украинский казак. 18 в.
  • Уральские казаки в Швейцарском походе СувороваУральские казаки в Швейцарском походе Суворова
  • Кубанские казаки, 2-я половина 19 в.Кубанские казаки, 2-я половина 19 в.
  • Донские казаки. 1914Донские казаки. 1914
  • Уссурийский казак. 1915Уссурийский казак. 1915

Казачество, военное сословие в дореволюционной России 18 — начале 20 вв. В 14—17 вв. — вольные люди, свободные от тягла и работавшие по найму, главным образом на различных промыслах, а также лица, нёсшие военную службу на окраинах страны и т. н. вольные казаки. Служилые казаки разделялись на городовых (полковых) и станичных (сторожевых) и использовались для защиты соответственно городов и сторожевых постов, за что получали от правительства землю на условиях поместного владения и жалование. Как социальная группа эти казаки были близки к стрельцам, пушкарям и др. В 18—19 вв. большая часть их была переведена в податное сословие и вошла в категорию однодворцев, другие вошли в состав казачьих войск (Сибирского, Оренбургского и др.).

Рост феодальной эксплуатации и крепостничества в 15—16 вв. в Русском и Польско-Литовском государствах, усугублявшийся на захваченной Польшей Украине национально-религиозным гнётом, привёл к массовому бегству крестьян и посадских людей за пределы этих государств, главным образом на незанятые земли на Ю. В результате со 2-й половине 15 в. за линией сторожевых укреплений на южных и юго-восточных окраинах России и Украины, в основном по рр. Днепр, Дон и Яик и их притокам поселяются беглые крестьяне и посадские люди, называют себя вольными людьми — казаками. Необходимость вести постоянную борьбу против соседних феодальных государств и полукочевых народов потребовала объединения этих людей в военные общины. В 15 — начале 16 вв. возникли общины донских, волжских, днепровских (черкасских), гребенских и яицких казаков. В 1-й половине 16 в. возникает Запорожская Сечь, во 2-й половине 16 в. — общины терских казаков и служилое сибирское К. Польское правительство во 2-й половине 16 в., пытаясь использовать верхушку украинского К. в своих интересах, создало категорию реестровых казаков, состоявших на жаловании, а остальных стремилось перевести в податные сословия и закрепостить. Быстро возраставшее украинское К. составило ведущую силу народных восстаний на Украине против польского господства в конце 16 — 1-й половине 17 вв. и особенно в Освободительной войне украинского народа 1648—54 под руководством Богдана Хмельницкого. В середине 17 в. на территории восточной части Украины, отошедшей к России, образовалось Слободское К.

Основу хозяйственной жизни К. вначале составляли промыслы — охота, рыболовство и бортничество; сравнительно рано появилось скотоводство; земледелие, как правило, стало распространяться позднее, примерно со 2-й половины 17 в. В 16—17 вв. важными источниками существования К. были военная добыча и жалование от государства. К. быстро освоило огромные пространства плодородных земель Дикого поля и др. окраин России и Украины. В 16—17 вв. казаки во главе с Ермаком, В. В. Атласовым, С. И. Дежневым, В. Д. Поярковым, Е. П. Хабаровым и др. активно участвовали в освоении русскими Сибири и Д. Востока. В 16 — 1-й половине 17 вв. царское правительство не имело достаточных сил, чтобы подчинять своей власти "вольное" К., но стремилось использовать его для защиты границ государства, посылая казакам жалование, боеприпасы, хлеб. Это способствовало постепенному превращению К. в особое привилегированное военное сословие (окончательно в 19 в.), положение которого определялось тем, что за службу государству за каждым казачьим войском закреплялась занятая им земля, которую войско передавало в пользование казачьим станицам. Эта феодальная форма землепользования сохранялась вплоть до Октябрьской революции.

К. с самого начала было неоднородным. В процессе социальной дифференциации увеличивалось количество бедных казаков ("голытьба", "нетяги" и др.), которые принимали активное участие в крестьянских войнах и восстаниях 17—18 вв. Одновременно из среды "домовитых" выделялась богатая верхушка, которая захватывала руководящее положение в казачьих общинах, образовав группу старшин. К началу 19 в. старшина вошла в состав дворянского сословия России.

В 16—17 вв. К. пользовалось автономией в области суда, управления и внешних сношений. Все важнейшие дела обсуждал общий сход казаков (рада, круг), на решения которого рядовая масса оказывала некоторое влияние. Царское правительство, опираясь на зажиточное К. и старшину, постепенно (особенно с начала 18 в.) стало ограничивать автономию казачьих областей, стремясь к полно му подчинению К. центральной власти.

В 17—18 вв. широкие слои К. упорно отстаивали свою свободу от посягательств со стороны царского правительства. Вольнолюбивое К. было одной из главных движущих сил крестьянских войн и восстаний 17—18 вв., выдвинув из своей среды таких крупных руководителей антифеодальной борьбы, как С. Т. Разин, К. А. Булавин и Е. И. Пугачев.

В начале 18 в. казачьи общины были преобразованы в иррегулярные казачьи войска. В 1721 они перешли в ведение военного ведомства; постепенно была ликвидирована выборность войсковых атаманов и старшин, которые стали назначаться правительством. После Крестьянской войны под предводительством Е. И. Пугачева 1773—75 была упразднена Запорожская Сечь, а Донское, Уральское (бывшее Яицкое) и др. войска окончательно подчинены военному ведомству. Во 2-й половине 18—19 вв. был упразднён ряд казачьих войск и созданы новые казачьи войска, полностью подчинённые правительству (Астраханское — 1750, Оренбургское — 1755, Черноморское — 1787, Сибирское — 1808, Кавказское линейное — 1832, разделённое в 1860 вместе с Черноморским на Кубанское и Терское, Забайкальское — 1851, Амурское— 1858, Семиреченское — 1867, Уссурийское — 1889). Эти войска сыграли значительную роль в колонизации малонаселённых окраин (Сибирь, Дальний Восток, Семиречье, отчасти Северный Кавказ), в распространении земледелия.

К началу 20 в. в России существовало 11 казачьих войск (Донское, Кубанское, Терское, Астраханское, Уральское, Оренбургское, Семиреченское, Сибирское, Забайкальское, Амурское, Уссурийское). Кроме того, было небольшое количество красноярских и иркутских казаков, образовавших в 1917 Енисейское казачье войско и Якутский казачий полк министерства внутренних дел.

Численность казачьего населения и казаков, находившихся на военной службе в 1916, тыс. чел.

Казачьи войска

Население

На военной службе

Донское

1495

около 100

Кубанское

1367

около 90

Оренбургское

533

27

Забайкальское

265

14,5

Терское

255

18

Сибирское

172

11,5

Уральское (в 1917— Яицкое)

166

11,5

Амурское

49

3,5

Семиреченское

45

3,5

Астраханское

40

2,5

Уссурийское

34

2,5

Енисейские казаки (иркутские и красноярские)

около 10

0,6

Якутский полк

около 3

0,3

Итого

около 4434

около 285,4

Все казачьи войска и области, населённые казаками, были в военном и административном отношении подчинены Главному управлению казачьих войск, а с 1910 — Казачьему отделу Главного штаба Военного министерства во главе с атаманом всех казачьих войск, которым с 1827 являлся наследник престола. Во главе каждого войска стоял "наказный" (назначенный) атаман, а при нём войсковой штаб, который управлял делами войска через назначенных атаманов отделов или окружных атаманов (в Донском и Амурском войсках). Станичные и хуторские атаманы избирались на сходах. Мужское казачье население с 18 лет было обязано нести военную службу в течение 20 лет (по уставу 1875 для Донского войска, распространённому позже на др. войска), в том числе 3 года в "приготовительном" разряде, 12 лет в "строевом" [4 года на действительной службе (1-я очередь) и 8 лет на "льготе" (2-я и 3-я очереди) с периодическими лагерными сборами] и 5 лет в запасе. В 1909 срок службы был сокращён до 18 лет за счёт сокращения "приготовительного" разряда до 1 года. На военную службу казак обязан был являться со своим обмундированием, снаряжением, холодным оружием и верховой лошадью. Накануне 1-й мировой войны 1914—18 К. в мирное время выставляло 54 конных полка, 23 батареи, 6 пластунских батальонов, 11 отдельных сотен, 4 отдельных дивизиона и императорский конвой (всего 68,5 тыс. чел.). Во время войны (к 1917) было выставлено 164 конных полка, 54 батареи, 30 пластунских батальонов, 179 отдельных сотен, 78 полусотен, 9 конных и пеших дивизионов, 63 запасные сотни и 3,5 запасных батарей, императорский конвой (всего свыше 200 тыс. чел.). Благодаря хорошей боевой подготовке и военным традициям казачьи части играли значительную роль в войнах России 18—19 вв., особенно в Семилетней войне 1756—63, Отечественной войне 1812, Кавказской войне 1817—64, Крымской войне 1853—56, русско-турецкой войне 1877—78. В конце 19 — начале 20 вв. царизм, опираясь на экономическую зажиточность К., его привилегированность как военного сословия и политическую отсталость, широко использовал К. для несения полицейской службы и подавления национально-освободительного и революционного движения, особенно в период Революции 1905—07.

В основе привлечения К. к военной службе и выполнению полицейских функций лежала сложившаяся окончательно в 19 в. система землевладения в казачьих областях. Положение 1869 закрепляло общинное владение станичными (юртовыми) землями, из которых производилось наделение казаков "паем" в 30 десятин на казака (на практике наделы составляли в среднем от 9 до 23 десятин). Остальные земли составляли войсковой запас, предназначавшийся главным образом для пополнения станичных участков по мере роста казачьего населения. В 1916 К. располагало 63 млн. десятин на 474 тыс. служилого состава (всё казачье население — свыше 4,4 млн. чел.). Земли казачьего дворянства в 1848 были объявлены потомственной собственностью. Всеми этими мерами царизм стремился законсервировать экономический и общественно-политический уклад К., что обусловило сохранение в хозяйстве и быте К. многих феодальных черт. Вместе с тем развитие капитализма втягивало К. в товарно-денежные отношения, подрывая устои его сословной обособленности. Ввиду слабости в казачьих областях помещичьего землевладения капиталистические отношения стали довольно быстро проникать в экономику казачьих станиц, чему способствовал приток пришлого населения (иногородних) после отмены крепостного права. Дон, Кубань и др. становятся районами торгового земледелия, развивается аренда войсковых земель, возникает антагонизм между К. и "иногородними". В самом К. происходит процесс классового расслоения. хозяйство зажиточной верхушки приобретает капиталистический характер. Вместе с тем росло число бедняцких казачьих хозяйств, хотя в целом обеспеченность казаков землёй оставалась значительно выше, чем крестьян, особенно в Европейской России. К началу 20 в. в некоторых казачьих областях развилась промышленность (Дон, Кубань, Сибирь), разорившиеся казаки вливались в ряды рабочего класса. В начале 20 в. происходило обострение классовой борьбы в казачьей среде. В 1906—07 в ряде казачьих частей (2-й Урупский полк, пластунские батальоны и др.) произошли революционные выступления и волнения. Но вследствие особенностей военно-сословной организации К. классовая борьба ещё не приобрела широкого размаха. Большинство К. оставалось "... таким же монархическим, как и прежде..." (Ленин В. И., Полное собрание соч., 5 изд., т. 38, с. 277). Однако быстро развивавшиеся различия "... в размерах землевладения, в платежах, в условиях средневекового пользования землей за службу и т.д." (там же, т. 16, с. 315), а также влияние обнищания и общей революционизации масс в годы 1-й мировой войны 1914—18 привели к тому, что к 1917 классовый, а не сословный антагонизм стал главным противоречием в казачьих областях. Во время Февральской революции 1917 казачьи части перешли на сторону восставшего народа. На Дону, Кубани, Тереке, в Сибири возникли Советы казачьих депутатов. При поддержке Временного правительства был создан Совет Союза казачьих войск, руководство которого поддерживало генерала Л. Г. Корнилова. В марте — мае 1917 в казачьих областях были проведены войсковые круги (на Кубани — рада) и созданы контрреволюционные войсковые правительства во главе с атаманами. Однако казачьи массы не поддержали корниловщину. В период Октябрьской революции Коммунистическая партия сумела увлечь за собой казачью бедноту и массы фронтового К., что, в частности, явилось причиной быстрого разгрома мятежа Керенского — Краснова. Трудовое К. участвовало в разгроме контрреволюционных мятежей в казачьих областях и установлении там Советской власти. В марте — мае 1918 были образованы Донская, Кубано-Черноморская и Терская советские республики в составе РСФСР.

Развитие социалистической революции в деревне в 1918 обострило классовую борьбу и вызвало серьёзные колебания среди К. На сторону контрреволюции встали кулацкая прослойка и среднее К. Значительная часть К. оказалась в рядах белогвардейских армий.

Организация Коммунистической партией казачьей бедноты, победы Красной Армии и противоречия между К. и помещичье-буржуазной контрреволюцией обусловили переход масс трудового К. в конце 1919 на сторону Сов. власти. В рядах Красной Армии сражались казачьи части и соединения под командованием П. В. Бахтурова, М. Ф. Блинова, С. М. Буденного, Б. М. Думенко, Н. Д. Каширина, Ф. К. Миронова и др. Переход К. на сторону Сов. власти был закреплен на 1-м Всероссийском съезде трудовых казаков (февраль — март 1920), на основе решений которого 25 марта 1920 был издан декрет об учреждении в казачьих областях местных органов власти, предусмотренных Конституцией РСФСР. В 1920 постановлении ВЦИК на казачьи области были распространены все действующие в РСФСР общие законоположения о землеустройстве и землепользовании. Эти акты положили конец существованию К. как особого военного сословия.

Трудовое К. вступило на путь социалистического строительства. В апреле 1925 пленум ЦК ВКП (б) разработал меры по укреплению и развитию хозяйства в бывших казачьих областях, указал на необходимость широкого привлечения к партийной и сов. работе руководителей красного К., подчеркнул недопустимость игнорирования особенностей казачьего быта. В ходе коллективизации в казачьих областях было сломлено ожесточённое сопротивление кулачества, исчезли различия между казаками и "иногородними". 20 апреля 1936 ЦИК СССР отменил существовавшие для К. ограничения в отношении службы в Красной Армии. Были созданы, кроме уже существовавших, новые кавалерийские казачьи дивизии. Во время Великой Отечественной войны 1941—45 на фронтах геройски сражались казачьи соединения под командованием П. А. Белова, Л. М. Доватора, Н. Я. Кириченко, И. А. Плиева, А. Г. Селиванова и др. См. также ст. об отдельных казачьих войсках.

Лит.: Ленин В. И., Полн. собр. соч., 5 изд., т. 16, с. 314—16; т. 34, с. 219—20; т. 35, с. 296-97; т. 39, с. 244, 302; т. 40, с. 166—87; Столетие военного министерства, т. 11, ч. 1—4, СПБ. 1902-11: Голобуцкий В. А., Черноморское казачество, К., 1956; его же, Запорожское казачество, К., 1957; История Дона. С древнейших времен до Великой Октябрьской социалистической революции, Ростов-на-Дону, 1965; История Дона. От Великой Октябрьской социалистической революции до наших дней, Ростов-на-Дону, 1967; Хорошхин М., Казачьи войска, СПБ, 1881.

  А. П. Пронштейн, К. А. Хмелевский.




Теории о казаках. 
Из известных данных видно, что казачество выступило на историческое поприще под своим собственным именем гораздо раньше Батыева нашествия и даже было известно в глубокой древности: народ Казос, по Дарету и Диту (ХIII в. до Р. X.); Азы и Саки или Азсаки, с гортанным придыханием – Казсаки или Казаки, по Страбону (I в. по Р. X.); Кушаки, по армянским историкам V в. (Геор. Монах, греч. историк); Казахи, по Конст. Багрянородн. (X в.) и по Нестору – Ясы и Касоги.
Под именем Черкасов (Сер-Асов), по Светонию и Птолемею (II в. по Р. X.) и по позднейшим историческим актам, даже до ХVIII века. Под именем Гетов в течение 35 веков, начиная с похода Гетов в Египет и переселения Гетов-Руссов в Италию. Крупная надпись Рамзеса II на камне храма Мединет-Абу в Фивах говорит, что он был окружен Гетами в битве при Кадеше и остался цел среди тысяч. Под именем мореходцев Чигов или Чигов-Гетов – начиная со Страбона до настоящего времени, т.е. в течение почти 20 веков. Следовательно, название народа "Казаки", от Ас и Саки, есть собственное.
Слово казак известно было в России гораздо раньше времени Ивана Васильевича: оно, по мнению некоторых, на языке монгольском означало пограничного стража и вообще военного человека. Барон Брамбеус (0.И. Сенковский) в 1834 г. писал: «Слово "казак" есть собственное имя народа, который мы ныне называем киргизами.
Кажется, что это поколение, издревле известное в Азии отвагою, хищничеством и ловкостью всадников, с давнего времени придало имя свое отрядам легкой конницы, употребляемой восточными властелинами для разных воинских назначений, подобно тому, как народное имя швейцарцев превратилось в Европе в наименование известного рода служителей. То верно, что у монголов, завладевших Россией, оно означало, кроме киргизов, еще вооруженных всадников, не приписанных ни к какому улусу, не составлявших собственности никакого хана, ни бека, бежавших от своих кочевых владельцев, коротко сказать – "вольных воинов" из разных поколений, соединявшихся в летучие отряды.
Слова "казак" и "вольный" были, как бы однозначащие и поэтому, первое из них, соединяющее в себе при том понятие о войне, так нравилось беглецам из России и Литвы, поселившимся на Днепре и на Дону. Слово Казак, по-видимому, ничего не имеет общего с именем Касогов. Не должно, однакож, думать, чтобы понятие "казачества" не было известно на севере гораздо раньше слова "казак". Оно, кажется, очень древнее и в некотором отношении может быть названо коренным обычаем северных народов, проявившихся в разныя времена под разными именами».
Иловайский в своих "Розысканиях о начале Руси" (1882) цитируя соображения проф. Бруна, приходит к заключению, что название "казаки", вопреки всем попыткам объяснить его из татарских языков, есть, вероятно то же, что казары, с его вариантами: "казахи" у Константина Багрянородного (Х в.) и "касоги" в нашей летописи".
Греческие историки, современники монгольского владычества, положительно утверждают, что вошедшие в состав татарской монархии Чиги, Геты, Россы и другие приазовские народы, т.е. Аланы-азы, Казахи или Казаки-Черкасы, приняв от татар нравы, обычаи, язык и одеяние, служили в их войске и возвели могущество их на высочайшую степень славы.
Теория Костомарова. Н.И.Костомаров считал казаков за мещан, которые ходили на юг сначала на промыслы, а затем условиями жизни они принуждены были вооружаться и вести военный образ жизни.
Научная теория, приверженцами которой являются, представители "казачьей науки", вольноказачье движение и др., считает казаков особым этносом (национальностью), возникшим еще в античную эпоху (в начале нашей эры) от смешения туранских, скифских, меото-славянских, аланских и прочих племен с торжеством среди них славянской речи.
Подобная трактовка казачьей этнической истории позволяет обосновать обособленность казаков от остального русского населения, объясняет их национальную самоидентификацию и культурно-бытовое своеобразие. Возрождение казачества, вспышка интереса к нетрадиционным подходам в изучении этнической истории придали упомянутой теории идеологическую функцию, сделав ее знаменем наиболее радикальных ревнителей национальной исключительности казаков.
Теория Вольтера. Вольтер в "Истории Карла XII" видел в казаках остатки татар.
Теория Гумилёва. Л.Н. Гумилев неоднократно подчеркивал происхождение терских казаков от хазар-христиан, а в целом возводит казачество к крестившимся половцам.
Теория Карамзина. Н.М. Карамзин, С. Соловьев, В.Б. Броневский видели в казаках потомков тюркского народа, жившего на юге России и известного под именем Черных Клобуков.
Теория Кромера и Щербатова. Кроме филологических были и другие попытки объяснить происхождение казаков. Польский историк Кромер и русский князь М.М.Щербатов видели в казаках остатки половцев.
Теория Охлябина. С.Д. Охлябинин возводит первоказаков к авангардным отрядам монголо-татарских войск - бессемейным удальцам. Эти разведчики, стражи находятся затем на регулярной службе у татарских баскаков, взимавших дань с русских земель, а спустя столетие, вместе с хозяевами, переходят на службу русским князьям, становясь особым родом войск.
Теория польская. В XVII в. поляки Пясецкий и Коховский считали, что казаками (или козаками) назывались те люди, которые на своих лошадях были быстры и легки как козы.
Теория Певнева. А.П. Певнев видит в казаках потомков рязанских и мещерских стражников, защищавших русские поселения от татарских набегов в эпоху господства Золотой Орды.
Теория Потоцкого. Ян Потоцкий видел в казаках потомков тех косогов, которых великий князь Мстислав Владимирович поселил в XI в. в Черниговщине.
Теория Пушкина и Любавского. А.С. Пушкин и М.К. Любавский считали казачество частью русского народа, развившей свою самобытность: "Казаки - не остатки каких-то древнеславянских вольных общин на пограничье русской оседлости, а вооруженные артели промышленников, вытянутых из пределов этой оседлости пустотою степей".
Теория Савельева. Е.П. Савельев смотрит на казаков как на исконных обитателей берегов Азовского и Черного морей, Дона и Нижнего Днепра. По его мнению "остатки ордынских казаков, не присоединившиеся к киргизам - своим соплеменникам, образовавшим новое ханство, могли быть первым ядром, около которого копились русские беглецы. Скоро это ядро могло исчезнуть от безженства... и русское поколение ... остаться хозяином союза".
Теория Симоновского. Из Кавказа выводил казаков и Петр Симоновский, сближая римское название Гиркании (историческая область на Кавказе) с латинским словом HIRKUS - козел.
Теория Сопова. Мнение Сопова А.В. Сопова состоит в том, что самобытность, особость казаков позволяет, в любом случае, говорить о них как о чем-то этнически специфическом: будь это - самостоятельный этнос, этнографическая группа русских или особая этносословная группа населения. Ведь замечательно, что при всех своих различиях, практически каждая из теорий и гипотез происхождения казаков и казачества подчеркивает своеобразие казачества, его глубокое отличие от остального русского населения.
Теория Татищева. По мнению В.Н.Татищева, в Египте был город Черказ (от него и казаки впоследствии у русских людей назывались черкасами), жители которого переселились на Кавказ и стали называться косогами.



Абхазские казаки. 
Во время репрессий 20–30-х годов прошлого века немало казаков, спасаясь от преследований, оседали в абхазских селах. Зачастую они женились на абхазках, и их дети становились полноправными членами местных родовых кланов.
В начале 90-х годов во время возрождения казачества в Сухуми появилось казачье общество, занявшее во время войны с Тбилиси однозначно абхазскую сторону. На помощь “братьям казакам” пришли казаки из России. Всего в боевых действиях на стороне Абхазии приняло участие более полутора тысяч казаков, в основном кубанцев. Подавляющее большинство русских, воевавших на той войне, сражались против грузин именно в казачьих отрядах.
После окончания боевых действий большая часть казаков вернулась домой, но кое-кто остался в Абхазии, получив в качестве награды брошенные грузинскими хозяевами дома.

Австралийские казаки. 
Революция в России явилась причиной, на основании которой австралийское правительство наложило эмбарго на русскую казачью иммиграцию, сохранявшееся с 1917 по 1921 годы. В это время большое число русских казаков в результате завершения Гражданской войны на Дальнем Востоке оказались в Китае в роли беженцев. Они осели в Харбине, Шанхае, Тяньзине и других городах, однако многие из них не смогли здесь устроиться и вынуждены были двигаться дальше в поисках своей судьбы.
Когда в 1922 г. запрет на въезд русских казаков в Австралию был отменён, начался новый приток выходцев казаков из России на пятый континент. За период с 1920 по 1940 гг. в Австралии осели около двух тысяч русских, из которых треть считала себя казаками. В основном это были Сибирские, Забайкальские и Уссурийские казаки, перебиравшиеся из оккупированной японцами Манчжурии через Китай. Письма казаков дают тому подтверждение.
Разумеется, иммиграционная политика австралийских властей, которая диктовалась экономической ситуацией в Австралии, также влияла на динамику въезда на пятый континент. Например, в годы мирового экономического кризиса – 1929-1933 гг. – квоты на прием иммигрантов были значительно урезаны. Вследствие всех этих факторов, вместе взятых, пик русской иммиграции в Австралию пришелся на 1925 г. и середину 1930-х гг. Русские казаки прибывали на пятый континент семьями или по одиночке, со средствами и без.
Среди русских иммигрантов второй волны одними из первых в Австралии оказались казаки: оренбургские, забайкальские, остатки Ижевского полка. Самой большой была группа из 66 уральских казаков, прибывших из Китая через Шанхай и Нагасаки в Брисбен 4 ноября 1923 года. Организованно, со своими полковыми знаменами, во главе с генералом B.C. Толстовым, который лично заплатил за их проезд. После получения благоприятных сведений от товарищей в Австралию стали перебираться другие группы казаков.
Кроме участников Белого движения и других сторонников прежнего режима, так или иначе пострадавших от революции и оказавшихся в роли беженцев, в Австралию в 1920-1930-е гг. приезжали русские, давно обосновавшиеся в Китае или родившиеся и выросшие там. Число их увеличилось после захвата Маньчжурии Японией и продажи КВЖД.
Главным центром русской иммиграции в Австралии был Квинсленд, где проживало около половины русско-австралийских казаков. В основном они располагались в (40%) в Брисбене. Остальные распределялись по штатам следующем образом: Новый Южный Уэльс – 31 % (3/4 из них – в Сиднее), Виктория – 9,6 %, Западная Австралия – 5,4 %, Южная Австралия – 3,5 %, Северная территория – 1,2 % и Тасмания – 0,6 %.
Как и в предшествующий период, большинству русских иммигрантов, начинавших свою жизнь в Австралии, пришлось заниматься тяжелым физическим трудом.
Казаки-уральцы, судя по их письмам, предполагали по возможности держаться вместе и осесть на землю, арендовав подходящий участок земли. Так они и сделали, заблаговременно купив на своё имя и на свои Деньги участок земли на окраине Брисбена. Однако созданное уральцами овощеводческое хозяйство не могло прокормить шесть десятков человек, и им приходилось уезжать на сезонные работы.
В Квинсленде казаки работали на фруктовых фермах близ Брисбена за 10 шиллингов в день, с апреля по август собирали хлопок, а с июля до декабря рубили сахарный тростник, 46 получая 16-18,5 шиллингов за восьмичасовой рабочий день. Причем их артели били все рекорды – пригодилась военная тренировка и умение рубить шашками.
Но постоянную, столь же хорошо оплачиваемую, работу найти было очень трудно. Поэтому некоторые уезжали на заработки в Северную территорию на постройку железной дороги. Собрав нужную сумму, казаки выписывали свои семьи из Советской России или ездили в Харбин, чтобы жениться. Мечтой многих было, скопив 1000 фунтов стерлингов, необходимых для приобретения фермы, стать самостоятельными хозяевами.
Со временем мечта осуществлялась: приобретали уже возделанные сахарные плантации или целинные участки земли, которые правительство продавало за номинальную цену в Квинсленде и в Северной территории. Фермером-хлопководом стал и атаман Толстов. Казаки с семьями стали постепенно разъезжаться, и образовались новые центры казачьих поселений. Одним из таких центров, как сообщает Н.И. Дмитровский, стал небольшой городок в 380 километрах к северу от Брисбена Кордальба, где в 1924-1934 гг. (вместе с примыкающим районом) проживало около полутораста русских, 45 семей, половину из которых составляли уральские казаки. Для поддержания и сохранения общности казаков в этом городе в начале 1930 г. была учреждена общеказачья станица. 
Но постепенно, с начала 30-х годов русские стали уезжать из Кордальбы на север, где можно было по низкой цене купить большой участок земли, и к концу десятилетия здесь осталось всего пять русских семей. Общеказачья станица Северного Квинсленда, просуществовавшая со второй половины 1929 до середины 1930-х гг., была основана в Талли (225 км к северу от Таунсвилля), но с 1930 г. главным центром казачьей общественной жизнь становится Брисбен, где также была учреждена станица.

Аграханские казаки. 
500 казачьих семей, принудительно переселенных за Терек на реку Аграхань. В Полном Своде Законов Рос. Имп. под № 4452, 5. 2. 1724 г. говорятся: "По тому Его Императорского Величества указу, Правительствующий Сенат приказал: "оных Казаков на Аграхань и на Гребни по 500 семей перевесть будущим летом за их провожатыми, и итти им сухим путём.". 20.3 того же года: "Донских Казаков, которых велено выслать с запольных речек для поселения на Аграхань 500 семей, в Гребни 500 же семей, и из оных послать от крепости Святого Креста по Судаку до морского устья 500 семей, да от крепости ж Святого Креста по Аграхани 500 семей".
В течение десяти лет эти переселенцы на Сулак и Аграхань "от неприятельского разорения перевожены на житие с места на место трижды". Многие из них погибли от непривычного климата, малярии и постоянных боевых стычек с местными горцами. В 1736 г., когда Аграхань и Сулак были возвращены Персии, их остатки, в числе 452 служилых Казаков и их семей, отведены за реку Терек. После этого они в актах называются Терским Семейным Войском, в отличие от полковых Казаков города Терки и вольных Гребенских.
Последние отошли за Терек много раньше из Кабарды, где они проживали между верховьями Терека и Кубани и назывались Казаровцами. В 1746 г. они объединились с Семейными и выбрали себе общего атамана Гребенца Ивана Борисова. От этого времени они все вместе стали называться Гребенскими Казаками.

Азербайджанские казаки. 
Из истории известно, что казаки участвовали в завоевании Кавказа, в свое время воевали на стороне армян в армяно-азербайджанском конфликте в начале XX века. Кроме того, в январе 1990 года в Баку были введены части, состоящие из резервистов-казаков, мобилизованных из Кубани и Ставрополья.
С другой стороны казаки также воевали и на стороне Азербайджана. Кубанские казачьи войска во главе с генералом Глымовым в свое время помогали Азербайджану. В Азербайджане сохранилась могила атамана Головатого.

Азовские Казаки.
Древние жители Приазовья и Нижнего Дона. Первое известие о них относится к 10 в., когда Персидская география Гудуд ал Алэм отметила Землю Касак между Азовским морем и Кубанью. По русским летописям, княживший там тогда же. Мстислыв Томаторканский комплектовал свою дружину из местных племен Казаров и Казяг (летописи Никаноровская и Во-гогодско-Пермская под годом 1023).
Старинные русские историки Болтин и Татищев говорят, что в 1282 г. татарский баскак Ахмат вызвал с Кавказа Пятигорских Черкасов или Казаков и поручил им охранную службу в Курском княжестве. После они же основали город Черкасы на Днепре. (Листки Лаврентьевской летописи для этого года почему то исчезли). Эти свидетельства без сомнения относятся к предкам Гребенских и Азовских Казаков.
От конца 15 века последние появляются все чаще в русских летописях и в актах, как жители тех же мест. Историк Карамзин; писал о Донских Казаках: "Нет сомнения, что они же назывались прежде Азовскими, которые в течении 15 века ужасали всех путешественников в пустынях Харьковских, Воронежских, в окрестностях Дона." Генуэзский Устав, писаный в 1449 г., говорит о Казаках и их атаманах (оргузиях), проживавших в черноморских колониях Генуи.
После завоевания Кавказа и Крыма Турками, Азовские Казаки оставались в Приазовских степях, а частично селились в Азове. Они продолжали свои кочевые и военные промыслы. Иногда нападали на московские окраины и на посольские караваны. Однако часть их вызвала недовольство султана и 1503 г., спасаясь от карательной экспедиции должна была перекочевать в лесостепь между СевернымДонцом и Десной. 
Отсюда они вскоре предложили свои услуги Московскому великому князю, с тем, что они будут ему помогать в его войнах с Польско-Литовским королем, а за это никто не должен им препятствовать, "со своими женами прикочевав, жити у Путивля и слугами быти." От этого времени на Москве и в ордах их стали считать слугами или, холопами в. князя Московского, так же, как и всех служилых Казаков. Историк Карамзин говорит: "Ногайский мурза Белек, жалуясь Иоанну на Донских Казаков или Черкасов, пишет: Белого (Российского) князя Черкасы беглые холопы были. "После того, как Азовские Казаки прожили пол века в области Северской, их cтали называть Северюками. Перешедшие в оседлость остались на месте, как Казаки Путавльские, а кочевое племя Сары Азман возвратилось на Дон.
К 1549 г. они "утвердились в нынешней своей области, - говорит тот же историк Карамзин, - взяли город Ахас, назвали его, думаю, Черкасским или Козачим (ибо то и другое имя знаменовало одно)". Московские и некоторые сохранившиеся ордынские акты от этого времени называют их и Казаками, и Северюками, и Сары Азманами, и Черкасами, а к Азовским относят только ту часть Казаков, которые остались лояльными по отношению к султану и долго еще не расставались с берегами Азовского моря. В начале 16 в. Матвей из Мехова и Сигизмунд Герберштейн вспоминают их, как Черкасов славянской или русской речи. Язык Азовских Казаков сохраняется на Дону в некоторых чертах диалекта Донских Казаков Низовых или Старых.
Остатки Азовских Казаков после присоединения к России Приазовского края, указом от 9 января 1737 г. помещены в гарнизон крепости св. Анны на Дону под их прежним именем. В 1769 г. они распущены и включились в Донскую общину.

Аккерманские казаки. 
В XV веке татарские отряды казаков упоминаются в истории под именем казаков азовских, перекопских, аккерманских. По аналогии с ними русские отряды грабителей также называются казацкими.

Аланские казаки.
Авангард войск Аттилы, по известиям современных греческих и римских историков, состоял из приазовских Алан, т.е. Азов – Саков или Казаков (см. гл. V). Эти-то лихие конники и копьеносцы своими отважными атаками и наводили ужас на всю Западную Европу.
По заявлению стариков, в далеком прошлом папахи аланов формой напоминали шапки русских казаков, - высокие, с верхом из цветной материи, причем преобладал цвет синий и красный. Во времена эмира бухарского, особенно до прихода русских в Бухару, аланы не подчинялись казийскому суду, а разрешали все возникавшие у себя споры и тяжбы на основе своего обычного права (адата).
Иосафато Барбаро, бывший в Азове в 1336 г., говорит, что аланы, жившие на восточных берегах Азовского моря, на своем языке себя называют "аз", т.е. "Я". Константин Багрянородный в Х в. жителей этой же местности называл касаками, т.е. казаками. Нестор их назвал Ясами (азами) и касогами, другие летописцы касагами, то же, что казаками; раньше греческие историки называли их казами (казос), но чаще всего Гетами, а потом Готами.
Греческие историки, современники монгольского владычества, положительно утверждают, что вошедшие в состав татарской монархии Чиги, Геты, Россы и другие приазовские народы, т.е. Аланы-азы, Казахи или Казаки-Черкасы, приняв от татар нравы, обычаи, язык и одеяние, служили в их войске и возвели могущество их на высочайшую степень славы.

Албазинцы-казаки.
Казаки, проживавшие со второй половины 17 в. в Китае. В 1651 г. атаман Хабаров во главе казачьего отряда отобрал у местного даурского князя Албазы его городок на Амуре, недалеко от слияния рек Шядки и Аргуни. Он построил там укрепление и назвал его Албазин. Вслед за Казаками в городке появились русские воеводы со своими охранами и промышленниками. Но Албаза был подданным Китайского императора, который не захотел отказаться от своих прежних владений.
В 1682 г., желая разрешить спор мирным путем, богдыхан предложил казачьему гарнизону перейти в подданство Китайской империи и оставаться на Амуре. Часть Казаков приняла предложение богдыхана после того, как городок Албазин снова попал в границы Китая. Они не захотели возвращаться назад в Нерчинск и вместе со священником Максимом Леонтьевым переселились в Пекин. От 1686 г. эти казаки были зачислены в лучшую часть манджурской гвардии императора - отряд "Знамени с желтой каймой", которым командовал один из принцев манджурской династии. Албазинцы составили сотню и служили со своими командирами. Они получили земельные поместья, дома, денежные награды и были зачислены в высший социальный слой жителей Пекина. Богдыхан отдал в их распоряжение буддийскую кумирню, которую Казаки обратили в церковь св. Софии.
Еще в 19 столетия они принадлежали к классу гвардейской аристократии и брезгали физическим трудом. В это время их церковь уже перешла в распоряжение Русской Духовной миссии, которая среди прихожан насчитывала до тысячи Албазинцев. В 1900 г. во время Боксерского восстания, им пришлось перенести гонения за христианскую веру, при чем до 300 человек из них было убито Китайцами. Несмотря на то, что по крови они сами стали наполовину Манджурами. А. приняли усердное участие в жизни казачьей эмиграции 1920-21 г.г. и прослыли честными тружениками, особенно в типографском деле, как способные наборщики и печатники. (В.П.Петров, Албазинцы в Китае. Вашингтон.)

Амазонки-казачки. 
О существовании амазонок на Дону, берегах Азовского и Черного морей говорят почти все древние писатели. Большинство из них повторяют один другого, но между ними есть и такие, с которыми приходится серьезно считаться. Впервые об амазонках упоминается в Илиаде. Они приходили на выручку Трое. Потом о них вкратце говорят Гекатей (550 лет до Р. X.), Эсхил (525–456 гг. до Р. X.), Пиндар (522–442 гг. до Р. X.), Скилакс Кариандерский (521–485 гг.) и многие др. Скилакс говорит: "Азия начинается от р. Танаиса, и первый азиатский народ в Понте – Савроматы. Этим народом управляют женщины-амазонки".
Философ Платон (429–348 гг. до Р.X.) об амазонках сказал: "Я узнал из древних мифов и поверил, а что касается нынешнего положения, то к слову сказать, даже знаю, что бесчисленное множество женщин, называемых "савроматидами", живет между народами, окружающими Понт.
О происхождении этого женского военного сословия Диодор Сицилийский (I в. до Р. X.) повествует: "Когда амазонки поселились у Фермодонта, где женщины наравне с мужчинами занимались военными делами, говорят, что одна из них, облеченная в царскую власть, отличалась силой и храбростью. Она составила из одних женщин войско, обучила его и победила несколько соседних народов. Когда ее военная способность и слава возросли, то она стала беспрестанно предпринимать походы против соседей. Счастье ей благоприятствовало, и она стала выдавать себя за дочь Арея, мужчин же заставляла прясть шерсть и исполнять всякие черные работы. У новорожденных мужского пола амазонки изувечивали ноги и руки и таким образом делали их негодными к войне. Царица эта, отличавшаяся умом и военными способностями, основала у устьев Фермодонта большой город Фемискиру, с роскошным дворцом. Она также покорила все народы до Танаиса. В одном сражении царица эта пала геройской смертью. Дочь ее, наследовавшая престол, подражала матери и даже превзошла ее своими подвигами. Отправившись в поход в землю, лежащую за Танаисом, она покорила все тамошние народы до Фракии. Потом завоевала большую часть Азии и распространила свое могущество до Сирии…"
Принимать подобные рассказы на веру полностью едва ли есть основание. Достоверно лишь то, что у скифских народов или саков женщины при нападении врагов сражались вместе с мужчинами. Это и послужило поводом сочинять рассказы об амазонках, как об отдельном военном сословии. Хотя, признаться, в то отдаленное героическое время, когда борьба за существование была обострена до крайности, могла возникнуть подобная община по инициативе такой сильной духом женщины, которую описал Диодор Сицилийский.
Дон или Танаис некоторыми древними писателями назывался Амазонией. Название же Танаиса, как говорит Псевдо-Плутарх, историк I в. по Р. X., получил по следующей причине. У одного героя-богатыря по имени Беросса (Бе-росс) от амазонки Лисиппы родился сын, которого назвали Танаисом. Рожденный возмужал и стал проявлять великие военные способности, был во всем воздержан и ненавидел женщин, поклоняясь лишь одному богу Марсу. Но Венера возбудила в нем любовь к собственной матери. Вначале он мужественно боролся с своею страстью, но наконец больше не мог владеть собой и, желая остаться невинным, бросился в реку Амазоний, отчего последняя и получила название Танаис.
Амазонская рота сформирована в апреле 1787 года «из жен и дочерей балаклавских греков». Учреждение ее относится ко времени приезда в Крым императрицы Екатерины П. В мае того же года рота была распущена.

Американские техасские казаки. 
В Израиле имеется самая большая база данных по этническим военизированным группам: казакам, техасским ковбоям и другим.

Амурские казаки.
B 1643-1644 году проходит по Амуру до самого устья Василий Поярков прошедший с партией в 133 человека из Якутска вниз по р. Лена, в приток Алдана, а по нему к притоку Амура, р. Зея. Из Амурского устья Поярков вышел, в Охотское море, откуда уже сухим путем пробрался: снова к Алдану. Вернувшись в 1646 году из этого тяжелого, и опасного похода, в котором от голода и в битвах потерял более половины товарищей, Поярков представил богатый «ясак» И описание вновь открытых стран.
В 1649 году идет в Амурский край новый исследователь Ерофей Хабаров с 70-ю товарищами. Поднявшись из Якутска вверх по р. р. Лене и Олекме он вышел на Амур значительно выше, чем Поярков. Идя вниз по Амуру, Хабаров нашел богатые и благоустроенные города Даурского князя Лавкая. Ознакомившись с богатством Даурии и находя свои силы недостаточными для полного её покорения, Хабаров оставил на Амуре своих товарищей, и сам в 1560 году возвратился в Якутск, откуда в том же году, взяв с собою отряд в 200 человек вольных и служилых людей, при 3 пушках, пошел опять в Даурию. Дауры встретили его на этот раз с оружием в руках, но Хабаров разбил их и занял их город Албазин. Неоднократные попытки туземцев выбить завоевателей из Приамурья не привели ни к чему. Тогда Дауры обратились за помощью к Китаю, и вот весною 1652 года под занятый казаками Ачанский городок подступило многочисленное войско Китайского Богдыхана. Хотя Маньчжуры были вооружены пушками и ружьями, однако перевес все-таки остался на стороне храбрейших.
На жизнь амурских казаков значительное влияние оказывали суровый климат, необжитость этих мест. В связи с этим их экономическое состояние часто оказывалось бедственным. Поэтому АКВ освобождалось от податей.
В 1858 году часть Забайкальского Войска, расположенная по р. Амур, получила самостоятельное устройство и составило отдельное Амурское казачье войско. Войсковой круг 17 марта.

Английские казаки. 
Путь с юга на север и обратно, "из варяг в греки", как говорит Нестор, был многоводный Днепр; по нем древнее гетское казачество на своих легких стругах постоянно переходило с юга на север, а потом нередко спускалось вниз по Волге в Каспий, а иногда в жажде новых открытий и приключений по Балтийскому морю проникало в Северное, далее, под общим именем "норманнов", заходило в устье р. Темзы или Лонодона (Широкого Дона).
Из становищ северных Гетов-Руссов по берегам Балтийского моря в Англии известен Данелаг (Danelagh).

Артаны-казаки.
Артана - название области, в которой между 8 и 10 веками проживало одно из славянорусских племен. Из содержания Слова Софония-Рязанца о битве на Куликовом Поле, написанного в XV в. следует, что рязанцы считали Задонщиной край между реками Доном и Днепром, т. е. за Доном по отношению к Рязани. Такое же точно значение в тюркском языке имеет географическое название «Артана». Оно встречается в источниках между восьмым и десятым веками, но возможно, что Татары пользовались им и на территории Золотой Орды. Артана по тюркски значит «за Доном». «по другой стороне Дона». О ее местоположении единого мнения еще не установилось; находят ее и в Перми, и в Рязани, и в Томаторкани, и даже в Малой Азии.
Но самое вероятное решение этого вопроса дает тюрское значение слова Артана: "по ту сторону Таны", "Задонье". И, следовательно, Артану надо искать поблизости к позднейшей Задонщине. К тому же выводу приводит сочетание слов греческого летописца 8 века с новыми данными археологии. Патриарх Никифор в Краткой истории говорит, что вследствие кровавых междоусобий, из Дунайской Болгарии в 764 г. переселились на реку Артану 208.000 Славян, а археология, в свою очередь, обнаруживает для того же времени появление на реках Сейме, Северском Донце и Доне огромного числа новых поселений славянских, асаланских и гунно-болгарских.
Знали Артану и на Востоке. Она вспоминается арабскими географами десятого века Джайхани и Истахари. Первый помещает ее поблизости к Хазару, а второй между Хазарами и Великим Булгаром, граничащим с Византией.
Археология же подтверждает, что добыча металлов в Донецком Кряже процветала уже в глубокой древности. Говорит она также, что к десятому веку население Дона и Нижнего Донца представляло из себя метисированный сплав, в котором некоторые русские 'историки признают казачьих предков Бродников.
Асо-Аланы. 
Народ завоевателей, покоривший к концу первого века по Р. Хр. почти все племена и народы бывшей Азиатской Скифии. От Асов-Алан сохранилось множество исторических и археологических памятников. Известно, что они пришли на Дон и на берега Азовского моря в первом веке по Р. Хр., что по всем данным они явились сюда с севера и вели свое начало из источника общего с нордическими Асами. Оба их имени, Асы и Аланы, имеют северный характер. По нордическим преданиям, записанным в Сагах, на далеком севере тоже когда то существовали Асы, Азары, Азиаманны, герои-полубоги, которые, будто бы, и были родоначальниками скандинавских народов.
В сагах вспоминается Танаис и Азгард ("Страж Азии" или "Город Азов"), откуда вышел с племенами Асов их вождь Один. Внешность Асов-Аланов, живших вдоль Дона, по описанию римского историка четвертого века Аммиана Марцеллина, носила признаки типа нордического: "За редким исключением, все Аланы люди высокого роста и большой красоты; их волосы почти желтого цвета".
Марцеллин знал также, что Асы-Аланы ведут своё начало от какого то особенного рода: "Они не имеют понятия о рабстве потому, что сами происходят от благородных корней." Первым из историков точно определяет их этническую сущность Прокопий Кесарийский в 6 в. Он называет их готским народом. В его время Приазовские Аланы были уже христианами. В дальнейшем европейские памятники называют их иногда Готиталанами, (что должно означать "готские Аланы") Аланготами, Валанготами, а на востоке их знают под именем Акасов или Белых Асов, Азо-Варангов (Бируни) и Алан-Варягов (Низами).
В русских летописях они известны как Ясы (Яс, жен. род Ясыня). Римляне звали их также Танаитами (Донцами), потому что их основные кочевья располагались вдоль Таны (Дона). Тесные связи Танаитов с севером подтверждает и археология, указывая, что древние могилы Скандинавии часто находят своё подобие в местах расселения Асов-Алан.
На основании имеющихся данных, западные историки резонно предполагают в Асо-Аланах сармато-германский сплав.
Ко второму веку на кочевых просторах прежней Азиатской Скифии Асо-Аланы установили своё владычество. Покорение народов живущих там совершилось быстро и, повидимому, без особенных усилий, потому что остатки скифов и сарматов в ту эпоху были поделены на множество племенных обществ, избегавших объединения. Они легко стали жертвой хорошо организованных и закаленных в боях Асов-Алан, хотя те уступали во много раз по количеству неисчислимым ордам степных жителей.
Нет данных предполагать, что для покоренных северо-кавказцев, Меотов, Сираков, Торетов, Удзов, Аорсов, горских Асседонов или для каких других племен, новая власть проявлялась особенно деспотически хотя, покоряя народы Асо-Аланы принуждали их всех называться Аланами, а для себя веками сохраняли имя Ас, Аас, Аз. Они не разрушали и завоеванные оседлые центры, которые стали служить в их царстве поставщиками продуктов земледелия, рыболовства и местного ремесленного производства.
Еще в 4 в., проживая на Дону, Асы-Аланы оставались в большинстве кочевниками. Они занимались исключительно скотоводством и военным промыслом. Далекие набеги считались у них почетным занятием и первым удовольствием. Каждый из них любил войну, боевые встречи и опасности. Они же ввели в употребление прототип горско-казачьего седла с передней лукой и стременами, пользовались в боях арканами. Одевались Асы-Аланы в куртки, скроенные на подобии казачьего чекменя, причем правая пола запахивалась поверх левой, т.е. так же, как у скифов, большинства Туранцев и Кавказцев и как еще недавно у Казаков, не только в бешметах, черкессках, чекменях, но даже в форменных мундирах.
В 4 в. Асы-Аланы были ещё язычниками. Достойным поклонения божеством они считали одного бога войны.
Около 375 г. империя Асо-Алан пала под ударами грозных орд новых завоевателей Гуннов.
Пройдя неспокойную эпоху непрерывных войн и с Гуннами, и против них, Асо-Аланы наконец разместились за Дунаем в Нижней Мезии совместно со Славянами, Готами и остатками Гуннов. Через два века, после ухода Болгар на Дунай и Среднюю Волгу, Асо-Аланы объединили около себя соседей по Сев. Кавказу и не раз доставляли хлопоты хазарским каганам. В их новом царстве персидские географы указывали Землю Касак, примыкающую к южному берегу Азовского моря. В восьмом веке Асо-Аланы начинают стягиваться в одно политическое общество на Северском Донце и на Среднем Дону.
В 764 г. вместе с Подунайскими Северянами и каким то туранским племенем они перекочевали сюда из Нижней Мезии в количестве 208.000 душ. Памятью их пребывания в бассейне Дона остались городища и могильники с предметами Салтово-маяцкой археологической культуры. Здесь А.-А. снова создали свое государство, существовавшее до второй половины десятого века. Кадры его населения, по мнению археологов, составились из смешанного племенного типа и проявляют черты оседлых земледельцев, ведущих довольно культурное хозяйство, знакомых со строительным искусством, обладавших высоко развитым гончарным ремеслом и кузнечным делом.
Вскоре после своего прихода господствующее племя Асо-Алан воздвигло на правом берегу Дона, повыше донецкого устья, крепость из белого известняка, которой, по-видимому, и принадлежало первоначальное славянское название Белая Вежа. Хазары усмотрели в ней угрозу донскому торговому пути и переправе через Дон. В начале девятого века они взяли ее с боя, разрушили до основания и в 836 г. при помощи Греков построили новую крепость Саркел, уже на своей, восточной, стороне Дона.
Во второй половине десятого века все поселения Асо-Аланского или Ясского царства кем-то разрушены. Сохранившаяся часть жителей после известна русским летописцам, как Ясы и Черные Болгары. До 1015 г. они находились в зависимости от киевского князя, а после вместе со Славянами-Казаровцами, Касогами-Казягами вошли в состав независимой и сильной державы Мстислава Храброго. В границах этого Томаторканского княжества все они находились около ста лет.
Многовековое пребывание Асо-Алан в постоянном близком общее со Славянами-Казаровцами и Черными Болгарами способствовало их слиянию в один народ. Асо-Аланы возвратились на Дон пройдя путь основательных славянских и туранских влияний. К десятому веку эти процессы смешивания в один народ завершились в Полонских Бродниках и в Касаках, покрывших своим именем прежнюю Meотиду.
После разорения донецко-донской Асалании, часть Аланов, во второй половине 10 в. перекочевала в Крым. Taм они жили в совершенно примитивных условиях между гор около Чуфут Кале, "в пустынных местах и пещерах, не строя ни загонов для скота, ни лачуг". Всем племенем они приняли на себя охрану от кочевников греческого города-колонии Херсонеса и в 1240 г., как христиане имели своего епископа.
Грек Пахимер писал о них в конце 13 в. Тогда они находились уже в составе казачьей дружины темника Нагая и вместе с другими Ордынскими Казаками казались полностью отатареными, хотя оставались христианами.
В 1364 г. на Синих Водах, при боевой встрече с войском в. кн. Литовского Ольгерда, Татары имели трех предводителей. Из них один носил христианское имя Димитрий, второй назывался Кочубеем, т.е. так же, как Казак и Войсковой судья на Гетманщине во время правления Мазепы, а третьего звали Котлубек. Два первых, по всем признакам, были атаманами Ордынских Казаков, среди которых, по словам Пахимера, находились и Аланы.
Оставшись среди Днепровских Казаков и после отхода их от Крымского хана (1492г.) они принесли в их среду чистый нордический тип, сохраняющийся до сих пор у некоторых Черноморцев на Кубани.
Асо-Аланы в извечной части растворились между степными Славянами и Тюрками, что дает основание думать, что они не исчезли бесследно, но своими остатками влились и в основной донской казачий массив, пополняя казачий народ крупными, белотелыми, спокойными, настойчивыми и хозяйственными представителями Севера. С ними же в казачью среду пришло понятие "атаман" больше асаланское, чем туранское. На принадлежашей Аланам, Земле Касак при Мстиславе Храбром проживал летописный народ Касаги-Казяг.
После оттуда же вышли Днепровские Казаки Черкасы, Азовские Казаки, Казаки Пятигорские и Гребенские. В 1549 г., когда Казаки стали окончательно возвращаться с Северщины на Дон, они принесли с собой и, не забытое еще, племенное имя Азманов (Сары Азман). Из этого следует, что остатки Асов-Алан влились и в коренное казачье общество на Дону.

Астраханские казаки.
Впервые казаки упоминаются на Нижней Волге в связи с походами по завоеванию Астрахани в 1554 г. В войске Ю.И. Шемяки-Пронского и А.В. Вяземского находился отряд атамана Федора Павлова. Казаки совместно с конницей Вяземского разгромили Ямгурчея у Чёрного острова.
Во время похода 1556 г., для окончательного присоединения Астрахани, в русском войске находились отряды атаманов Колупаева и Ляпуна Филимонова. Это были донские казаки, вернувшиеся после операций под Астраханью в район Переволоки. Не имеют отношения к Астрахани и упоминаемые с 1560 г. «волгские казаки» - те же самые донские казаки, промышлявшие разбоем в районе Жигулей.
И.А. Бирюков считал, что часть казаков после присоединения к Астрахани осталась в ней на службе. Однако источники ХVI-ХVII вв. не фиксируют на Нижней Волге (и в частности, в Астрахани) никаких казаков, кроме «воровских». Более того, Астраханский край был, пожалуй, единственным исключением на южной границе Русского государства, где не фиксируются городовые казаки как категория служилых людей по прибору. Казаки же, направленные после «смуты» на службу в Астрахань, были переведены на положение стрельцов, что, естественно, изменило и их социальный статус.
История собственно астраханских казаков начинается со второй четверти XVIII в. Находившиеся в Астрахани армейские части были не в состоянии прикрыть обширные степные пространства от набегов казахов и «закубанских татар», грабивших русских поселенцев и российских подданных - калмыков и ногайцев.
В 1718-1720 гг. по повелению Петра I создается Царицынская линия между Доном и Волгой. Линию предполагалось заселить донскими казаками, но в 1733 г. было решено казаков-переселенцев перевести на Волгу и образовать из них Волжское войско.
В 1736-1737 гг. казаки Саратовской и Черноярской команд в составе войск генерал-фельдмаршала Ласси приняли участие в войне с Турцией 1735-1739 гг. В мае 1736 г. пал Азов, а летом 1737 г. Ласси двинулся в Крым. Татарское войско ждало его у Перекопа, но русская армия проникла на полуостров через Сиваш и по Арабатской стрелке. У местечка Карасубазар крымцы были разбиты. В бою отличились многие казаки-астраханцы.


Балтийские казаки.
Гето-русские казаки мы встречаются под тем же названием и на берегах Балтийского моря: так, например, Птолемей говорит, что в его время (II в. по Р. X.) Геты владели янтарными берегами и что их вытеснили оттуда роксоланы.
Походы южан Гето-русских казаков на север, к берегам Балтийского моря, в то время были очень часты; их не стесняли ни дальность расстояния, ни трудность пути. В надежде на богатую добычу и в поисках приключений они исколесили всю нынешнюю северную Россию и берега Балтийского моря и везде, как и в 1609-1617 гг., те же Геты - запорожцы, наводили страх и ужас на местных жителей.
Путь с юга на север и обратно, "из варяг в греки", как говорит Нестор, был многоводный Днепр; по нем древнее гетское казачество на своих легких стругах постоянно переходило с юга на север, а потом нередко спускалось вниз по Волге в Каспий, а иногда в жажде новых открытий и приключений по Балтийскому морю проникло в Северное, далее, под общим именем "норманнов", заходило в устье р. Темзы или Лонодона (Широкого Дона) и появлялось даже в Испании и Италии, где наводило на прибрежных жителей такой страх, что духовенство последнее прошение в молитве Господней переделало так: "и избави нас от норманнов". Из становищ этих северных Гетов-Руссов по берегам Балтийского моря, в Швеции, известны: Рослаген или Родслаген, от Росс и лага (кочевье). Слова Lag и Lagh однозвучащие с Laga, равно как и немецкое Lager, принятое у нас в русский язык в слове "лагерь", употребляются для означения военного кочевья. Сигтун (Чигтун) - город близ Родслагена, основанный Готами в I в. по Р. X. Siokonung-ом (Сивоконем) Воданом. (Туна - тын, по-немецки Zaun, по-английски town - ограда, город). Рескильд - в буквальном переводе "кол для Руссов", т.е. место их казни. В Норвегии Фрёнделаген - место кочевья Гетов "фругундионов" или Фрягов - Уннов. В Англии Данелаг (Danelagh).
Белгородские казаки.
Ханские подданые казачьей народности составляли три общины: оседлую - за Поросьем в днепровско-бугском клину; полуоседлую Перекопскую и кочевую Белгородскую. Перекопские и Белгородские порвали с ханами несколько позднее основной массы казаков; еще несколько лет они делали набеги на Польшу. В 1516 г. новый хан Махмет Гирей оправдывался перед Польско-литовским королем, утверждая, что Белгородские Казаки, напавшие на Польшу, не слушают его приказов и избрали себе вождем его врага царевича Алика.
По польским летописям эти «белгородские молодики» считались самыми отчаянными «молодцами» и отличались особенным, им одним свойственным, стрижением головы: «оставляя на макушке чуб, закручивают его за ухо». Белгородские Казаки не захотели оставаться при Литве, т. к. еще недавно обижали ее население своими набегами. Они отошли к границе московской и вместе с Азовскими дали начало Северюкам и Донским Казакам. Все они ушли от хана значительно отатаренными, а некоторые, судя по имени, стали мусульманами.
Беломестные казаки.
Общины служилых Казаков, обосновавшихся в Московии я в ХVI в. получивших "обеленные", свободные от податей, наделы земля. Больше всего Беломестных Казаков находилось на Верхнем Дону и в районах Ельца, Курска, Орла, Путивля.
Белорусские казаки.
Исторически известными казаки становятся в Белоруссии (Великом княжестве Литовском, Русском) с 1471 года. В 1489 году во время преследования татар, ворвавшихся в княжество, сыном Короля Казимира IV, Яном Альбрехтом, впереди литовского войска шли казаки, хорошо знавшие местность Побужья. Документально сохранившееся свидетельство о существовании казаков встречается в 1499 году в уставной грамоте великого князя литовского Александра. В 1503 году становятся известными казаки князя Дмитрия, которые составляли иррегулярное войско в Литве. Они были организованы для защиты границ Литвы от набегов татар и подчинялись старостам областей, городов или замков.
В 1508 году отряд казаков под начальством брацлавского и виленского старосты князя Константина Ивановича Острожского разгромил загон татар, грабивших пограничные области Литовской Руси, другой отряд под командованием "славного казака Полюса – русака" разбил другой загон татар.
В 1512 году казаки под командованием князя Константина Ивановича Острожского и каменецкого старосты Предслава Ляндскоронского выдворяли за пределы Руси ворвавшуюся с юга Татарскую орду.
В 1516 году казаки под начальством Ляндскоронского ходили в поход под турецкий город Белгород где наголову разбили татар и турок, и вернулись домой с большой добычей.
Первое выступление казаков в Белоруссии произошло в 1590 году, отряд под командой Матюши, пополненный местными крестьянами и горожанами, разорял дворы магнатов Хоткевичей и даже взял Быхов.
Берендеи-казаки.
В русских летописях также пишутся, как Берендичи и Перейден; это славянизированное племя неизвестного происхождения; в XII в. Берендеи проживали на лесо-степной окраине Киевской Руси; часто упоминаются вместе с Торками, при чем те и другие имели и общие прозвища Порсян, Черных Клобуков, Черкасов. Имя Перендеи выглядит, как точный перевод скандинавского смысла имени Торков: оба в своих корнях, Тор и Перен, означают одного и того же языческого бога - громовержца, первое у Скандинавов, второе у Русов и Славян. В Великороссии до недавна с именем Берендеев связывалось сказочное предание о какой то сверхестественной силе, повидимому, как смутное воспоминание о скифском божестве Берендиве и славяно-русском Перуне.
Берендеи появились при границах Днепровской Руси после прихода на берега Дона Половцев или Куманов (1054 г.) От этого времени Берендеи, как и все Черные Клобуки, помогали киевским князьям в их борьбе со степняками, участвовали в походах на Половцев, неоднократно вмешивались и в междоусобные распри Рюриковичей. После нашествия Татар и во время власти Зол. Орды Берендеи исчезают со страниц русских летописей; как и всех Черных Клобуков, их начинают называть Черкасами и Казаками. Прежнее их имя встречается только в географических названиях: поселение Берендеево русские акты указывают между Коломной и Иж-вой, Берендичев обратился в Бердичев, на север от Москвы озеро Берендеево питает речку Нерль.
Болгарские казаки.
Возникновение русских поселений в Добрудже в османский период представляло два параллельных течения: переселение русских раскольников и движение за Дунай жителей Украины. Первыми явились в Добруджу донские казаки, которые после подавления Булавинского восстания под предводительством сподвижника Кондратия Булавина, атамана Игната Некрасова удалились на Кубань, но в царствование Анны Иоанновны, когда Гудович взял Анапу, вынуждены были выбраться в Турцию, где они стали известны под именем игнат-казаков, или некрасовцев.
Порта поселила часть некрасовцев в сёлах (Дунавец и Серикиой), часть — около Самсула и Кара-Бурну, предоставила им свободу от податей и повинностей, собственный суд и расправу, с обязательством воевать с Россией. Вскоре начались столкновения некрасовцев с запорожцами, которые, после окончательного разорения Сечи на Днепре в 1775 году, в количестве около 5 000 человек переселились в дельту Дуная.
Казаки, ушедшие с Дона с Игнатом Некрасой, равно как и большинство позднейших русских переселенцев, были поповцы. Впоследствии они приняли белокриницкую иерархию и образовали две епархии, с епископами тульчинским и славским во главе; в Славе у них было два монастыря, или скита, мужской и женский. Всего поповцев-великоруссов в Добрудже свыше 1300 дворов.
Русские казаки в Добрудже резко отделялись от украинцев и приняли участие в этногенезе липован (рум. lipoveni (в прошлом это слово было общим названием русских раскольников в регионе), тогда как украинские казаки приняли участие в этногенезе руснаков (рум. rusi). В конце XIX в. общее число руснаков в Добрудже превышало 10 000 чел.
Бологовцы-казаки.
Болоховцы. Племя казачьих предков. На страницах Ипатьевской летописи Бологовцы появляются в 1235г как жители Ю. Буга. Это народ того же склада, что и Черные Клобуки, только появились они по соседству с Русью несколько позднее. Судя по названиям их городков (Деревич, Губин, Кобудь, Кудин, Городец, Божський, Дядьков), они пользовались славянской речью, но среди славянских племен, указанных летописью, их нет, а их вожди, как у Торков и Берендеев, "суть особнии князи".
Следовательно, Бологовцы не принадлежали ни к какой ветви Славян-Руси. Они не были также коренными жителями берегов Ю. Буга, где их обнаружил летописец, и галицко - волынский князь Даниил в 1241 г. возмущался: "почто суть вошли во землю мою, яко не вдах им". Много вероятия в том, что это была группа меото-казарских Славян, прорвавшихся с тревожной степи после первого нашествия Татар в 1223 г. Как они называли себя сами, осталось неизвестно.
Они сразу стали противниками Даниила и выступали против него на стороне его соперников Рюриковичей или мадьяр. Но, будучи воинами и поставляя отряды некоторым князьям, Бологовцы обладали оседлыми навыками и основательно знали земледелие. Когда в 1240 г. Татары окончательно покорили Русь и разрушили Киев, они не тронули городков принадлежавших Бологовцам и поручили им, "да им орют пшеницу и проса".
После этого князь Даниил возненавидел их еще больше. Воспользовавшись отсутствием их воинов, бывших в походе, он напал на их поселения, "грады их огневи предаст и гребля их раскопа". Забравши "плен мног", он возвратился на свою Волынь. Но Даниилу не удалось подчинить Бологовцев, т.к. и самому вскоре пришлось смириться перед Татарами.
Бологовцы продолжали жить вдоль Ю Бyra и постепенно начинают вспоминаться там, как Казаки. Русский историк Костомаров говорит: "В так называемой Литовской летописи мы находим смутное известие, что в ХIV в. Ольгерд, покорив Подоль, нашел там местное население, живущее под начальством атаманов" (Русская история в жизнеопис.). Польский летописец Мартин Бельский указывает на том же месте Казаков, которые хорошо знали свой край и помогли в. князю Литовскому Яну Альбрехту побить там Татар и продвинуться вглубь Подолии. Они встретили его в 1489 г. на той самой земле, где через три года летописцы стали указывать Днепровских или Запорожских Казаков.
Бродники.
Племя недавних казачьих предков, проживавших на Дону - уже в первой половине Средних веков. В VIII в. Арабы считали их Сакалибами, белым народом, преимущественно славянской крови. В 737 г. арабский полководец Мерван прошел с войсками всю коренную Хазарию между Доном и Волгой и за Переволокой встретил полукочевых коневодов Сакалибов. Арабы забрали их конские табуны и увели с собой до 20 тысяч семей, которые поселили на восточной границе Кахетии.
Персидская география десятого века (Гудуд ал Алэм) указывает там же, где Сакалибов встретили Арабы, т.е. по рекам Иловле и Медведице, страну язычников Б.радасов: "На восток от нее река Атиль (Волга); на юг от нее Хазары; на запад - В.н.нд.р; на север Печенеги-Тюрки. Люди этой страны исповедывают такую же веру, как и Гузы; они живут в войлочных кибитках и сжигают своих покойников; они зависят от Хазар, а их богатство состоит из шкурок зверька-ласки; они имеют 2-х князей, которые держатся отдельно".
Совершенно очевидно, что это те же Сакалибы, а по имени никто иной, как Бродники. Такие свидетельства дают право видеть в Бродниках не случайный сброд людей, бежавших откуда то в степи, а древнее племенное образование, проживавшее под властью своих вождей. Персидская география указывает и другой народ с подобным именем, магометан Буртасов, но помещает их на восточной стороне Волги. Так же за Волгой указывают Буртасов и некоторые иные авторы того времени. Нет сомнения, что Бродники радас и Буртас - народы разные и по имени, и по вере, и по месту пребывания.
Начиная от1147 г. русские летописи и акты вспоминают Бродников и их города, "Броднич с месты", где-то недалеко от Верхнего Дона. Но вероятно к ним же относится событие конца XI в., записанное в завещании Владимира Мономаха: "На ту зиму идохом к Ярополку, сово-куплятися на Броды", где под Бродами следует понимать тех же Б-ков, против которых объединялись два русских князя. Последнее летописное сообщение о Б-ках относится к 1223 г. когда они, сообща с татарами, выступили против Руси и Половцев на Калке. По тону киевского летописца видно, что между донским и днепровским населением особой дружбы не было. Акты Западной Европы вспоминают Б-ков последний раз в послании Венгерского короля Белы IV к папе Инокентию (1254 г.): "Татары заставили платить дань особенно страны, которые с востока граничат с нашим царством: Русь, Куманию, Бродников, Булгарию". Дальше вместо них появляется новое имя, известное по русским церковным актам. Это Казаки Червленого Яра, христиане Сарской епархии, участники битвы на Куликовом Поле.
Русские археологи при последних раскопках на Дону обнаружили для эпохи между восьмым и десятым веками материальную культуру смешанного типа (славянскую, ясскую и туранскую) и черепа подонского населения с явными признаками законченной метисации. На этом основании делается вывод, что Бродники получились от смеси племен, живших вдоль Дона и Донца при Хазарах. Артамонов предполагает в них славяно-туранскую смесь, а Плетнева, говоря о погребении XI века, думает даже, что "похороненный в Таганче воин с булавой был, вероятно, кошевым одного из броднических отрядов, положенным с атрибутами его власти - булавой, по бродницкому, т.е. казацком} обычаю с конем и оружием".
Из исторической литературы известно о совместном выступлении бродников и половцев, и нетрудно догадаться о причине исчезновения с исторической сцены бродников (последний раз они появляются в 1254 году в документе венгерского короля Белы IV) и появления в тех же местах, той же этнической принадлежности группы — казаков. В самом деле, половцы на своем языке называют бродников «казаками», и естественно, что всякий человек, попавший в половецкую орду, слышал, как половцы называют бродников казаками, усваивал это название и распространял его далее. Это название в конце концов укрепилось за бродниками.


Венгерские казаки.
Многие ученые-филологи считают, что венгерское слово huszar, означавшее просто «разбойник», происходит от устаревшего сербско-хорватского «гусар» — пират, в свою очередь происходящего от средневекового латинского cursarius — корсар. Венгерское происхождение гусаp нашло отражение в их фоpме, сохранившей особенности венгерского национального костюма. Гусары носили венгерку или доломан — куpтку со шнуpами, ментик — коpоткую куpтку, обшитую мехом, кивеp или меховую шапку с султаном, чакчиpы — pейтузы, pасшитые шнуpом, и низкие сапоги. Обычное вооpужение: сабля, каpабин, пистолеты..
Верховые казаки. Казаки Великого Войска Донского с центром в ст. Константиновской. Они занимали местность по берегам Нижних Дона и Донца 13.800 кв. км. с населением ок. 400 тыс. душ. Они считались Верховыми, очевидно, потому что переселились сюда с Bерхнего Дона во второй половине шестнадцатого века.
Волгские Казаки.
Волгские казаки - те же самые донские казаки, промышлявшие разбоем в районе Жигулей. Правда, историк астраханского казачьего войска И.А. Бирюков считал, что часть казаков после присоединения к Астрахани осталась в ней на службе.
Вначале Волгские казаки переселены с Дона на Волгу Указом от 15 января 1734 г., в количестве 1057 семей из которых 520 - Донцов, а 537 - Днепровских Черкасов, проживавших на Дону. Их расселили между Царицыном и Камышином и назвали Волгским каз. Войском. После восстания Пугачева, большая их часть выселена по Указу от 5 мая 1776 г. в Царицынское укрепление (после станица Кавказская), а потом ближе к Пятигорску. В 1860 г. станицы В. Казаков причислены к Терскому казачеству. Войску и комплектовали 1-й, 2-й и 3-н Волгские полки..
Воровские казаки. Источники ХVI-ХVII вв. не фиксируют на Нижней Волге (и в частности, в Астрахани) никаких казаков, кроме «воровских».
Приход к власти Пожарского или даже шведского короля для местных казаков стало бы катастрофой. Воровские казаки не были государственниками и были обычной вооруженной толпой буйных обывателей- субпассионариев, желающих хлеба, зрелищ и удовольствий, и не умеющих не только удовлетворять, но и регулировать свои вожделения. Такая среда может вознести своих вождей до небес, а может и затоптать в грязи.
С установлением сильной власти уже не удастся грабить, а доведется отвечать за содеянное. Михаил Романов не мог укорять казакам за преступления на службе у тушинского вора. Они вместе служили же вору и исполняли приказы отца Михаила Романова - тушинского патриарха и его родственников - тушинских бояр.
Пятьсот вооруженных казаков, сломивших двери, ворвались до Крутицкого митрополита Ионии, который исполнял в то время обязанности местоблюстителя патриаршего престола. "Дай нам, митрополит, государя"!" Дворец Пожарского и Трубецкого был окружен сотнями казаков. Фактически в феврале 1613 года произошел государственный переворот - воровские казаки силой поставили царем Михаила Романова.
В 1680 г. последовал указ об устранении из Енисейских сотен всех иногородних. Одновременно с этим, многих «воровских» Казаков присылали сюда из ссылки на поселение в качестве пашенных крестьян. Их удаляли из казачьей среды, расказачивали, но судя по актам они все же не теряли прежних племенных связей.
Выборные казаки Малороссийского войска.
Казаки, имевшие собственную амуницию - мундир, ружье, пику, также лошадь, исполнявшие таким образом службу на родине и за границею, назывались выборными. Бедные, снаряжались от нескольких дворов, снабжали всем нужным одного казака, который по этой причине именовался подпомощником. Число тех и других в сотнях было неравное. В каждой сотне выборных насчитывалось от ста, двести и более казаков, подпомощников до тысячи и свыше. Первые считались поголовно, последние хатами или семьями.
В мирное время выборные казаки содержали цепь на границе Великой России и Турции: подпомощники несли пешую и конную внутреннюю службу, находясь при сотенных и полковых канцеляриях, для разных посылок.
До 1763 года выборные казаки не во всех полках имели одинаковый мундир. Но гетман - граф Разумовский, определил мундир одного цвета и покроя: недлинный верхний суконный жупан (кафтан) темно-синий с красными отворотами и такими же обшлагами, а по краям на полях и внизу у красного сукна узенькая опушка, полукафтанье белое суконное, штаны белые суконные польские.
Жупан и полукафтанье были длиною по колена, кушак красный стамедовый, шапка польская низкая, разноцветная в каждом полку, с черным овчинным околышем, плащи синие, ружья и сабли гусарские, пики и седла казацкие. Многие из генеральных старшин, подражая гетману, носили немецкие мундиры того же цвета, кафтан синий с красными круглыми обшлагами, с желтыми на стороне и на обеих полах пуговицами, с красным воротником, камзол и нижнее платье белого сукна, шпагу конную офицерскую.
Вятские казаки.
На вятской земле, по разысканиям атамана станицы Северюковской В.И. Меньшенина, казаки жили по реке Юг в Подосиновском районе. Есть предположение, что когда границы России расширялись на восток, то в вятском крае то тут, то там возникали казачьи заставы. Иначе откуда взялась в Орловском районе деревня Казаковцевы?
В одной летописи говорится, что "...в Хлынове мужики с казаками стали вести себя нехорошо: гикают, на конях ездят..." Состояли казаки и на службе у вятского губернатора. По историческим данным, атаман Ермак набирал свою ватагу в кайских лесах. Вятка когда-то была ссыльным краем, потомки сосланных казаков и по сей день живут здесь. Получается, что первыми сибирскими казаками, пришедшими с Ермаком, были донские и вятские казаки.
...Теснимые по берегам Балтики немцами, изгоняемые из Новгорода [ушкуйники], казачья вольница двинулась на северо-восток и завела поселения на Северной Двине, Каме и Вятке. Наиболее известным местом скопления казаков был г. Хлынов на реке Вятке. Казачья община Хлынова управлялась Кругом, на котором избирали атамана.
Из Хлынова, казаки предпринимали торговые путешествия и военные набеги вниз по Волге, вплоть до 1439г., т.е. до разгрома хлыновской общины царем Иваном III. Большая часть казаков ушла вниз по Волге и по старой своей традиции, по аналогии кубанских и днепровских поселений, обосновалась в труднодоступном и безопасном месте - нынешний г. Камышин. Торговые караваны давали средства к существованию - хлеб, одежду, оружие. Пограничные городки с Москвой, занимаемые городовыми (мещерскими) казаками, служили местом сбыта добычи.


Германо-Арийские казаки.
Селения и отряды казаков начала первого тысячелетия возглавлялись атаманами. Из Причерноморья начался поход казачьих войск в Западную Европу под командованием гетмана Ария (или гетмана Ариев). После взятия Рима и неудачной женитьбы на старости лет он принял имя Герман и титул короля — «рекс». Стал величаться Герман арий рекс. В позднем написании Германарекс, или Германарих. Его воины по имени предводителя были названы «германарийцами» и «германцами».
Геты.
Гетам, как военному сословию, не сиделось на месте: богатырская сила требовала простора и свободной боевой жизни в чужих странах; они шли, покровительствуемые Маросом (Великим Россом), в дальние страны, образовывали новые колонии, строили города и всюду несли свою культуру, как и в позднейшее время с Ермаком проникли в Сибирь, даже на Амур - в Албазин и Камчатку.
Берега Черного моря, Малая Азия, острова Архипелага, о. Крит - все политы кровью наших предков Руссов, всюду видны следы их пребывания, и будет время, когда наше великое племя вновь будет господствовать на всем этом пространстве и вновь воскресит и воздвигнет из пепла свою древнюю цивилизацию.
Геты-Руссы
в древнейшие времена проникли из Италии в Испанию и даже на западные берега Африки, где основали много больших торговых городов на многоводном левом притоке Нигера Бенуэ, развалины которых видны и до сего времени.
Геты и Готы был один и тот же народ. Синкел, историк VIII в., говорит: "Скифы, которым на родном языке имя Готы", а Феофан (VIII в.) - "Геты или, что одно и то же, склавины", т.е. славяне. В III и IV вв. Готы господствовали на всем северном Черноморском побережье.
По историческим данным Геты не составляли какой-либо отдельной народности; это было сословие, каста воинов, всегда располагавшихся по границам славянских владений, так сказать - передовой оплот силы и могущества Славяно-Руссов. Каждое племя имело своих "Гетов" или, как позднее их стали называть греки, "Гофов" и "Готов", с прибавлением иногда - "Гетов-меченосцев" (metanastae) 64). Как руги, ружане, уруги (от слова "руга", означавшего в Древней Руси дань зерновым хлебом) составляли у славян сословие земледельцев, а алане скотоводов, так и Геты были сословием военным. Древние историки о Гетах говорят только в периоды войн, внезапных нападений и дальних походов Руссов, в мирное же время, а также во время торговых сношений о них совсем умалчивают, иногда даже на целые столетия.
Гет - от слова "геть", двигаться вперед, идти в поход, а также знать, смотреть, перешедшее в армянский язык - gitenal - знать. Слово "гейт", "гей-ты!" - смотри ты означает осторожность, входившую в обязанность сословия Гетов.
Черноморские и азовские Гето-Русские казаки имели постоянные сношения с своими соплеменниками Троянцами и соседними с ними народами. Во время осады Трои они на помощь им отправили 30 кораблей под начальством Антифа.
В первые века нашей эры, по известиям византийских и римских историков, Геты или Готы с берегов Азовского и Черного морей неоднократно нападали на римские владения как с суши на Дунае, так и с моря, на прибрежные города: так, в 106 г., в правление императора Траяна, они разорили провинции на Дунае; в 258 г. ограбили берега Абхазии, разрушили Трапезунд и многих жителей и богатства перевезли на берега Азовского моря.
В 262 и 263 гг. Геты грабили берега Фракии и Малой Азии, а в 267 г. взяли Каппадокию и разгромили Афины. Прокопий (VI в.) и другие греческие историки называют Гетов то Готфами или Гофами, то, по старой привычке, скифами, сарматами, роксоланами и аланами.
Геты. Греческие историки, современники монгольского владычества, положительно утверждают, что вошедшие в состав татарской монархии Чиги, Геты, Россы и другие приазовские народы, т.е. Аланы-азы, Казахи или Казаки-Черкасы, приняв от татар нравы, обычаи, язык и одеяние, служили в их войске и возвели могущество их на высочайшую степень славы.
Гитские казаки. Рамзес II или Рамесса (из 19-й династии), которому льстивая история к имени Сезострис прибавила эпитет Великий, отличался ненасытностью по части завоеваний и грабежей соседних народов, особенно Востока. Это заставило многие народы, населявшие побережье Средиземного моря и Переднюю Азию, соединиться под гегемонией гитов и дать отпор этому древнему Наполеону или креатуре его Вильгельму. В союз этот вошли Дарданы (Трояне), Каркемиш, с среднего Евфрата, гиты, владевшие в то время верхним течением Евфрата, частью Малой Азии и Сирией, собственно долиной р. Оронта; всего в союз вошло до четырнадцати народов. Гиты-казаки возглавили этот поход.
На египетских памятниках гиты изображены с желтоватой кожей, т.е. загорелыми, с бритыми бородами и головами, с длинными торчащими врозь усами и чубом, какой носили наши запорожцы XVI-XVIII вв.; черты лица суровые, с прямым лбом, длинным, прямым хрящеватым носом и подобранным подбородком, отчего носы еще более выдаются вперед. Стан короткий, ноги высокие. На головах высокие, конические барашковые шапки; на туловищах рубахи с каймой по подолу и нечто вроде кольчуг или кожаных курток. На ногах штаны и большие сапоги с голенищами до колен и узкими носками, немного загнутыми кверху. Сапоги настоящие, современные, какие носят и теперь простые казаки. На руках рукавицы с одним большим пальцем. Вооружение: короткое копье, лук и секира. Их предводителем был Гит или Хиксос.
Голутьба.
В старину пренебрежительное обозначение на Дону бесхозяйственных Казаков, не спешивших возвратиться на родную реку и остававшихся на русских окраинах до времени упразднения городовой и станичной службы вдоль старой московской границы. Оставшись безработными и много претерпев от местных общественных порядков, они уходили на Дон с ненавистью к русским правящим кругам и послужили наиболее надежным пополнением отрядов Степана Разина. В донских станицах они приобретали права равные со «старыми» Казаками, а защита Донцами «голутвенных новоприходцев» послужила причиной кровавой борьбы Казаков Булавина с войсками Петра Первого в 1707-8 гг. Она привела к окончательному покорению Дона..
Городовые казаки.
Казачьи общины, проживавшие во многих пограничных городах Московии и выделявшие своих людей в полковую и станичную службы.
Первое отчетливое упоминание о Городовых Казаках относится к 1502 г., когда Московский в. князь Иван III приказывал княгине Рязанской Агрипине: «Твоим служилым людям и городовым Казакам быть всем на моей службе, а кто ослушается и пойдет самодурью на Дон в молодечество, их бы ты, Агрипина, велела казнити». Но, вероятно, к городовым можно причислить и тех Казаков, которых летописи и акты от средины XV в. называют Городецкими и Рязанскими.
Служба Городовых Казаков с самого начала носила характер регулярный, а при Иване Грозном и полностью регламентирована специальным уставом. Последнее мероприятие отделяло их от Казаков Вольных и Донских и привязывало к общим интересам Московии. Из них «верстались» Казаки - дети боярские, Казаки - дворяне, Казаки—помещики, Казаки-однодворцы, Казаки-полковые и Казаки станичной сторожевой службы.
Городовые Казаки назывались именем того города, в котором проживали они сами и их семьи. Иногда от них выходили добровольцы в стрелецкие полки и в "опричные" отряды Грозного, но с другой стороны, в Городовые казачьи полка присылались на исправление некоторые провинившиеся московиты.
Управление всеми Городовыми Казаками на территории государства в XVI в. находилось в ведении Стрелецкого Приказа». «Стрелецкий Приказ набирал Казаков на службу и отставлял от нее, выплачивая денежное жалованье, перемещал по службе из одного города в другой, назначал в походы и являлся для Казаков высшей судебной инстанцией. Через Приказ проходило назначение начальствующих лиц над Казаками (голов, сотников), которые во время службы у Казаков также подчинялись Приказу.
Внутреннее устройство Городовых Казаков было таким же, как у городовых стрельцов. Казаки находились в «приборе» у своего головы, который и набирал их на службу. Казацкий голова непосредственно подчинялся городовому воеводе или осадному голове. Нормальный состав прибора исчислялся в 500 человек. Приборы делились на сотни, которые находились в «приказе» у сотников. Сотни в свою очередь подразделялись на полусотни (во главе с пятидесятниками) и десятки (во главе с десятниками). Права и обязанности должностных лиц соответствовали функциям таких же должностных лиц у стрельцов». «За службу правительство расплачивалось с Казаками денежным жалованьем и земельными наделами, поселяя их преимущественно в пограничных городах.
Во время Русской Смуты (1605—1615) большинство Городовых Казаков выступило по стороне Лжедимитрия I и Лжедимитрия II. После избрания на московский престол Михаила Федоровича, многие из них ушли на Дон. Уходили постепенно на Дон и станицы терявшие службу в связи с преобразованием армии и отходом русских границ дальше на восток, запад и юг. Только от этого времени они и связывались с политической историей Донских Казаков. Прежнее население считало их «верховыми» и «новоприходцами». Последние волны их переселения поглотила Кавказская Линия, куда их станицы принесли названия городов прежней службы.
22 июня 1822 г. издано Положение о городовых казачьих полках в Сибири. Это были последние Г. Казаки, которые потом вошли в состав Сибирского, Семиреченского и Забайкальского каз. Войск.
Горские казаки.
Те казаки, что скрылись от ордынцев в горах между Кабардинцами, в будущем стали Гребенцами и Горскими Казаками, но иногда и они привлекались на службу отдельным ханам. Все Горские Казаки, Гребенцы, во второй половине XVI в. ушли в степи, на Терек, на Дои, Днепр и под Астрахань.
Гребенские казаки.
Отдалёнными предками терских казаков были гребенские казаки, поселившиеся на р. Сунже в конце 15 - 1-й половине 16 вв., и присоединившиеся к ним в 16 в. переселенцы с Дона. Первоначально их называли гребенцы, потому что поселения первой половины XVI века были расположены на склонах Терского хребта. Официально Терское казачье войско существует с 1577 года. Официальной датой основания Терского казачьего войска считался 1577, когда гребенцы успешно оборонялись от крымских татар в Терском городке (близ устья р. Сунжи).
Гуннские казаки.
Предводителем казаков-гуннов в 434 году стал Аттила («ацель» - кузнец по-мадьярски). С целью прекращения междоусобицы и объединения войск под одним руководством в 443 году Ацель убивает своего брата-соправителя Бледа и начинает военную кампанию. Жестоко, но таковы были времена.Домоседные, домосидные казаки. Отслужившие срок полевой или внешней службы, обязанные только домашнею службою по войску; домосидчики.


Дворские и реестровые Запорожские казаки.
Ведя жизнь обособленную от новопришлых людей, во второй половине XVI века 3апорожские Казаки стали делиться на четыре бытовые группы.
Первая — Низовцы; они не признавали никакой другой власти, кроме атаманской.
Вторая - слой Казаков-земледельцев и скотоводов.
Из них выделился третий слой — Казаки дворские и реестровцы. Они и их семьи наделялись особенными правами, что давало им основание считать себя равными с польской шляхтой, хотя каждый захудалый польский дворянин относился к ним свысока.
Дворские и реестровые Запорожские казаки. Ведя жизнь обособленную от новопришлых людей, во второй половине XVI века 3апорожские Казаки стали делиться на четыре бытовые группы.
Первая — Низовцы; они не признавали никакой другой власти, кроме атаманской.
Вторая - слой Казаков-земледельцев и скотоводов.
Из них выделился третий слой — Казаки дворские и реестровцы. Они и их семьи наделялись особенными правами, что давало им основание считать себя равными с польской шляхтой, хотя каждый захудалый польский дворянин относился к ним свысока.
Домоседные, домосидные казаки.
Отслужившие срок полевой или внешней службы, обязанные только домашнею службою по войску; домосидчики.
Донские казаки низовые.
Язык Азовских Казаков сохраняется на Дону в некоторых чертах диалекта Донских Казаков Низовых или Старых. Остатки Азовских Казаков после присоединения к России Приазовского края, указом от 9 января 1737 г. помещены в гарнизон крепости св. Анны на Дону под их прежним именем. В 1769 г. они распущены и включились в Донскую общину.
Донские казаки старые.
Язык Азовских Казаков сохраняется на Дону в некоторых чертах диалекта Донских Казаков Низовых или Старых. Остатки Азовских Казаков после присоединения к России Приазовского края, указом от 9 января 1737 г. помещены в гарнизон крепости св. Анны на Дону под их прежним именем. В 1769 г. они распущены и включились в Донскую общину.
Донцы.
Наименование принятое у Русских и Украинцев для обозначения Донских Казаков. Так называются только Казаки, а не все жители Дона. Имя Д. Находит свое соответствие в Танаитах, названии, под которым в первые века н. эры были известны Грекам и Римлянам жители Дона Асы-Аланы. Оно образовалось от прежнего имени нашей реки «Тана» и, следовательно Танаиты это первоначальная форма названия Донцов.


Египетские казаки.
Татищев действительно пишет о наличии упоминаний у Геродота о черкасах и что “род князей их, пришедших из Египта, где был град Чиркас, или Циркас...”. Пришедший род, поселился на Кубани и был когда-то христианской веры. И далее: “...черкесы язык славянский имеют, весьма неправо, но паче татарский с египетским смешан, так что и татара без довольного искуства разуметь не могут, но, мню, он черкас Малой Руси разумеет.
Екатеринославские казаки.
В 1787 году однодворцы, поселенные в Екатеринославской губернии по бывшей украинской линии, обращены были в казачье звание, составив Екатеринославское казачье войско. В 1796 году это войско было упразднено, а казаки назначены в состав Вознесенского казачьего войска из 8 полков, которое, однако, образовано не было.
Енисейские казаки.
Небольшая община, возникшая из служилых Казаков, поселявшихся в верховьях реки Енисея.
В 1619 г. они построили Енисейский острог, ставший опорным пунктом для продвижения «землепроходцев» на р. Лену и дальше к востоку. Но через несколько лет оказалось, что одного небольшого укрепления здесь мало и что путь на восток не достаточно обеспечен с юга. Поэтому местный воевода отправился в Москву с просьбой поставить и второй острог.
В декабре 1626 г. из Москвы в Сибирь пошел приказ о создании острога, взяв четыре человека атаманов, да четыреста человек казаков. Однако, свободных Казаков и атаманов в Сибири тогда удалось набрать только 505 человека и эти служилые люди, перенося большие лишения и голод, отражая нападения местных Татар, построили к зиме 1628 г. Красный острог будущий Красноярск на Енисее. Таким образом, Енисейские казаки выделились из Сибирских в первой четверти семнадцатого века.
После революции 1917 г. Енисейские Казаки пытались организоваться по образцу других казачьих Войск и выбрали Войскового атамана. Их община в 25-30 тыс. душ выставила в армию Походного атамана Сибирских казачьих Войск одну конную бригаду. После 1920 г советская власть полностью ликвидировала все военные и бытовые черты Енисейских Казаков.
Епифанские казаки.
Епифанский уезд - административный район Тульской губернии; место Куликовской битвы (1380 г.); от XV в. средоточие Казаков, ушедших от татарских разгромов со Среднего Дона и принявших на себя обязанности военно-служилого люда в соседних русских княжествах. Многие из них впоследствии получили от царей звание «детей боярских», «помещиков», «однодворцев» (по историку Ключевскому, только в одном 1585 г. низшее дворянское звание детей боярских приобрело 289 Казаков из Епифанского уезда).
От средины XVI в. Епифанский уезд. служил одним из наиболее обильных источников переселения на Средний и Нижний Дон так называемых Верховых Казаков. Позднее оттуда же русские власти переселяли Казаков на Кавказскую линию. Оставшиеся на местах, преимущественно Казаки-дворяне, смешались с русским населением..


Забайкальские казаки.
Забайка́льские казаки́ (гураны), или Забайка́льское каза́чье во́йско — иррегулярное войско в XIX—XX веке в Российской империи, на территории Забайкалья.
Забайкальское казачье войско было образовано 17 марта 1851 приказом императора Николая I на территории Забайкалья из части сибирских казаков, бурят, эвенкийских военных формирований и крестьянского населения некоторых районов в составе 3 конных полков и 3 пеших бригад (1-ый, 2-ой, 3-ий русские полки, 4-ый тунгусский (эвенкийский) полк и 5-ый и 6-ой бурятские полки).
Запорожские казаки.
Для эпохи между XVI и XVIII веками так назывались все без исключения Днепровские Казаки; до этого времени они считались Ордынскими Казаками. Русские называли их Запорожскими Черкасами. Первоначальная история 3апорожских Казаков связана с Черными Клобуками и с теми Казаками, которые несли службу в северо-черноморских колониях Генуи или пополняли дружины крымских ханов. В рядах тех и других, несомненно, заметную роль играли ближайшие потомки Торков и Берендеев, известные летописцу, как «все Черные Клобуки, еже зовутся Черкасы», а Черкасы, в свою очередь, прозвище 3. Казаков, сохранявшееся за ними до XIX в.
Земли расположенные межд; Ю. Бугом и Днепром, на юг от рек Синие Воды и Тясьмин. долгое время били в распоряжении 3апорожских Казаков и их предков, хотя от 1240 по 1739 г. находились в границах татарских владений. До XVI в., от которого Запорожье стало принадлежать Татарам только формально, Казакам приходилось давать своих воинов в ханские войска. 3апорожские Казаки исторически связаны и с тем народом, который по литовским хроникам четырнадцатого века проживал около Ю. Буга и управлялся атаманами. Позднее, они помогали Литовскому великому князю Яну Альбрехту продвигаться в татарские степи.
Ханские подданные казачьей народности составляли три общины: оседлую - за Поросьем в днепровско-бугском клину; полуоседлую Перекопскую и кочевую Белгородскую.
В конце XV в. с днепровско-бутского клина, т.е. с юртов расположенных за Поросьем и за порогами ушли на север тысячи казачьих семей. Они разместились на Литовской Украине, где некогда проживали Черные Клобуки, вдоль рек Рось и Сула. По словам историка А. И. Ригельмана, польско-литовский король Сигизмунт I, «при даче им земель», «одарил их вольностями и разными преимуществами и на то привилегией своею им подтвердил».
Уже в первые годы близких отношений с Литвой, среди 3апорожских Казаков появляются литовско-польские знатные люди, князь Евстафий Дашкович, ославянившийся Татарин, и другой подданый короля рыцарь Проделав Ланцкоронский. Тот и другой стали атаманами, организованных ими одновременно, казачьих отрядов.
Все первые организаторы казачьих походов и ходатаи их перед королем носили фамилии знатных польско-литовских родов. Летописцы и ранние историки называют их казачьими гетманами, но пост гетмана для Казаков был учрежден много позднее, лишь в 1576 г. Эти лица не были и настоящими атаманами. В каждом отдельном случае они являлись только временными вождями-предпринимателями, снабжая казачьи походы из своих обильных средств и пользуясь соответственной частью добычи.
В 1562 г. было достигнуто постановление Польско-литовского Сейма о выплате 3апорожским Казакам ежегодного жалованья, «дабы они могли содержать нарочитое число своего войска и готовы быть к защищению Польши, да и отдали им все пространство земель, которое лежит между реками Днепром и Днестром к татарским границам, кои были без них опустошены татарскими нападениями, дабы они там поселились городами, в которых бы им собраться всем, вообще».
В 1562 г. основан их город Чигирин и около того же времени в Великом княжестве Литовском учрежден Пятигорский гвардейский полк. Несомненно, только они стали первыми организаторами далеких морских походов, принеся с собой знакомство с Черным морем и навигационные навыки старых черноморских корсаров. По свидетельству киевской летописи, первое морское нападение 3апорожских Казаков на Малую Азию состоялось в 1576 г.
Располагаясь все шире на литовских степных окраинах, 3апорожские Казаки не уступили Туркам и прежний свой юрт на днепровско-бугском клину. Они выдвинули за пороги укрепленный форпост, ставший вскоре для казачьей молодежи школою войны. К концу XVI в. он разросся в самостоятельную Низовую Запорожскую республику (СИЧ). Пребывавшие там Казаки не вмели причин относиться с враждой к Крымским Татарам, своим соседям и недавним соратникам. От ханов они ушли из-за их покорности Туркам.
Живя врозь, Низовцы с Татарами первое время не ссорились. Они даже участвовали в борьбе придворных партий Крыма, выступая по стороне враждебной Туркам. Однако, ханы все больше туречилисъ, забывая прежнюю близость к Казакам, забывали, господствовавшие раньше в Крыму традиции веротерпимости, приобретали взгляды и обычаи своих могущественных завоевателей. Добрые отношения с ними сохранять Казакам становилось все труднее, но окончательный разрыв между теми и другими стал намечаться много позднее.
Образ взаимоотношений Сичи с Крымом остается еще в значительной степени туманным. Во всяком случае, до средины XVI в. между ними незаметно постоянной враждебности. Немилосердно разоряя окраины Польши, Литвы и Московии, Татары терпели на своем пути вооруженную Сич и это дало возможность казачьему Низу настолько окрепнуть, что после, когда пришел окончательный разрыв со всем мусульманским миром, Крым уже не был в состоянии справиться с сильной Низовой республикой.
Расселившись - по окраинам Литвы и приняв покровительство Польско-литовского короля, 3апорожские Казаки не прерывали связей со своей низовой братией. Каждое предприятие, задуманное за порогами тотчас же находило отклик и поддержку на рр. Роси и Суле. Услышав о проекте нового похода на Турок, тысячи казачьей молодежи спешили на Низ для того, чтобы в знаменитой Сичи заслужить звание знатного «товарища сичевого братства».
До 1569 г. в литовских областях, ближайших к Сичи, не было почти никого, кроме городовых 3апорожских Казаков. Десять казачьих территориальных полков, сформированных в 1576 г. при короле Стефане Батории носили названия городов Умани, Ладыжена, Богуслава. Корсуни, Черкасов, Канева, Чигирина, Переяслава, Полтавы и Миргорода. Они прикрывали от Татар новую союзную республику, Речь Посполитую с юга и юго-востока.
В течение следующего полувека здесь появились десятки новых городов и сотни слобод. Вырастали как грибы новые крестьянские поселения и на коренных землях 3апорожских Казаков там, где по королевским декретам они уже разместились раньше. Под властью Литвы в Лубнах, Полтаве, Миргороде, Каневе, Черкасах, Чигирине, Белой Церкви хозяевами были одни Казаки, властью обладали только их выборные атаманы.
Теперь повсюду были посажены польские старосты, которые вели себя, как завоеватели, не считаясь ни с какими обычаями казачьих общин. Поэтому между 3апорожскими Казаками и представителями новой власти сразу стали возникать всякого рода недоразумения: по поводу права пользования землей, по поводу частых обид со стороны шляхты, по поводу стремления старост обратить всю не служилую часть казачьего населения в податное и тягловое состояние, а больше всего на почве нарушения старых прав и оскорбленной национальной гордости вольных людей.
Казаки трактовались не гражданами Речи Посполитой, а «поддаными» новых панов, как «схизматическая чернь», хлопы, покоренный народ, с которым от татарских времен тянулись еще не завершенные счеты за нападения на Польшу. Однако, 3апорожские Казаки чувствовали за собой естественное право местных людей, не желали подчиняться пришельцам, возмущались беззаконными нарушениями королевских указов и гордым отношением шляхты. От крестьян, пришедших на Украину, 3апорожские Казаки держались отдельно. Как парод военный и по древним традициям вольный, они признавали равными себе только людей свободных, привыкших обходиться с оружием.
Крестьяне же при всех условиях оставались «поддаными» своих панов, зависимым и почти бесправным рабочим людом. 3апорожские Казаки отличались от пришельцев и своею речью, которая в то время еще не слилась с украинскою и мало отличалась от языка низовых Донцов.
Ведя жизнь обособленную от новопришлых людей, во второй половине XVI века 3апорожские Казаки стали делиться на четыре бытовые группы.
Первая — Низовцы; они не признавали никакой другой власти, кроме атаманской, никаких посторонних давлений на их волю, никакого вмешательства в их дела; народ исключительно военный, часто безбрачный, они послужили первыми кадрами, непрерывно растущего казачьего населения Запорожского Низа.
В Гетманщине, на Литовской Украине, самой близкой к ним по духу группой оставался слой Казаков-земледельцев и скотоводов. Они уже привязались к земле и к своему роду деятельности, но в новых условиях умели иногда заговорить языком бунта и в некоторые моменты уходили массами «в старожитное свое место, в Запороги».
Из них выделился третий слой — Казаки дворские и реестровцы. Они и их семьи наделялись особенными правами, что давало им основание считать себя равными с польской шляхтой, хотя каждый захудалый польский дворянин относился к ним свысока.
Четвертой группой социального порядка была полноправная шляхта, созданная королевскими привилеями из казачьей служилой старшины.
Десятилетия совместных с Поляками и Литвинами походов показали многих 3апорожских Казаков достойными высшей похвалы и награды. Они получали из королевских рук «привилеи» на шляхетское звание вместе с небольшими поместьями на окраинных землях. После этого, на основах «побратымства» с друзьями-соратниками, они приобретали польские фамилии и гербы.
От 1576 г. из этой шляхты выбирались гетманы с титулом «Гетман его королевского величества Войска Запорожского и обеих сторон Днепра». Запорожский Низ им никогда не подчинялся, хотя иногда действовал сообща.
В 1590г. канцлер Замойский провел в Сейме постановление о подчинении Казаков Коронному гетману. Этим было нарушено старое право казачьих гетманов обращаться непосредственно к королю.
В первые годы семнадцатого столетия Запорожские Казаки приняли деятельное участие «а восстановлении прав» мнимого царевича Димитрия на московский престол; в 1614 г. с гетманом Конашевичем Сагайдачным дошли до берегов Малой Азии и обратили в пепел город Синоп; в 1615 г. сожгли Трапезунт, навестили окрестности Стамбула, сожгли и потопили множество турецких военных судов в гирлах Дуная и около Очакова; в 1618 г. с королевичем Владиславом ходили под Москву и помогли Польше приобрести Смоленск, Чернигов и Новгород Северский.
Весною 1628 г. Низовые Запорожцы пошли в Крым с атаманом Иваном Кулагой. К ним присоединилась и часть 3апорожских Казаков с Украины, которых вел гетман Михаил Дорошенко. Погромив под Бахчисараем Турок и их сторонника Джанибек Гирея они двинулись на Кафу.
При гетмане Черном стал также назревать разрыв с между Гетманщиной и усилившимся Низом, т. к. Низ обращался в независимую республику, а казачья Украина все ближе связывалась с Речью Посполитой. Королевский ставленник не пришелся по вкусу народным массам. 3апорожские Казаки двинулись из-за порогов на север, захватили Черного, судили его за продажность и склонность к унии, а осудив казнили. Вскоре после этого Низовцы под командой Кошевого атамана Тараса Трясило напали и на польский лагерь при р. Альте, заняли его и уничтожили стоявшие там войска.
В 1632 г. умер Польский король Сигизмунд III. Его долголетнее царствование прошло под знаком принудительного расширения влияния католической церкви, при поддержке сторонников церковной унии. На трон вступил Владислав IV. В августе 1635 г. Низовые Казаки с атаманом Сулимой или Сулейманом взяли Кудак с налета и уничтожили в нем гарнизон из иностранных наемников. Через два месяца они должны были отдать его верным королю реестровцам.
В 1637 г. защиту казачьего населения Украины стесненного новыми переселенцами, попытался взять на себя Запорожский Низ. Казаки вышли «на волости» во главе с атаманами Павлюком, Скиданом и Дмитрием Гунею. К ним присоединились местные 3. К. из Канева, Стеблиева и Корсуня, состоявшие и не состоявшие в реестре. Их собралось около десяти тысяч, но, после поражения под Кумейками и Мошнами, им пришлось отступить на земли Сичи. Так же скоро Поляки подавили казачье движение на Левобережьи, начатое в следующем году Острянином и Гунею.
В те годы попытки боевого сотрудничества с Украинцами кончались для 3апорожских Казаков раздорами и ссорами доходившими до взаимных убийств. Беглых крестьян Низовая республика принимала охотно. Они могли заниматься там свободным и мирным трудом на выделенных им участках земли. Из них постепенно образовался слой «подданых Запорожского Войска Низового», пополнявших ряды земледельцев и слуг-ыргатов. Те же украинские крестьяне, которые желали продолжать вооруженную борьбу, скоплялись на берегах Ю. Буга. На речке Тешлык они основали свою отдельную Тешлыцкую Сич. Казаки называли их «каратайцами». Вероятно, понятия «городовик», «галман» народились уже в то время.
Богдан Зиновий Хмельницкий сын Казака-шляхтича, подстаросты Чигиринского, уже годы занимал разные должности, был послом Войска на Польский Сейм и пользовался доверием короля. Будущий казачий вождь в то время и сам занимал видное место в служебной иерархии, будучи в Чигиринском полку командиром сотни. В результате обид и ареста, в начале 1648 г. Хмельницкий ушел в Сич и оттуда обратился к королю с жалобами на насилия, которым подвергались Казаки и которые претерпел он сам. Хмельницкий нашел помощь у Крымских Татар и у Сичевиков. Он пошел навстречу Полякам и разгромил их у порогов и в окрестностях г. Корсуня. Хмельницкий продолжал проявлять преданность верховной власти Речи Посполитой, допуская все же отдельные выступления Казаков и крестьян. Борясь за казачьи интересы, «Старший Войска Запорожского» стал пользоваться услугами восстающих крестьян.
Их жестокие расправы со шляхтой вызывали встречную жестокость магнатов, из которых особенно свирепствовал князь Еремия Вишневецкий. Полякам пришлось непрерывно отступать перед огромной армией Хмельницкого, собравшего под свои знамена часть Низовцев, всех Казаков Гетманщины и многочисленных украинских повстанцев.
Военные действия возобновились весною 1649 г. Армия Хмельницкого разрослась до 300 тыс. Казаков, Украинцев и Татар. Королевские войска понесли ряд поражений. 12 января 1650 г. Сейм подтвердил Зборовский договор с добавлением, что три казачьих рыцаря-шляхтича будут допущены на государственные должности.
3апорожские Казаки с Гетманщины были удовлетворены договором, но он не внес изменений в положение украинских крестьян и в то время, когда Хмельницкий с Казаками пользовались временным миром и укрепляли связи с Турцией и Москвой, крестьяне не переставали сопротивляться своим панам. Они не допускали их обратно в имения. многих убили и принудили большинство бежать обратно в Польшу.
Как раз в это время от Казаков пришли новые требования немедленно ликвидировать церковную унию и предоставить Хмельницкому суверенную власть на землях Левобережья, куда не имел бы доступа ни одни польский шляхтич, кроме тех, которые захотят обрабатывать землю своими руками. Сейм отказался выполнять какие-либо требования и постановил начать войну. Каждый Поляк осознал ее необходимость и ради победы готов был идти на жертвы. Польская армия вскоре выросла до ста тысяч человек во главе с опытными начальниками. В то же время армия Хмельницкого пополнялась неустойчивыми, мало дисциплинированными и привыкшими к бессмысленной жестокости повстанцами.
В конце июня 1651 г. при встрече противников под Берестечком у Хмельницкого собралось до трехсот тысяч разнородных войск Но ему не удалось сразу овладеть хорошо укрепленным лагерем Поляков, а отдельные встречи не приносили Казакам удачи. Хмельницкий вскоре откупился от хана и продолжал борьбу. Война разоряла и Польшу и Казачью Украину, не давая перевеса ни той, ни другой стороне.
Каждый раз, когда начиналась война с Поляками, крестьяне толпами приходили к Хмельницкому и формировались в полки «дейнеков», под командой казачьих начальников.
Социальные и религиозные мотивы в упорной борьбе 3апорожских казаков составляли только второстепенную часть общих национально-политических целей. Без надежды на успешный исход затяжной войны с Польшей, в обстановке весьма сложных местных национальных отношений, гетман Хмельницкий не мог мечтать о создании суверенного казачьего государства.
Для себя 3апорожские Казаки добивались только полного самоуправления, при непосредственной связи с королем, который в Речи Посполитой должен был стать королем польско-литовско-казачьим. Большинство Казаков не хотело идти на близкие связи с Турцией. Измученные годами войны, они поневоле склонялись в сторону единоверного Московского царя, Переговоры по этому поводу велись уже давно, но Москва выжидала благоприятного момента с тем, чтобы присоединить землю «Запорожских Черкасов» на веки и с наименьшим риском.
1-го октября 1653 г. Московский Земский Собор постановил присоединить Украину по ходатайству гетмана Хмельницкого и Запорожских Черкас на условиях близких к персональной унии. 8-го января следующего года Казаки, собравшись в Переяславе на Черной (Всеобщей) Раде, подтвердили свое согласие подчиниться и служить царю.
На Черной Раде постановление вынесли Казаки и мещане, присягу на верность вскоре после этого приняли 62.949 Казаков и 62.454 мещан. Несмотря на то, что среди последних тоже находилось значительное число Казаков, общая сумма присягнувших по количеству почти в два раза меньше, чем армия бывшая под знаменами Хмельницкого. Разницу следует отнести за счет крестьян и Казаков, переселившихся на Низ и на Донец.
Люди, приходившие потом на Донец и Дон люди назывались не Украинцами, не Малороссиянами, а Казаками, за которыми на Москве надолго укрепилось прозвище «Запорожские Черкасы». Кроме Донцов, они повсюду встречали других Черкасов, переместившихся на Дон из предгорий Кавказа. Никто из них не принес украинской речи, а все говорили на том диалекте, который сохранялся у Донских Казаков Низовых еще недавно без всяких признаков украинских акцентов.
Такой отчетливый показатель дает основание предполагать, что язык новопоселенных на Днепре Украинцев был иным. чем речь 3апорожских Казаков, в которой западные влияния укрепились несколько позднее в том хаосе смешения, когда на Украине стало терять свое отчетливое значение и самое понятие Казак. Запорожский Низ не принимал участия ни в переговорах с Москвой, ни в постановлениях Переяславской Рады, ни в присяге на верность. К тому времени Сичевая республика уже сложилась в самостоятельный и хорошо организованный организм, дружественный с Гетманщиной, но, как и всегда от нее политически отдельный.
В то время когда Гетманщина рискнула соединиться с Московией, Низ продолжал идти своим путем, продолжал делать историю казачьей народности, продолжая оставаться отдушиной, куда могли стекаться все Казаки недовольные судьбой.
Учинившись в подданстве Московскому царю Гетманщина потеряла навсегда свой казачий облик, ее стали называть Малороссией, она обратилась в часть Российской империи. Казаки уходили на Низ, на Дон, Терек, в Сибирь. После того как и Сичевая республика пала под ударами русских войск 1775 г., а ее казачье население, в качестве особого благодеяния, получило право переселиться на Кубань, туда стали стекаться из Гетманщины и многочисленные «Малороссийские Черкасы», возродившие прежнюю общественную жизнь в Кавказских казачьих Войсках.
В Приазовье, древнюю колыбель казачьего рода, они возвратились, после семисот лет пребывания на Днепре, с языком, ставшим к нашему временя одним из отдельных диалектов казачьей речи. Оставшиеся в бассейне Днепра растаяли в массах размножившегося украинского населения. По паспорту они оставались «полтавскими казаками».
В 1775 г. многие 3апорожские Казаки ушли в Турцию; их потомки и теперь еще населяют четыре местечка Аккерманского уезда: Староказачье, Новоказачье, Байралеча и Волонтеровку.


Илецкие Казаки.
Урал. Остатки Волгских Казаков-старообрядцев, переселенных из под Самары на речку Илек в 1735 г.; четыре станицы Илецких Казаков принадлежали к первому полковому отделу Уральского казачьего Войска и служили в полках вместе с Уральцами; однако уральские старожилы не считали их вполне своими, по той причине, что они переселены в бассейн Урала по распоряжению русской власти; Илецкие станицы не принимались в войсковую общину и не получили права участвовать в общественном рыболовстве Нижнего Урала.


Казаки боярские.
Служба Городовых Казаков с самого начала носила характер регулярный, а при Иване Грозном и полностью регламентирована специальным уставом. Последнее мероприятие отделяло их от Казаков Вольных и Донских и привязывало к общим интересам Московии. Из них «верстались» Казаки - дети боярские, Казаки - дворяне, Казаки—помещики, Казаки-однодворцы, Казаки-полковые и Казаки станичной сторожевой службы.
Казаки дворяне.
Служба Городовых Казаков с самого начала носила характер регулярный, а при Иване Грозном и полностью регламентирована специальным уставом. Последнее мероприятие отделяло их от Казаков Вольных и Донских и привязывало к общим интересам Московии. Из них «верстались» Казаки - дети боярские, Казаки - дворяне, Казаки—помещики, Казаки-однодворцы, Казаки-полковые и Казаки станичной сторожевой службы.
Казаки дворяне - гражданское состояние неизвестное в казачьих общинах и республиках во время их независимого существования. Правда, доверие, уважение высокая оценка боевых заслуг в свободном обществе часто открывали Казаку дорогу к выборным постам и к некоторым экономическим преимуществам «милостию народа», но дворяне с особыми правами появились только в XVI ст. среди «царских холопов», служилых Казаков, как средство прикрепления их к кругу служебных обязанностей.
Историк Ключевский указывает, что «в 1585 г. в Епифанском уезде 289 Донских Казаков зараз были поверстаны в звание детей боярских, составлявших низший чин провинциального дворянства, и получили там поместные наделы». По особым заслугам многие Казаки были наделены и крупными земельными участками со званием и правами дворян-помещиков. Их роды поставляли первых кандидатов на должности военных начальников, как в казачьей городовой службе, так и в стрелецких полках - «приказах».
Привыкнув к положению «начальных людей», новые дворяне отходили от казачьей народной среды, роднились с русским дворянством и все крепче приростали к русскому быту. Они знали, что вернувшись в казачье общество на Дону, они потеряют все приобретенные преимущества и потому только немногие из этой «верхушки» оказались впоследствии на казачьих реках. Зато еще недавно в Воронежской, Орловской и Курской губерниях можно было встретить дворян, помнивших о своем казачьем происхождении.
С присоединением Земли Донских Казаков к России, там установлены общеимперские права гражданского состояния. В 1798 г. император Павел I ввел у Казаков армейские чины с присвоением офицерам дворянского звания. Казак получал личное дворянство после производства в первый офицерский чин, или продвинувшись в статской службе до чина IX класса (титулярный советник), или будучи награжден орденом, учрежденным для чиновников и офицеров. Потомственное дворянство Казак приобретал дослужившись до чина действительного статского советника в гражданской или до чина полковника в военной службе, или если был награжден орденом св. Георгия, орденом св. Владимира или каким либо другим орденом первой степени. Это были «служилые дворяне».
Если же Казак, за особые заслуги, награждался крупным поместьем, он становился «поместным дворянином». Донской атаман М. И. Платов и ген. Ф. П. Денисов, получив поместья, возведены в графское достоинство. Они стали «дворянами титулованными». Сохраняется предание, что царь Иван Грозный наградил Ермака Тимофеевича за покорение Сибири титулом князя Сибирского.
Казаки купцы.
Организовав казачьих дворян, атаман Платов оформил также сословие Казаков - купцов. 1-го сентября 1804 г. было утверждено по его представлению Положение о «торговых Казаках»
Казаки малолетки.
Казачья молодежь допризывного возраста. От начала XVIII в. военная служба при Русской армии стала обязательной для всех Казаков. По достижении 17 лет дети рядовых и чиновных Казаков должны были два года нести станичные и земские повинности - «отбутки». Когда же им исполнялось 19 лет, производилась их перепись и все годные к службе зачислялись в подготовительный разряд – Малолетки, обучаясь один год военному строю в своей станице, Малолетки за это время должны были «из домовняго кошта». приобрести лошадей, седла, оружие, приготовить обмундирование, чтобы, согласно царскому указу от 31 декабря 1765 г., попав в полк «на всякий случай потребное, по их обряду, ружье, лошадей и прочее исправное имели, под взысканием всего того на самых начальников».
Такое положение Малолеток сохранялось до русской революции 1917 г.
Казаки однодворцы.
Служба Городовых Казаков с самого начала носила характер регулярный, а при Иване Грозном и полностью регламентирована специальным уставом. Последнее мероприятие отделяло их от Казаков Вольных и Донских и привязывало к общим интересам Московии. Из них «верстались» Казаки - дети боярские, Казаки - дворяне, Казаки—помещики, Казаки-однодворцы, Казаки-полковые и Казаки станичной сторожевой службы.
Казаки полковые. Служба Городовых Казаков с самого начала носила характер регулярный, а при Иване Грозном и полностью регламентирована специальным уставом. Последнее мероприятие отделяло их от Казаков Вольных и Донских и привязывало к общим интересам Московии. Из них «верстались» Казаки - дети боярские, Казаки - дворяне, Казаки—помещики, Казаки-однодворцы, Казаки-полковые и Казаки станичной сторожевой службы.
Казаки помещики.
Служба Городовых Казаков с самого начала носила характер регулярный, а при Иване Грозном и полностью регламентирована специальным уставом. Последнее мероприятие отделяло их от Казаков Вольных и Донских и привязывало к общим интересам Московии. Из них «верстались» Казаки - дети боярские, Казаки - дворяне, Казаки—помещики, Казаки-однодворцы, Казаки-полковые и Казаки станичной сторожевой службы.
Казаки Сичевого Низа.
Казаки станичной сторожевой службы.
Служба Городовых Казаков с самого начала носила характер регулярный, а при Иване Грозном и полностью регламентирована специальным уставом. Последнее мероприятие отделяло их от Казаков Вольных и Донских и привязывало к общим интересам Московии. Из них «верстались» Казаки - дети боярские, Казаки - дворяне, Казаки—помещики, Казаки-однодворцы, Казаки-полковые и Казаки станичной сторожевой службы.
Казаки татарского языка. Между 1680 и 1690 годами к Донским Казакам перешел нагайский хотон, который они поселили около своего старого Черкасского городка. Через сто лет после этого А.И. Ригельман обозначил в своем плане рядом со Старым Городом «Базовых Татар поселение». Когда был основан Новочеркасск, в 1807 году этих базовых или оседлых Татар переселили в его предместье, которое с тех пор и получило название Татарской слободки или Хотунок. Жители слободки занимались ремеслами, а больше славились мастерским выполнением стеганых ватных одеял. Их иногда указывают, как Казаков татарского языка. Но они, живя среди Донцов свыше двухсот лет, Казаками не стали и военную службу отбывали не в казачьих, а в русских регулярных полках.
Казаки эмигранты.
Казачья Эмиграция явление довольно частое. Земли Казаков привлекали к себе и кочевников и оседлых соседей, выросших в могущественные государства. Под непреодолимым давлением тех и других, Казаки не раз были вынуждены массово покидать свои коренные "старожитные" земли на Дону и Сев. Кавказе, свое "Старое Поле" и удаляться от завоевателей в чужие страны.
Первая казачья Казачья Эмиграция, известная истории, это переход от своего Томаторканского княжества, под давлением Половцев, глубже в Кавказские горы или в лесостепи Подонья, Северщины и Поросья. Днепровские славяне прозвали их Черными Клобуками и Черкасами; значительная часть их укоренилась при Днепре и позднее известна в качестве Запорожских Казаков.
Следующая казачья Казачья Эмиграция произошла в результате разрух и междуусобий в Золотой орде, перед началом XV в., когда большинство оседлого подонского населения должно было удалиться на южные, восточные и северные окраины Руси. Эта Казачья Эмиграция продолжалась до начала XVI в., после чего Казаки начали изгонять со Старого Поля своих прежних покорителей Татар и возрождать там оседлую жизнь.
Очередная казачья Казачья Эмиграция с Дона в турецкие владения на Кавказе была связана с вынужденной присягой московскому государю и преследованиями "старой веры". В гг. 1671-1675 многие Казаки - старообрядцы устремились на Кубань. В 1709 году они пополнились тысячами Некрасовцев, уходивших от зверств карательной экспедиции князя В. Долгорукова.
Тогда же в Турции нашли безопасное пристанище 8 тыс. Запорожцев с гетманом Мазепою. По тому же пути в 1776 г. ушли тысячи других Запорожцев после разгрома русскими войсками их Низовой республики. Через 17 лет большинство из них возвратилось в покинутое их далекими предками Приазовье под именем Черноморских Казаков.
Причиной последней многочисленной казачьей Эмирации послужила революция 1917 г. Десятки и сотни тысяч казачьих эмигрантов устремились на запад двумя волнами: в 1920 г. и в 1945 году (см. Лиенц). Они разместились по многим странам Старого и Нового Света в качестве политических эмигрантов.
Казахи.
Греческие историки, современники монгольского владычества, положительно утверждают, что вошедшие в состав татарской монархии Чиги, Геты, Россы и другие приазовские народы, т.е. Аланы-азы, Казахи или Казаки-Черкасы, приняв от татар нравы, обычаи, язык и одеяние, служили в их войске и возвели могущество их на высочайшую степень славы.
Калмыцкие казаки.
В 1731 году крещеные калмыки, поселенные в окрестностях Ставропольской крепости, составили «Ставропольское калмыцкое войско». На положении казачьих частей состоял Калмыцкий (Астраханский) конный полк.
Идея привлечь к службе калмыков была не самой удачной, поскольку сам строй их жизни в начале XVIII в. был чужд оседлости и элементарным понятиям воинской дисциплины. Команда была сформирована в мае 1737 г., а к сентябрю 150 калмыков сбежали. На январь 1739 г. в команде числилось всего 107 человек. В результате появляется следующее предписание: «...для лучшего удержания от побега, ...за ними (калмыками) смотрение иметь сотникам и капралам русским, а лошадей их и скот велеть пасти в одном месте табуном, и к ним в караул употреблять половину из русских, а другую из них...».
В 1842 году ставропольские казаки были присоединены к Оренбургскому казачьему войску.
Касаги. Касоги.
В русских летописях общее название севере-кавсказеких племен; некоторые летописи отличают от них народ Казягъ. Так Никаноровская и Вологодско-Пермская, представляя Касагов как народ покоренный Мстиславом Хpa6рым. От XV в. общее имя Касагов в летописях и актах заменяется таким же общим названием Черкасы, в котором только много позднее начинают отличать Черкасов Горских (Адыге, Кабарду) от Днепровских и Донских Черкасов-Казаков. Это еще больше убеждает, что среди летописных Касагов находились и казачьи предки. Не даром и Масуди различает горных кашаков от степных: Касаков.
Касак. Первоначальная писанная форма казачьего имени; она полностью сохраняется в английском и испанском произношении. В персидской географии десятого века (Гудуд ал Алэм) на юг от моря Гурз (Азовского) значится, принадлежащая Аланам, Земля Касак. В то время ее население состояло из остатков Меотов и Приазовских Славян, среди которых Торки и Торпеты настолько славянизированы, что их считают Скифо-славянами (Татищев). Русские летописцы называют их иногда Козарами. Историк Татищев указывает летописи, в которых говорится, что Олег Святославович, возвратившись в Томаторкань, после принудительного пребывания в Византии, пленивших его Казаров в 1082 г. «именуя Торками, казнил.
Кесары. За жителями Кесарии Боспорсекой утвердилось название Касареян и Базилеян. Эти имена армянские хроники вспоминают применительно ко второму веку н.э. Например, Мозес Хоренский писал в V в., что в конце второго века «народы севера Касары и Базилиане порешили прорваться через Чор, восточную окраину Кавказа (Данлоп).
Кесария Боспорская перестала существовать после нашествия Гуннов (375 г.), но память о ней сохранялась у местного населения еще долгие века. Рубрукис, посетивший Дов в 1253 г. пишет о ней: «Греки, которые проживают там нa берегу моря, называют ее Касария, что значит - Цезарея».
Пришествие завоевателей Гуннов во многом изменило состав населения Кесарии Боспорской. Место Касаров и Базилеев заняли Болгары, а сами Кесары оказались далеко в Прикаспии. Произношение Кавказцев несколько исказило их имена: первых стали называть Басилами и Берсилами, а вторых Казарами, которые, по всем видимостям, и дали первоначальные кадры основателей государства Казарии, возникшего там около начала VII века.
Киргизские казаки.
В Азии доныне целая орда турецкая называется казаками (киргиз-кайсаки).
У киргизов есть особый род, который исключительно носит название "казак", подобно тому, как есть другие роды "кипчак", "чайман" и др. Эти киргизы называют себя не "кайсак", как многие пишут, а "кхазак". Это потомки омагометаненных и смешанных с другими восточными народностями древних казаков. Среди них часто попадаются лица с чисто арийским красивым профилем и веселым взглядом. В языке киргиз-кхасаков встречается много очень характерных слов и выражений, свойственных говору Донских казаков прежних веков, как-то: кублюк – кубилек (женский наряд из шелковой материи ярких цветов на Дону), чекмень – кафтан, казан – котел, тумак – шапка с верхом, шальбары – шаровары, юрт, мерин, башка, таган, чугун, серьги, чулги – чулки, куп – выкуп, чекан – оружие, тала – тальник, камыс – камышь, чушка – свинья, карга, беркут, драфа, сазан, урань – ура, карбуз – арбуз, каун – дыня, тыква, бахча, канжар – кинжал, чумичка, малахай и др.
Сталенберг и Рубруквис отличают киргизов татарского историка Абул-Газа от киргиз-кайсаков и называют последних кергезы или черкессы – казаки, вернее – черкесские казаки.
Китайские казаки.
Описывая жизнь народа Гиунг-Ну, китайские летописцы делают «маленькое» замечание, что сами тюрки звали их казаками, а европейцы - хунну. Указывается также, что эти казаки считали себя вольными людьми и не желали служить «своему императору» (т.е. китайскому). Они были руководимы своими атаманами и имели земельные наделы. Земельные наделы назывались тогда тара (от имени богини земледелия Тары и от словосочетания «та ар Ра», т.е. «та земля Ра»). Землевладельцы звались таранчина или Тары сыны.
Кубанские казаки.
Часть российского казачества, населявшая территории современного Краснодарского края, западной части Ставропольского края, а также Республик Адыгея и Карачаево-Черкесия. Центр — город Екатеринодар — современный Краснодар.
Кубанское казачье войско исторически сложилось из нескольких различных групп казаков: Черноморские казаки, Линейные казаки, Приписные казаки.
Черноморские казаки. К 1793 году черноморцы в составе 40 куреней (около 25 тысяч человек) переселились в результате нескольких походов. Главной задачей нового войска стали создание оборонительной линии вдоль всей области и развитие народного хозяйства на новых землях.
Линейные казаки. Линейцы — это донские казаки, в конце XVIII века переселенные на Кубань. Населяли Кавказский, Лабинский, Майкопский и Баталпашинский отделы Кубанской области.
Приписные казаки. В первой половине XIX века на Кубань переселялись государственные крестьяне, кантонисты и отставные солдаты, зачисляемые в казаки. Иногда они селились в уже существующих станицах, иногда образовывали новые.
Кубанские казаки являлись свободным военизированным сельскохозяйственным населением.
Линейные казаки. Линейцы — это донские казаки, в конце XVIII века переселенные на Кубань. Населяли Кавказский, Лабинский, Майкопский и Баталпашинский отделы Кубанской области.
Линейцы Казаки. Часть Кубанских Казаков, проживающих в отделах Кавказском, Баталпашинском, Лабинском, в части Екатеринодарского и Майкопском.
В отличие от Кубанских Черноморцев, занявших свои юрты в Приазовье организованным Войском с атаманом во главе, Линейцы переселялись на Сев. Кавказ по частям и в разное время, а их полки подчинялись командирам Отдельного Кавказского корпуса.
В 1777 г., после того как был утвержден проект Азовско-Моздокской Линии, для кордонной службы на ней и для сооружения вдоль нее укреплений, из под Новохоперска в район Ставрополя перевели пятисотенный Хоперский полк. Он расположился здесь четырьмя станицами: Северской, Ставропольской, Московской и Донской. Рядом с ним в Пятигорье разместили полк Волгцев, которых перевели сюда в наказание за участие в восстании Пугачева. Вместе с Казаками пришли их семьи. Это и были первые Линейцы, а в следующие годы число казачьих поселений здесь еще умножилось. Они должны были стать пионерами в колонизации края, послужить застрельщиками при дальнейшем движении вглубь Кавказа и охранять мирный труд землевладельцев, число которых на тылах Линии увеличивалось с каждым годом, в лице государственных и помещичьих крестьян.
В дальнейшем Линия пополнялась Казаками Донскими, Слободскими, Донецкими, Терскими, Днепровскими, Казаками-однодворцами и городовыми, приходившими на Кавказ из России, так же как и Черноморцы, с прежними названиями станиц: Тверская, Калужская, Пензенская, Рязанская, Тульская, Костромская и т.п. В них изредка вливали «разных выходцев» и отставных солдат, но вообще, «из прибывающих в область иногородних зачисляется в казачье сословие только самая незначительная часть.


Малороссийские казаки.
После вхождения русских земель бывшей Киевской Руси в состав Литовского государства, а затем Польши, территория этих земель была поделена на староства. В начале XVI века это были Черкасское и Каневское староства на юге. Эти староства по сути находились в собственности магнатов и постоянно подвергались набегам со стороны крымских орд. Затем, число староств было расширено.
Для защиты и безопасности своих земель от крымчан, черкасский и каневский староста Евстафий Дашкевич и хмельницкий староста Предислав Лянскоронский просто были вынуждены организовать отряды для отпора татарам. Нанимали в эти отряды и казаков приграничья, и коренное население, также ставшее именоваться казаками. Чтобы казаки не покинули службу в критический момент, кроме платы за службу, иногда разрешали им некоторые вольности: пограбить, совершить авантюрный набег на иностранное государство, т. е. то, что называется «выпустить пар». Иногда, основатели малороссийского казачества, развлекаясь, и сами возглавляли эти походы.
Пришедший на смену Дашкевичу князь Дмитрий Вишневецкий (Байда) увеличил число черкасских и каневских казаков, и также возглавлял их не только в обороне староства от крымских татар, но и во время грабительских набегов. В 1563 году он чуть было не захватил Молдавию, но своими же казаками был выдан, затем схвачен и повешен турками.
В середине XVI столетия князь Байда Вишневецкий построил на Днепре на о. Хортице укрепления и сосредоточил там казаков в качестве сторожевого отряда, положив начало Запорожской Сечи, и стали именоваться казаками запорожскими. Эта вольность была открыта для всех желающих как в Малороссии, так и во всей Польши. В Сечь бежали не только от гнёта и преследования властей. Туда шли за удалью, волей, удачей, ведомые авантюрным складом характера не только русские, но и поляки, причем последних там было в достаточном количестве.
На положении казачьих частей состояли Малороссийские конные казачьи полки.
Мальтийские казаки.
Существуют свидетельства того, что некоторая часть казаков в 1775 г, после ликвидации Запорожской Сечи, откололась от Задунайской Сечи и подалась на остров Мальту, где в то время еще существовал Мальтийский орден. Сохранилась запорожская песня, описывающая события тех лет.
Сергей Новиков, в недавнем прошлом первый заместитель верховного атамана ОО "Белорусское казачество", дважды получил высшую награду "Мальтийского ордена".
Массагеты-казаки.
Древний кочевой народ Восточного Прикаспия, вероятные предки Туркменов; принадлежали к комплексу Азиатских Скифов, но от конца I в. по Р. Хр. находились под властью Асов-Аланов и приняли их имя, которое носили до нашествия Гуннов; по китайским хроникам известны как «Яньцай».
Монгольские казаки.
В конце XII века на политическую арену в Азии выходит сибиряк-старовер Богдан из рода Бодончара (в поздней интерпретации - Борджигинов), казачий атаман, вынужденный признавать власть китайского императора и имевший титул хайкона. Хай - высокий, правитель; кон – территория. В поздних трудах историков эта должность звучит как хахан, хакан, хайхан, а по-китайски - чин хана.
Мореходы казаки.
Осуществить покорение коренного населения обычными на западе способами: конными и пешими казачьими отрядами зачастую не представлялось возможным из-за больших расстояний, низкой плотности населения и сложной пересеченной местности, изобилующей горными хребтами. Это было возможно, только создав защищенные базовые поселения — остроги на реках, связанных с Жиганском и Якутском морем. В связи с этим в Якутском казачьем войске помимо традиционных конных и пеших казаков, появились и казаки-мореплаватели. Эту роль в основном исполняли выходцы из Поморья, имевшие опыт арктического мореплавания.
Профессионалы-мореплаватели посылались якутскими воеводами на «морскую службу» в качестве «провожатых и вожей», то есть кормщиков и проводников-лоцманов. Они должны были доставлять казачьи отряды на «дальние реки», снабжать их продовольствием и всем другим необходимым, а также вывозить пушнину и моржовую и мамонтовую (заморенную) кость, полученную в качестве ясака и добытою самими казаками.
Помимо казаков морской путь использовался купцами и промысловиками, которые зачастую обязаны были брать на свои суда и казаков, выполнявших функции представителей власти и следивших за тем, чтоб купцы и промысловики не обижали ясачное население и тем самым не наносили государю «урона в ясачной подати».
Отличительной особенностью восточносибирского мореплавания было то, что в нем тесно смыкались торгово-промысловые и государственные экспедиции. Поездки казачьих отрядов часто проходили при участии торгово-промыслового люда и обычно на его деньги.
Так как среди якутских казаков было много выходцев с Русского Севера, способных к морской службе, умевших пользоваться компасом и глубинным лотом, то не только профессиональные вожжи в случае необходимости могли взять на себя руководство морской экспедицией. Именно они казаки-мореплаватели совершали географические открытия от Лены до Камчатки, составили описания своих плаваний и первые карты, способствовали присоединению этого огромного края к России.
Как и в Поморье, в XVII веке в Восточной Сибири плавали на кочах, однако восточносибирский («якуцкий») коч был больше по размерам и брал на борт большее количество пассажиров и груза.


Нагайбаки.
Тат. нагайбәкләр — этнографическая группа татар, проживающая по большей части в Нагайбакском и Чебаркульском районах Челябинской области. Язык — татарский. Верующие — православные. По российскому законодательству официально являются малым народом.
Численность по переписи 2002 года — 9,6 тыс. человек, из них в Челябинской области 9,1 тыс.
В Российской империи нагайбаки сословно входили входили в Оренбургское казачество.
Районным центром нагайбаков является посёлок Фершампенуаз в Челябинской области.
Нагайбаки под названием «уфимских новокрещен» известны с начала XVIII. По мнению различных исследователей имеют либо ногайско-кыпчакское, либо казанско-татарское происхождение. К концу XVIII века они жили в Верхнеуральском уезде: Нагайбакской крепости (у современного села Нагайбакский в Челябинской области), селе Бакалы и 12 деревнях. Кроме нагайбаков-казаков в этих селениях жили татары-тептяри, с которыми у казаков существовали интенсивные брачные связи.
Часть нагайбаков жила в казачьих поселениях Оренбургского уезда: Подгорном Гирьяле, Аллабайтале, Ильинском, Неженском. В начале XXвека они окончательно слились с местным татарским населением и перешли в мусульманство.
Нагайбаки же бывшего Верхнеуфимского уезда сохранили самосознание себя, как отдельной от татар общности. Во время переписи 1920-1926 годов они учитывались как самостоятельная «народность». В последующие годы — как татары. При переписи 2002 года — отдельно от татар.
Некрасовцы.
Казаки ушедшие в сентябре 1708 г. с атаманом Игнатом Некрасовым за турецкую границу на Кубань; это же прозвище сохранилось - за их потомками до наших дней. На турецкую территорию вместе с Некрасовым перешло около 8.000 душ обоего пола, участники Булавинского восстания и их семьи. Вначале они обосновались на Средней Кубани при Лабе или на Таманском полуострове, где построили три городка: Блудиливский, Голубинский и Чирявский. Отсюда они нападали на русские окраины, но и сами не раз терпели от вторжения русских войск.
Продвижение Русских в Приазовье заставило Некрасовцев подумать о более спокойном месте для поселения. С разрешения турецкого султана в 1740-41 гг. большинство из них переселилось в Добруджу, а остальные задержавшись сначала на левом берегу Кубани, через сорок лет последовали за первыми к устьям Дуная. Здесь они сообща основали селения:. Большие Дунавцы, Сары Кей, Славу Черкасскую, Журиловку, Некрасовку и др.
В 1775г., после разгрома Русскими Низовой .Сичевой республики, там же появились Днепровские Казаки. Те и другие старались занять лучшие рыболовные угодья и на этой почве между ними неоднократно доходило до вооруженных схваток: Поэтому Некрасовцы через 10-15 лет начали новое переселение к берегам Эгейского моря в Энос или на озеро Майнос в Азиатской Турции, в 25 км. от портового города Бандерма на Эгейской море.
К началу XIX в. Н. собрались в двух отдельных группах Майносской и Дунайской.
Майносская ветвь Некрасовцев жила вдали от русских границ, в чуждом окружении, изолированно, замкнуто. Это создало условия для сохранения общественно-демократического устройства общины, какой она была на Дону, Кубани, и культуры своих предков.
Несколько иной облик приобрела община, оставшаяся в Добрудже, «дунаки» или «хохлы», как их называли майносцы. Эти постепенно потеряли казачьи национальные черты и обратились в эмиграцию религиозную. Некрасовцы Дунайской ветви принимали к себе всех уходивших с родины старообрядцев и русских, и украинских.
Поэтому «впоследствии они ассимилировались с позднейшими выходцами из России, утратили язык своих предков, обычаи, фольклор, предания и песни об Игнате, его «Заветы». Не потеряли только желания называться Казаками. Со временем кубанцы-майносцы стали различаться с дунаками и по религиозному обряду. В то время как первые отказались от всякого духовенства и остались при своих начетчиках (их называют «беспоповцами»), вторые стали принимать к себе духовных пастырей Белокриницкой или Австрийской иерархии.
В начале XX века часть Некрасовцев переселилась из Румынии к Майносу. Здесь они разместились отдельно от прежних поселенцев и занялись исключительно рыболовством, в то время как старые майносцы занимались земледелием, а на море выходили только с осени. Особенной близости между теми и другими не возникло, хотя смешанные браки стали обычным явлением. В начале ХХ столетия среди дунаков стало распространяться «единоверие», причем их причетники рукополагались во священники московскими епископами.
Начиная от 1912 г., с разрешения русского правительства, Некрасовцы стали возвращаться в Россию. Они просились на Дон, но их оставили на Кавказе и не разрешили селиться севернее Кубани. К 1958 г. в СССР собралось 7.200 душ обоего пола, из них майносцев 1.200 человек. Именно последние принесли с собой много интересных данных о старом языке, обычном праве и фольклоре Донских Казаков. В 1963 г. из Турции в США тоже принято 224 души дунаков и кубанцев во главе с Тарасом Агафоновичем Атаманом, из числа отказавшихся наотрез ехать в СССР.
Низовые Запорожские казаки.
Ханские подданные казачьей народности составляли три общины: оседлую - за Поросьем в днепровско-бугском клину; полуоседлую Перекопскую и кочевую Белгородскую. За всеми Казаками, расселившимися на Литовской Украине, сохранялось прозвище Запорожских, хотя они теперь обитали много выше порогов.
Ведя жизнь обособленную от новопришлых людей, во второй половине XVI века от 3апорожских Казаков стали отделяться бытовая группа под именем Низовцы.
Низовцы не признавали никакой другой власти, кроме атаманской, никаких посторонних давлений на их волю, никакого вмешательства в их дела; народ исключительно военный, часто безбрачный, они послужили первыми кадрами, непрерывно растущего казачьего населения Запорожского Низа.
Низовские казаки представляли собою укрепленный форпост за днепровскими порогами, ставший вскоре для казачьей молодежи школою войны. К концу XVI в. он разросся в самостоятельную Низовую Запорожскую республику (СИЧ).
Живя врозь, Низовцы с Татарами первое время не ссорились. Они даже участвовали в борьбе придворных партий Крыма, выступая по стороне враждебной Туркам. Однако, ханы все больше туречилисъ, забывая прежнюю близость к Казакам, забывали, господствовавшие раньше в Крыму традиции веротерпимости, приобретали взгляды и обычаи своих могущественных завоевателей.
Добрые отношения с ними сохранять Казакам становилось все труднее, но окончательный разрыв между теми и другими стал намечаться много позднее. По степной традиции, а может быть и по договорам с ханами, Запорожский Низ считался юртом Крымских Ордынских Казаков. Формально все пространство от днепровоко-бугских лиманов до Синих Вод и Тясмина входило во владения Крымского ханства и, по праву завоевания, на него мог претендовать султан. Однако, его войска не углублялись далеко в степи: Турки ограничились постройкой крепостей при Черном море.
Крым же не считал, очевидно, разрыв служебных отношений со своими Ордынскими Казаками за повод для лишения их прежнего юрта. В ордах бунтовались не один Казаки, но мятежные улусы редко покидали старые кочевья. При желании Крымский хан мог легко принудить 3—4 тысячи Низовцев уйти из-за порогов. Свидетельством этому может служить неудачная попытка кн. Дмитрия Вишневецкого утвердиться там же на Хортице. Его изгнали Турки и Татары, оставив в покое Низовцев в укрепленной Сичи на острове Базавлуке. Ясно, что Татары с помощью Турок могли изгнать и их.
Весною 1628 г. Низовые Запорожцы пошли в Крым с атаманом Иваном Кулагой. К ним присоединилась и часть 3апорожских Казаков с Украины, которых вел гетман Михаил Дорошенко. Погромив под Бахчисараем Турок и их сторонника Джанибек Гирея они двинулись на Кафу.
При гетмане Черном стал также назревать разрыв с между Гетманщиной и усилившимся Низом, т.к. Низ обращался в независимую республику, а казачья Украина все ближе связывалась с Речью Посполитой. Королевский ставленник не пришелся по вкусу народным массам. 3апорожские Казаки двинулись из-за порогов на север, захватили Черного, судили его за продажность и склонность к унии, а осудив казнили. Вскоре после этого Низовцы под командой Кошевого атамана Тараса Трясило напали и на польский лагерь при р. Альте, заняли его и уничтожили стоявшие там войска.
Началось восстание 1630 г., привлекшее на свою сторону и многих реестровцев. Оно и окончилось битвой под Переяславом, которая по словам польского летописца Пясецкого, Полякам «стоила больше жертв, чем прусская война». Им пришлось пойти на уступки: реестр разрешили увеличить до восьми тысяч, а 3апорожским Казакам с Украины гарантировалась безнаказанность за участие в восстании.
С этих пор Низ все больше разрастается за счет Казаков-земледельцев. Уходит в Сич и часть старшин, но с другой стороны, многие принимают весь строй жизни от польской шляхты и обращаются в лояльных польских дворян.
В 1637 г. защиту казачьего населения Украины стесненного новыми переселенцами, попытался взять на себя Запорожский Низ. Казаки вышли «на волости» во главе с атаманами Павлюком, Скиданом и Дмитрием Гунею. К ним присоединились местные 3апорожские казаки из Канева, Стеблиева и Корсуня, состоявшие и не состоявшие в реестре. Их собралось около десяти тысяч, но, после поражения под Кумейками и Мошнами, им пришлось отступить на земли Сичи. Так же скоро Поляки подавили казачье движение на Левобережьи, начатое в следующем году Острянином и Гунею.
Новгородские казаки.
В начале 20-го века столетия русский академик Ознобишин, в противовес теории о происхождении Казаков от «беглых холопов», выдвинул новую версию. По его мнению, родоначальниками казаков следует считать Новгородцев, ушедших на Дон после двух разгромов их республики Великим князем Иваном III и царем Иваном Грозным. В доказательство своей версии академик Ознобишин приводит сходство новгородского и казачьего республиканского строя, стиль церквей, будто бы новгородский у Верховых Казаков, и хранившееся в Тверском музее новгородское знамя с «медведем в кресле».
Имеется много данных утверждать, что Донские Казаки, рассеянные после 1595 г. по всему северу, в XV в. уже находились и на службе у Великого Новгорода Часть из них, вероятно, тоже после возвратилась на Дон, но многие остались на чужбине. Почти все сибирские «землепроходцы» выросли в студеном климате новгородских «пятин», особенно на Северной Двине. Были там Казаки и в XVI в. Только в одном небольшом сборнике актов, изданном недавно (Материалы по истории крестьян в России XI—XVII в. Ленинград, 1958), Казаки упоминаются дважды: под годом 1548 - «увечный Казак Олешка» в Софиевском Новгородском доме и под годом 1592 - «Казак Иванко» в вотчине Новгородского митрополита. В актах Соловецкого монастыря Казаков можно встретить тоже нередко.
Новгородцы, еще до нашествия монголов, славились своею "вольницей".
В IV веке Геты в правление знаменитого гетмана Эрмана, как сильное военное сословие, покорили почти всю нынешнюю Европейскую Россию, в том числе и Новгород (350 г.) и наложили дань на все жившие там народы: скифов, чудь, весь, мерю, мордву, корелу, рокасов (Русь), венетов и др., одним словом, на все те народы, которые впоследствии перечисляет Нестор 73). Но скоро господство их, со смертию 110-летнего Эрмана, было свергнуто.
В IX в. Готы (Готе, Гьте) вновь, как говорит Нестор, покоряют Новгородскую землю и берут с нее дань, но новгородцы в союзе с чудью, мерей, весью и кривичами, перед призванием князей, прогоняют их. На пребывание этого народа на берегах Балтийского побережья и теперь указывают многие названия местностей, как то: о. Готланд и полуостров того же имени, в южной части Швеции 74); город Гетеборг (Гетский бор) там же; река Гота и др.
В писцовых книгах древних новгородских погостов мы находим конных Гофейских казаков (готских), переселившихся в Бежецкую пятину. Кроме того, не так давно в Новгороде ремонтировали один из старейших соборов, построенный еще в XI веке; во время работ обвалилась на одной из стен штукатурка и там оказалась фреска, происхождение которой относится к первоначальной постройке собора. Фреска изображает воинов, вооружение и одеяние которых совершенно сходны с древним казачьим, сохранившимся до конца XVIII в.
Из раскопок могил в областях древнего Новгорода, произведенных по поручению Императорского археологического общества в 1872-1873 гг. Ивановским, в достаточной степени установлено пребывание там в XI и XII вв. темно-русых южан воинов, резко отличавшихся строением тела от местных светловолосых земледельцев. Ивановским было разрыто 819 курганов-могильников. Громадное количество бронзовых и медных вещей, оружия, в виде сабель и копий, черепков, волос мужских и женских с сохранившеюся прической, самоцветных камней и монет - доказали самым наглядным образом, что по лицевому углу народ этот был славянского племени, темнорусый.
в 1325 и 1380 гг. вместо варягов-готов в Новгороде, в Бежицкой пятине, появляются уже гофейские (готские) казаки.
Раскопки древненовгородских могил, а также присутствие в говоре бывших новгородских областей многих слов и выражений, свойственных южной и днепровской Руси, ясно говорят, что в население древнего Новгорода волею судеб внедрился элемент с берегов Черного и Азовского морей и впоследствии вполне ассимилировался с тамошними жителями, оставив им в наследие своеобразный общинный образ правления, предприимчивый дух, стремление к независимости и религиозной обособленности..
Новоприбранные казаки.
Ядро войскового сословия Сибирского войска генетически восходило к городовому казачеству Западной Сибири XVII в. Уцелевшие ермаковцы и их дети, положив начало военно-служилому сословию русской Сибири, скоро растворились в массе так называемых новоприбраных казаков. В течение следующего, XVIIIв. часть городовых казаков переселили на пограничные линии, и они дали начало сибирскому линейному казачеству.
Норвежские казаки. Из становищ этих северных Гетов-Руссов по берегам Балтийского моря в Норвегии известны Фрёнделаген - место кочевья Гетов "фругундионов" или Фрягов - Уннов.


Оземейные казаки.
Оземейные - особое правовое состояние Казаков неспособных к военной службе, на Дону в XVIII в.
К Оземейным причислялись и те «новопришлые» Казаки, которые не подлежали обратной высылке в Россию. Оставаясь на Дону легально, Оземейные составляли в казачьих городках особую группу землевладельцев. Они не зачислялись в казачьи службы и не могли участвовать в дележе царского жалованья, но зато получали право пользования станичной юртовой землей, были производителями продуктов питания.
Однако, для экстренных случаев, когда всем надо было выступать для обороны от нападения, Оземейные тоже должны были обладать исправным оружием. В обычное же время, вместо военной службы, они выполняли станичную и общевойсковую, натурально-трудовую повинность. Кроме того, от 1765 г. Оземейные выплачивали в казну Войска подушную подать. Иногда среди них попадались и неказаки: так по актам Ростовского архива, в 1767 г. вольный человек Борис Егоров просил Войсковое правление, чтобы ему позволили «с протчими иностранцами приписатца в Среднюю станицу в оземейные».
Станичное общество разрешало Оземейным пользоваться трудом приписных к станице крестьян и жениться на казачьих вдовах и девушках, даже в тех случаях, если они не были природными Казаками. Таким смешанным семьям всегда отдавалось предпочтение перед другими иногородними и молодежь, родившаяся и выросшая в них легко приобретала все казачьи права. С другой стороны, казачьи дети с физическими недостатками или по другой причине неспособные к строю, перечислялись в Оземейные.
На Дону число Оземейных постоянно увеличивалось за счет пришлых Днепровских Казаков. По приказу Военной Коллегии в конце XVIIIвека, ими иногда пополнялись донские полки и тогда они автоматически приобретали на Дону все гражданские права на казачьем положении. Не попавшие в эти наборы, расселились по слободам и составили часть коренных иногородних.
Ордынские казаки.
До XVI века так назывались все без исключения Днепровские Казаки. Русские называли их Запорожскими Черкасами.
В 1240 г. татары взяли Киев, тогда Казаки отторгнулись от державства Российского и оставались под властию Татар. Эти Казаки составляли коренное население Томаторкани.
После 1240 г., когда все Восточные Славяне стали данниками Золотой Орды, степные казачьи земли и Приазовье, на Дону и на Днепре попали в границы татарской империи. По типу, привычкам и роду жизни Казаки мало отличались от других степных народов, переходящих из кочевого в оседлый быт. В царстве хана Бату они оказались, наравне с Половцами-Кыпчаками, своими людьми.
Эти новые «татарские люди» издавна были христианами, а первые ханы не притесняли инаковерующих.
В 1261 г. киевский митрополит Киприан, по предложению хана Беркая, основал в городе Сарае епископию для ордынских христиан.
Оседлое казачье население выставляло очередные ополчения, которые располагались на границах или принимали участие в походах на запад, но из его же среды выходили своевольные и подвижные группы, совершавшие самостоятельные набеги на соседей. Таким образом, все Казаки могли долгое время считаться ордынскими.
Казаки в войсках темника Нагая играли заметную роль и своими подвигами способствовали росту его военной славы. Современник Нагая, Грек Пахимер рассказывает, что темник сумел основательно отатарить местное население днепровско-донецких степей. Там все стали носить татарскую одежду, переняли татарские обычаи, язык и все вместе стали так сильны, что легко разбили войска хана, пытавшегося принудить их к послушанию.
После Нагая, при крымских ханах Гиреях, Ордынские Казаки выступают, как Казаки Перекопские и Белгородские. Из них же набирались отряды охраны черноморских колоний Генуи. В уставе колоний предусмотрены их права и обязанности.
В известную эпоху такими же Ордынскими Казаками можно считать и Донских Казаков. О них можно многое узнать из посланий московских митрополитов к приходам Червленного Яра на Среднем Дону (от начала XIV в. до 1560 г.). Об участии этих Казаков в Куликовской битве говорит извлечение из какой то старинной летописи, сохранявшееся в записях Вкладной книги часовни на Лубянке в Москве. Пишет об этом и Краткая Московская летопись, которая, по словам Ригельмана, «напоминает нам, что перед сражением Московского вел. князя Дмитрия Ивановича с Мамаем, поднесена ему Донскими Казаками икона Донская». А в родословной Татарской истории он же находит: «Когда татарская сила начала упадать, то Казаки, видя, что Россияне начали явно противиться Татарам, также напали на них всеми своими силами».
Когда начались столкновения между разными претендентами на главенство в империи, ханы особенно стали привлекать к себе на службу многие казачьи роды. Они формировали из них свои дружины и ценили Казаков не меньше, чем своих знатных родственников, огланов, князей и мурз.
В XV в. Ордынские казаки составляли многочисленный социально-племенной слой в друживших между собою Крымской и Нагайской ордах. В то время как Донские Казаки вынуждены были оставить ок. 1395 г. берега своей реки, Перекопские, Белгородские, Нагайские и Азовские Казаки оставались с Татарами до прихода на северные берега Черного моря завоевателей Турок. Тогда Ордынские казаки оставили ханов, признавших власть турецкого султана, перекочевали к границам Великого Княжества Литовского, а частично и к ушедшим раньше на московские «украйны» Донцам. Это произошло в конце пятнадцатого столетия, а через полвека все они начали дружное возвращение на те днепровские и подонские юрты, которыми владели при Татарах и которые испокон веков считали своим «Присудом».
Судя по Запорожцам и всем жителям Дона, Терека и Урала, Ордынские Казаки, живя среди Татар, сохранили свои Прежние внешние и духовные черты. В массе своей они пришли назад на Старое Поле христианами с древнеславянской речью, на которой все же несколько отложилось влияние татарских диалектов.
Оренбургские казаки.
В 1734 началось строительство Оренбургских укрепленных линий. Для их обороны и колонизации края и основания Оренбурга (1735) сюда были переселены уфимские, исетские, самарские и др. казаки. В 1748 из переселенцев 1735 года создан Оренбургский нерегулярный корпус. В 1755 из части Оренбургского нерегулярного корпуса создано Оренбургское казачье войско. В 1798 в Оренбургское казачье войско были включены все казачьи поселения на Южном Урале, кроме уральских казаков.
Осетины казаки.
По переписи 1897 г. в Терском казачьем войске на это время было 167301 человек казачьего населения. Их них русский язык родным назвали 145508 человек, украинский – 16329, калмыцкий – 2727, белорусский – 586, татарский – 252, другие – 2932. В последнем числе большинство принадлежит казакам-осетинам, игравшим значительную роль в истории Терского казачьего войска.
В последнее время несколько десятков статей о казаках-осетинах опубликовал Ю. Запоев. При всем этом данную тему вполне можно назвать малоизученной.
В период Первой мировой войны много казаков-осетин стали офицерами и достигли генеральских чинов. Достаточно сказать, что за всю историю в рядах Терского казачьего войска 12 уроженцев станиц Черноярской и Новоосетинской стали генералами, из них трое до 1914 года (Казьма Занкисов, Бейбулат Тургиев, Заурбек Тургиев), один в течение Первой мировой войне (Эльмурза Мистулов), остальные во время Гражданской войны (Владимир Агоев, Константин Агоев, Иван Хамилонов, Яков Хабаев, Александр Сабеев, Василий Бегиев, Георгий Татонов и Лазарь Бичерахов).
Первые тесные связи горцев с казачьим населением Терека относятся к XVI веку, когда появились станицы Гладковская, Курдюковская и Щедринская. С этого времени численность станичников увеличивалась за счет не только беглых крестьян, но и горцев. Со многими горскими обществами казаки поддерживали тесные экономические связи. Известно, в частности, что осетины имели довольно оживленную торговлю со станицами Щедринской и Червленной. Но самое тесное сотрудничество осетин и терских казаков началось с XVIII века, когда был основан Моздок.
Первые осетины-горцы появились в Моздоке в 1764 году, т.е. уже через год после основания крепости. В это время здесь проживало 6 осетинских семей. В 1785 году в Моздоке уже насчитывалось 223 осетина, составлявших 88 семейств. Со дня появления первых осетин в Моздоке их стали привлекать к воинской службе. В 1764 году была сформирована горская команда из осетин и кабардинцев для несения охранной службы. Некоторые из них впоследствии стали офицерами и были награждены боевыми наградами.
Начиная с XIX века, к первой группе переселенцев-осетин, именовавшихся “цайта”, прибавилась вторая группа – осетин-ерашти из дигорского общества. Как и цайта, ерашти переселились на равнину по причине дефицита земли и притеснения местных феодалов.
Первыми переселенцами из Дигории, основавшими в 1804 году в 25 километрах от Моздока поселение Черноярское, стали братья Кургосовы, капитан русской службы Тавсурко и священник Алексей. Вслед за Кургосовыми в Черноярское быстрыми темпами стали переселяться другие семьи из Дигорского ущелья, а также осетины-иронцы. Уже спустя год поселение насчитывало 40 дворов.
Через пять лет после основания Черноярского на моздокскую равнину переселилось селение Масыгкау Дигорского общества. В трех километрах от Черноярской они построили селение, названное Ново-Осетинское, но в народе долгое время хранилось название “Масыгкау”.
Здесь стоит отметить, что до 1824 года еще не существовало не только Терского войска (образовалось в 1860 году), но и даже Кавказского линейного войска (образовалось в 1832 году). Будущее Терское войско именовалось – “поселенные на Кавказской линии”.
Сейчас трудно сказать, чем руководствовался генерал Ермолов, зачислив в казаки осетин. Возможно, это была попытка привлечь на свою сторону некоторую часть горцев. Будущее показало, что генерал Ермолов очень прозорливо увидел в осетинах “цайта” и “ерашти” верных союзников на долгие годы.
При том, что большинство населения станиц Черноярской и Ново- Осетинской были потомки переселенцев-дигорцев, среди них встречались и выходцы из других обществ. Например: Цаллаговы из селения Унал Алагирского ущелья, Белаевы и Тотиевы (ставшие Латышевыми) – из Нарской котловины. Некоторые из беглых осетин, опасаясь преследования своих феодалов, записались на русские фамилии – Ивановы, Горчашевы и другие. Также стоит отметить, что почти все из переселенцев осетин-мусульман крестились, и лишь некоторые сохранили прежнюю веру (Тургиевы, Мистуловы). Всего в осетинских станицах проживало более 70 фамилий. Некоторые фамилии насчитывали одну семью, другие несколько десятков.
Отдельные фамилии проживали в обеих станицах . Примечателен и тот факт, что, несмотря на неоднократные перемещения казачьего населения на Северном Кавказе, казаки- осетины смогли сохранить компактность проживания, при этом оставаясь неотъемлемой частью всего казачества . Военная доблесть, лихость, удаль, беззаветная отвага и решимость – победить или умереть – все эти качества объединяли казаков и осетин. Военное дело стало основным ремеслом уроженцев станиц Черноярской и Ново-Осетинской.
Постоянно казаки-осетины служили в главной войсковой части России – Императорском Конвое.
Среди офицеров военного времени также было много казаков- осетин, но мы ограничимся только кадровыми офицерами. Все вышеназванные офицеры – терские казаки, но в частях Терского казачьего войска служили и числились офицеры-осетины, не являвшиеся казаками. Многие из них всю жизнь прослужили в Терского казачьего и их судьба не отделима от него.
Во многих фамилиях осетин-казаков почти все мужчины становились офицерами из поколения в поколение. Например, офицеров Тускаевых лишь только в Первой мировой войне участвовало восемь человек. Также здесь можно назвать Сосиевых, Мистуловых, Сабеевых, Валаевых, Цугулиевых, Байтугановых, Гокинаевых и др.
И в радости, и в горести казаки-осетины всегда считали себя неотъемлемой частью всего казачества. И в казачьей среде казаки-осетины пользовались уважением. Совсем не удивительно, что в тяжелые годы Гражданской войны должность начальника Войскового штаба Терского казачьего войска занимал уроженец станицы Черноярской полковник Георгий Хутиев. А уже в эмиграции, в 50-е годы, терцы доверили должность Войскового Атамана ТКВ также уроженцу станицы Черноярской генерал-майору Константину Агоеву.
Осетинские казаки как отдельная “каста” перестали существовать с гибелью Терского казачьего войска. Сильно они пострадали и в годы репрессий. Ныне даже трудно встретить некоторые фамилии, из некогда гремевших на Тереке. Феномена, подобного осетинскому в ТКВ, не было ни в каком ином казачьем войске Российской Империи как по численному представительству, так и по самому факту наличия отдельных станиц из местного, нерусского населения.
Следует добавить, что кроме воинов осетинские станицы дали несчетное число представителей интеллигенции.
Офицеры-казаки.
С древних пор командные должности в казачьих обществах занимали те лица, которых Казаки-воины выбирали сами. Это происходило в XVI, XVII и даже в XVIII столетиях, уже под властью России, правительство которой не признавало казачьих выборных командиров равными по положению офицерам русской регулярной армии.
Еще в 1712 г. указывалась невозможность удостаивать и «впредь, как Донского, так и прочих нерегулярных Войск старшин воинскими регулярными рангами, дабы регулярным офицерам обиды быть не могло». Однако такие ограничения постепенно стали устраняться. После восстаний Пугачева, 14 февраля 1775 г. на Дон пошел царский указ, по которому «все старшины, командовавшие в походах полками, приравнивались к штаб-офицерским чинам». Что касается меньших старшин, есаулов, сотников и т.п., то их тогда еще с русскими офицерами не равняли, хотя признавалось, что они «по службе своей равные офицерской чести должности отправляют».
Указом 1798 г. казачьи военные чины приурочены к русской Табели о рангах и окончательно утверждены с выходом Положения о Войске Донском в 1835 г. Права казачьих «чиновников»— офицеров регулировались Сводом законов Российской империи т. IX. До наших дней существовали казачьи чины: хорунжий, сотник, подъесаул, есаул, войсковой старшина, полковник, генерал-майор, генерал-лейтенант и генерал от кавалерии.
Систематическая подготовка к офицерской службе проводилась в Новочеркасском и Оренбургском казачьих училищах, а также в Казачьей сотне Николаевского кавалерийского училища в Петрограде. Если же Казак поступал в общерусское военное училище, то и оттуда он выпускался с производством в казачий чин хорунжего, после чего командировался на службу в казачью же конную или пластунскую часть.
Состоящие в строю обер-офицеры наших полков производились в следующие чины, прослужив в прежнем - три года. При этом периодически отбывались «выходы на льготу». Чин есаула было получить труднее, только при освободившейся вакансии на должность командира сотни. После десяти лет службы в чине есаула можно было ожидать производства в чин войскового старшины, но снова при наличии вакансии на должность помощника командира полка. Быстрое продвижение в штаб-офицерских чинах удавалось лицам окончившим одну из военных академий (Ген. Штаба, Артиллерийскую, Инженерную, Юридическую, Интендантскую) или хотя бы одну из дополнительных школ с высшей программой (Кавалерийскую, Офицерскую стрелковую, Артиллерийскую).
Во время Первой Мировой войны Офицеры Казаки производились в следующие чины, после четырехмесячной фронтовой службы в пластунах, шести месяцев в коннице, девяти месяцев в артиллерии, за два ранения, за 12 месяцев командования сотней и т. п. Производились также в качестве награды за отличия в боях и получив орден св. Георгия Победоносца.


Панские казаки.
При короле Стефане Батории были составлены списки (реестры), куда записывали служащих государству казаков, и только записанные в реестр казаки и именовались. Король назначал казакам старшего, которого именовали гетманом. Но реестровые казаки не замыкали своё сословие. Так что в реальности казаков было больше, чем непосредственно записанных в реестр. По аналогии с реестровыми и запорожцы избирали себе гетмана, гетман был и у панских казаков. Польское правительство неоднократно пересматривало списки, исключая из него лишних, но и исключенные из него продолжали именовать себя казаками.
Панцирные казаки.
В XVI веке, при короле Стефане Батории, казаки были образованы в полки Речи Посполитой для несения службы по охране границы и как вспомогательное войско в войнах с Турцией. Эти казачьи отряды получили название реестровых казаков. В качестве лёгкой кавалерии они широко использовались в войнах, которые вела Речь Посполита. Среди реестровых казаков выделяются также панцирные казаки, занимавшие нишу средней кавалерии — легче Крылатых Гусар, но тяжелее обычных реестровых казачьих войск.
Партизаны казаки Донские.
Казачьи вооруженные группы, действовавшие от ноября 1917 г. против Красной гвардии, хлынувшей на Дон. Боевые соединения Партизан Донских из молодежи и части офицеров назывались дружинами, группами, курсантами, сотнями, но ввиду их стихийного возникновения и их иррегулярности все они, не без основания, причисляются к формациям партизанским.
В партизанские отряды шла преимущественно молодежь, не достаточно умудренная боевым опытом, но не уступавшая в доблести соплеменникам фронтовикам, шли офицеры определившие уже своя политические позиции. Партизанские отряды формировались по всей Донской земле.
Первым из них вошел в историю отряд погибшего трагически есаула Чернецова. По нем равнялись отряды Романа Лазарева, полковника Миронова, сотника Грекова (Белого Дьявола), войскового старшины Семилетова, полковника Упорникова, сотника Назарова, войск, старшины Мартынова, полковника Краснянского, есаула Боброва, есаула Карпова, партизанский отряд имени атамана Каледина, Баклановский конный отряд есаула Власова, - отряд из донских кадет полковника Хорошилова, конный отряд им. Стеньки Разина, Таганрогский отряд из местных учащихся и частя служивых Казаков, Атаманский отряд, Донская студенческая боевая дружина, офицерская дружина войск. старшины Гнилорыбова, дружины станиц Новочеркасской, Аксайской, Александровской, Гниловской, Ольгинской, Константиновской, Китайский отряд сотника Хоперскова, партизанская артиллерия, ряд небольших групп и местных станичных дружин для охраны поселений от насилий красногвардейцев.
Крупную роль сыграли юнкера Новочеркасского казачьего училища и Общеобразовательные курсы для подготовки подхорунжих и урядников на чин прапорщика, но эти два соединения по своему строению были еще частью прежней регулярной армии.
Три месяца Партизаны Донские сдерживали напор красногвардейских отрядов и русских регулярных стрелковых и матросских частей, но 12 февраля 1918 г они были принуждены оставить Новочеркасск и уйти за Дон в степи под командой Походного атамана ген. П. X. Попова. В этот степной объединенный «Отряд Вольных Донских Казаков» вошло 16 партизанских соединений, 1987 штыков и шашек при 41 пулемете и 5 орудиях.
В степях к ним примкнули 4 сотни Калмыков с ген. И. Д. Поповым, а также некоторые Казаки из ближайших станиц, повысив боевой состав Степняков до 2850 человек. Находясь в степях Партизаны Донецкие, ожидали всенародного выступления Казаков. Они не обратились в толпу беглецов, выдерживали атаки противника и сами нападали. Когда на Дону началось общее восстание, Партизаны Донецкие влились в ряды Казачьей народной армии. К средине 1919 г. участников Степного похода оставалось в живых только 610 человек. Остальные отдали жизнь в борьбе за родной край..
Пластуны. Казачьи пешие войны.
Это название принесли в казачий обиход Казаки Черноморские; вначале они одни были хранителями боевых традиций знаменитой запорожской пехоты и только позднее стали появляться Пластунов у Линейцев, Донцов и Терцев. Таким образом, все бойцы пеших казачьих частей к нашему времени назывались не иначе, как Пластуны.
В императорской армий из пеших Казаков формировались отдельные батальоны и попавшие в них призывные были избавлены от значительных расходов при покупке коня и сбруи. Но, несмотря на такое облегчение, служба в пехоте не очень привлекала казачью молодежь. Она стала уделом малосостоятельных людей по необходимости. В мирное время пластунские батальоны выставляли одни Кубанцы. Во время войны их число утраивалось до 18, для которых Войско имело готовые кадры опытных командиров. В годы Первой Мировой войны Донцы выставили также 6 пластунских батальонов. Командиров для них пришлось переводить из конницы. Молодые офицеры неохотно шли в Пластуны.
В 1915 г., когда в батальоны потребовалось пополнение младшего, офицерского состава, прапорщики ускоренных производств не выражали желания идти в пехотные части и начальнику Новочеркасского казачьего училища однажды пришлось прибегнуть к хитрости: была объявлена запись, желающих остаться на тыловых должностях, но всех записавшихся, вместо штабов, командировали в пластунские батальоны. Тогда они действовали преимущественно в горах Турецкого фронта.
В годы независимого существования и войны с большевиками Казаки-пехотинцы по прежнему назывались Пластунами, а иногородние солдаты - стрелками.
Польские казаки.
В середине XVI столетия князь Байда Вишневецкий построил на Днепре на о. Хортице укрепления и сосредоточил там казаков в качестве сторожевого отряда, положив начало Запорожской Сечи.
Впоследствии Вишневецкий, под давлением короля Сигизмунда-Августа, не желающего ссорится с крымчанами, вывел своих казаков с низовья Днепра.
Но другая часть казачества, вкусив легкой вольной жизни там осталась. Эта вольность была открыта для всех желающих как в Малороссии, так и во всей Польши. Туда шли за удалью, волей, удачей, ведомые авантюрным складом характера не только русские, но и поляки, причем последних там было в достаточном количестве. «Из того времени не только козаки козаками, но и поляки названы были козаками».
Среди запорожцев много было лиц шляхятского происхождения, которым также было скучно у себя на родине и они шли в Сечь в поисках приключений. Некоторые из них добивались своими поступками – храбростью, удальством, умением организовать набег, высокого положения в Сечи. «…Шляхтич Косинский когда по благочестию возревновал и, козацким гетманом учинившися, стал воевать ляхов…», - отмечает самовидец. Как видно гетман из польской шляхты водит казаков не только в походы против татар и турок, но и против самих же поляков.
Известен поход гетмана Сагайдачного с поляками на Москву в 1610 году, когда по пути запорожцы разграбили, а затем сожгли русский Стародуб..
Посполитые казаки Малороссии. Также, как и крестьяне в Малороссии не имели права продавать и закладывать земли свои без позволения помещика; могли переходить с места на место, но, оставив все нажитое господину, заплатив ему за льготное время и получив от него письменный отпуск. Помещикам не позволялось иначе продавать их, как с землями.
Посполитые казаки.
Происходящие из простого народа. Посполитые - слово польского происхождения, принятое и Днепровских Казаков.
В Гетманщине Посполитами назывались обычно все нестаршинское и неслужилое в армии население; это были украинские и белорусские крестьяне, мещане и нечиновные Казаки, которые по каким либо причинам были лишены чести служить с оружием. Считаясь Посполитами, Казаки проживали в селениях отдельными группами и подчинялись не общим старостам-войтам, а своим выборным атаманам. Однако все податные и тягловые повинности они должны были выполнять наравне с другими неслужилыми людьми, давали продукты на содержание полковой администрации, «гоняли» почту, выставляли подводы, призывались для исправления оборонных сооружений, дорог и греблей. Иногда старшины заставляли их работать и на себя, но это рассматривалось, как нарушение казачьего обычного права.
Приписные казаки.
Иногородние по народному постановлению принятые в замкнутую казачью среду. Если на казачьи земли приходили Казаки, из семей задержавшихся на Руси, в Литве или на Украине и они имели доказательства своего казачьего происхождения, то принимали их сразу и считали их природными, а не приписными.
В XVI и XVII веках такого рода пришлые люди непрерывно собирались на Дону, Тереке, Урале, Днепровском Низу и благодаря этому образовались довольно крупные политические общества, своеобразные чисто-казачьи речные республики. По общему постановлению иногда в них принимались и пришлые люди иного рода. Но русская история отмечает, что от средины XVII ст. обращение иногородних в Приписных Казаков почти прекратилось. Едва ли их число было значительным и раньше. Вероятнее всего, что к этому времени сократился массовый прилив, пребывавших раньше на чужбине, природных Казаков, которых привыкли приравнивать к беглым крестьянам.
Долгие годы появление в станицах новых людей контролировалось Военной Коллегией при помощи «сыскных начальств». Но, все же, прекратить приток людей со стороны не удавалось. Станичные и хуторские скотоводы- земледельцы нуждались в рабочих, а сами Казаки постоянно пребывали на службе в полках. Поэтому войсковые власти часто разрешали, особенно «малороссиянам», оставаться на Дону. По переписи 1783 г. их и собралось там 26579 душ. Когда военные нужды потребовали увеличения служилого состава донских полков, русское правительство рекомендовало пополнять их иногородними. Атаманы делали это очень неохотно.
Эту национальную замкнутость Донцов стал без стеснения нарушать презус Военной Коллегии князь Потемкин. Он особенно поощрял пополнение донских полков при помощи Приписных Казаков из «малороссиян», хлынувших на Дон после разгрома Сичи. Ввиду того, что тогда было запрещено и самое название «Запорожские Казаки», всех пришельцев из Днепра именовали «малоросиянами», и только иногда в актах выделяется отчетливо-казачье название «Днепровские Черкасы». Каждый из этих пришлых людей придя в станицу или на хутор к частному владельцу, должен был приписаться за ними, в качестве неполноправного рабочего.
Такое распоряжение Потемкина нарушило старые донские традиции и потому не удивительно, что в ответ на него последовали недовольные жалобы Войскового правительства.
Но набор Приписных Казаков все еще продолжался и Войсковой атаман Иловайский в 1790 г. вновь затребовал от станиц именные списки, «сколько из приписных во оных, а также и за частными тех станиц владельцами, малороссиян окажется способных к службе». Указ Павла Первого об отмене «злоупотреблений и сделанных перемен князем Потемкиным» был принят Донцами с большим удовлетворением.
Станицы возвратились к старым способам приема Приписных Казаков. Правда, волею русского правительства, к казачьим Войскам присоединялись отдельные племенные группы степняков и горцев (Бурятов, Татар, Калмыков, Осетин и т. п.), но это не были Приписные Казаки в прямом значении. Их подчиняли Войсковым правлениям, они должны были нести военную службу вместе и наравне с Казаками, но до полной ассимиляции оставались в казачьей среде иноплеменниками. А Приписными Казаками считались только лица принятые в общество по станичным приговорам, если они сами об этом просили и если зарекомендовали себя, как заслуженные и достойные уважения граждане.
Тот же порядок сохранился в годы возрожденной независимости (1917-20), с той разницей, что теперь право казачьего гражданства давалось помимо станиц и постановлениями Народных Собраний (Кругов и Рад). Полноправными Казаками становились автоматическим все лица, бившиеся в наших рядах за Казачью Идею. Закон предоставлял то же право всем коренным иногородним, выразившим желание стать Казаками. Но этим правом воспользовались лишь немногие.
В первой половине XIX века на Кубань переселялись государственные крестьяне, кантонисты и отставные солдаты, зачисляемые в казаки. Иногда они селились в уже существующих станицах, иногда образовывали новые.
Природные казаки.
Если на казачьи земли приходили Казаки, из семей задержавшихся на Руси, в Литве или на Украине и они имели доказательства своего казачьего происхождения, то принимали их сразу и считали их природными, а не приписными.
Пугачёвские казаки.
С 1771 г. началось переселение волжских казаков на Терек и на линию между Моздоком и Азовом. Это вызвало недовольство, вылившееся в почти поголовную поддержку пугачевского бунта. Пугачева встречали в станицах с хоругвями и хлебом-солью; казаки влились в его войско, образовав Дубовский полк. Участие в крестьянской войне окончилось для волжских казаков упразднением войска и ускоренным выселением на Северный Кавказ. Правда, часть их уклонилась от переселения, либо бежали с Кавказской линии на Волгу.
Путавльские казаки.
Историк Карамзин говорит: "Ногайский мурза Белек, жалуясь Иоанну на Донских Казаков или Черкасов, пишет: Белого (Российского) князя Черкасы беглые холопы были. "После того, как Азовские Казаки прожили пол века в области Северской, их cтали называть Северюками. Перешедшие в оседлость остались на месте, как Казаки Путавльские, а кочевое племя Сары Азман возвратилось на Дон. К 1549 г. они "утвердились в нынешней своей области.
Пятигорские черкасы казаки.
Часть народа известного по русским летописям, как Касоги, Косаги, Касаги и Казягь; проживали у верховьев Кубани севернее Пяти Гор (Бештау), иначе говоря, на юго-восточной окраине Земли Касак, указанной в персидской географин X в. Гудуд ал Алэм. Русские и Поляки понимали под именем Пятигорских Черкас не только Адыгейцев и Кабардинцев, но и Казаков, горцев казачьей речи.
Австрийский посол в Москву С. Герберштейн писал о них в 1527 г.: «Русские утверждают, что это христиане, что они живут независимо по своим законам, а церковную службу выполняют по греческому обряду на славянском языке, которым они и пользуются главным образом в жизни». Несколько раньше Герберштейна, польский монах Матвей из Мехова указывает около Пятигор Черкасов «русских по языку».
В.Н. Татищев в «Истории Российской» (т. I, глава 35) приводит утверждения других польских авторов XVI в.,: что храбрые люди Пятигоры имели тот же язык, что и русские.
Из числа Пятигорских Черкас татарский баскак Ахмат в 1282 г. принял к себе на службу отряд Казаков, которые после построили город Черкасы на Днепре. Они там были и при Татарах, а после считались Запорожцами.
По свидетельству польских хроник, в средине XVI в. армия В. княжества Литовского, пополнилась Пятигорским гвардейским полком. Именно тогда Кавказская Черкасия была окончательно занята Турками; на Дон и Днепр в связи с этим должна была придти новая волна переселенцев, принесшая с собою и Черкасов-мореходов, известных историкам с древних времен. Во всяком случае, далекие морские походы Казаков на Крым и Турцию начались только во второй половине XVI в.
Другие же Пятигорские Черкасы ушли от Бештау глубже в горы, проживали между Кабардинцами и там назывались Казаровцами (Ригельман). Несколько позднее они были принуждены уйти и из гор на Терек и Нижнюю Волгу, где их указывает в 1702 г. карта де Лила, как Гребенских Казаков. Из них же, по-видимому, состоял позднее Горский казачий полк (после Горско-Моздокский) и Кизляро-Гребенской казачий полк, оба Терского Войска.


Реестровые казаки.
Часть Запорожских Казаков, принятых на постоянную королевскую службу в Речи Посполитой и записанные в специальный реестр. Они верстались из среды тех Ордынских Казаков, которые оставив ханов, пришли из-за порогов вместе с семьями в конце XV в. и поселились на окраинах Вел. Княжества Литовского. Несколько сот из них записано впервые в реестр при короле Сигизмунде Августе в 1572 году, но порядок их службы оформил только следующий король Стефан Баторий.
В XVI веке, при короле Стефане Батории, казаки были образованы в полки Речи Посполитой для несения службы по охране границы и как вспомогательное войско в войнах с Турцией. Эти казачьи отряды получили название реестровых казаков. Все реестровые казаки Сечи входили в состав изначально шести полков: Черкесского, Каневского, Белоцерковского, Корсунского, Чигиринского, Переяславского.
Реестровые казаки приносили присягу на верность королю и Речи Посполитой, получали жалованье, в гражданских правах равнялись с мелкой шляхтой, имели право избирать своих командиров и главного начальника-гетмана, а зато, в качестве территориального ополчения, должны были находиться в постоянной боевой готовности, обороняя границы государства от неожиданных татарских набегов. Им же приходилось усмирять украинских крестьян, когда те восставали против своих панов, а также участвовать в походах на Москву и Крым.
В распоряжении Реестровых казаков находился город Трахтемиров, где помещалась ставка гетмана, войсковая скарбница, архивы, арсенал, госпиталь и приют для бессемейных инвалидов.
Гетман Реестровых казаков имел право непосредственных сношений с королем и титуловался «Гетман его королевского величества Войска Запорожского».
Реестровые казаки стали надежными королевскими слугами в борьбе с внешними врагами, но оказались совершенно непригодными для подавления восстаний местных Казаков, не попавших в реестр и сопротивлявшихся попыткам польско-литовских магнатов уравнять их в правах со своими «подданными» - Украинцами.
В связи с этим, шляхта постоянно требовала от короля уничтожить реестр, а восстающие Казаки добивались распространения шляхетских прав реестровцев на всех Запорожцев, проживавших в Речи Посполитой, или увеличения числа записанных в реестр до 50-60 тысяч. Поэтому количество Реестровых казаков в разное время было неодинаковым, зависело от успехов казачьих восстаний и колебалось между 20-40 тысячами.
Реестр прекратил, существование после того, как разрозненные восстания Запорожцев обратились при гетмане Богдане Хмельницком в тотальную Казачье-польскую войну, закончившуюся в 1654 г. отпадением казачьего Левобережья от Речи Посполитой.
Россы. Греческие историки, современники монгольского владычества, положительно утверждают, что вошедшие в состав татарской монархии Чиги, Геты, Россы и другие приазовские народы, т.е. Аланы-азы, Казахи или Казаки-Черкасы, приняв от татар нравы, обычаи, язык и одеяние, служили в их войске и возвели могущество их на высочайшую степень славы.
Румынские казаки.
Ликвидация царизмом Запорожской Сечи в 1775 году и раздача запорожских земель помещикам привели к бегству части запорожцев за Дунай, в турецкие владения. По разрешению турецкого правительства запорожцы создали здесь Запорожскую Сечь, ставшую известной как Задунайская. После того, как около пяти тысяч казаков бежало в устье Дуная, создав Задунайскую Сечь под протекторатом турецкого султана, было предпринято несколько попыток интегрировать оставшихся двенадцать тысяч казаков в российскую армию и общество будущей Новороссии, однако казаки не желали подчиняться требованиям суровой дисциплины. В то же время Османская империя, получившая дополнительные силы в лице дунайских казаков, грозила новой войной.
Рязанские городовые казаки.
Зимой в 1444 год царевич Мустафа со своим улусом кочевал в рязанских степях. Татары творили насилия местному населению, вследствие чего московский великий князь выслал на них свое войско, к которому были приданы мордовские лыжники. «И приидоша на них мордва на нартах с сулицами, и с рогатинами, и с саблями; а Казаки Рязанские такоже на нартах с сулицами, и с рогатинами, и с саблями з другия стороны». Во время боя они «много Татар избиша и самого салтана Мустафу убиша».
В 1502 г. в летописях упоминается наказ вел. князя московского Ивана III рязанской княгине Агриппине: «Твоим служилым людям и городовым Казакам быть всем на моей службе а кто ослушается и пойдет самодурью на Дон в молодечество, их бы ты Агриппина велела казнити». Рязанские городовые казаки оставались на своих местах до 1702 г., после чего император Петр I переселил их из Мещеры в низовья Дона.


Саки.
У Плиния Старшего (I век по Р. Хр.) говорится, что Персы называли Скифов именем Сака, «которое, собственно, принадлежало только одному из ближайших к ним народов». Скифы же, «зовут Кавказские горы Граукасис, что значит «белые от снега». Сочетая скифское «кас» и «кос» (белый) с именем Сака неоднократно предполагали, что из этих двух составных частей и получилось наше первоначальное имя «Кассака», которое в подобном звучании встречалось еще раньше у Страбона для военного народа, жившего в Закавказье. В переводе имя «Кассака» должно было бы обозначать «Белые Сака». Вероятно на этом же основании русский историк А. Попов утверждал, что на персидском языке «козак значит скифа» (А. Попов, История о Донском Войске).
Сары-азманские казаки.
Название казачьего племени, возвратившегося на Дон с московских окраин ок. 1549 г., чём в том же этом году нагайский князь Юсуф жаловался Ивану Грозному. Существует также мнение, что Сары-Азман - имя казачьего вождя, недавнего царского холопа (подданного, слуги). Так думали Н.М. Карамзин и Н.Д. Сухоруков. Возвратившись на Дон, племя Сары-Азманов послужило основным ядром населения образовавшейся там вскоре казачьей республики.
Северокавказские казаки.
С древних времен на Северном Кавказе обитают племена Адыгейцев, Кабардинцев, Чеченцев с Ингушами, Кумыков, Осетинов и Аваров. Казаки тоже имеют историческое право называться географическим именем Северокавказцы, и не только потому, что Кубанцы и Терцы проживают там в настоящее время, и не потому так же, что по русской истории Казаки, жившие в Пятигорьи, известны от 1282 г. (И. Болтин), а по той причине, что северокавказские степи с Приазовьем и Доном почти две тысячи лет тому назад, стали Прародиной Казаков, землею, где росли и множились племена, положившие начало казачьему роду.
Многие исторические и археологические памятники свидетельствуют о том, что именно здесь уже в начале новой эры произошло слияние Турано-скифов с местными Славянами. В результате на Сев. Кавказе появились турано-славянские племена казачьих предков. Это были Торки, Узы, Берендеи и Подонские Бродники, известные под общим именем Черных Клобуков и Черкасов. У древних географов они соответственно называются Тореты, Уды-Удзы, Бебенджер-Беренджер-Венендер и Брадас-Барадас. Все они по разным причинам и в различное время должны были покинуть северокавказские степи и перекочевать на новые места, в лесостепь, на Сев. Дон, на Донец и на Днепр.
Но на тех местах, где Сарматы «внедрялись» в среду Меотов, остались, неизменные следы их прежнего пребывания в «Касахии» Константина Багрянородного и в «Земле Касак» персидской географии 982 года (Гудуд ал Алэм). Пути же их кочевий обозначились курганами «торческих» погребений с одним конем. Прозвище «Черкасы», которым Русские наделяли Казаков до XVIII века, говорит о том же происхождении их из кавказской страны Черкасии.
Северюки.
Историк Карамзин говорит: "Ногайский мурза Белек, жалуясь Иоанну на Донских Казаков или Черкасов, пишет: Белого (Российского) князя Черкасы беглые холопы были. "После того, как Азовские Казаки прожили пол века в области Северской, их cтали называть Северюками. Перешедшие в оседлость остались на месте, как Казаки Путавльские, а кочевое племя Сары Азман возвратилось на Дон. К 1549 г. они "утвердились в нынешней своей области.
Семейные казаки.
В 1735 г. земли района новой крепости Святой Крест у речной протоки Аграхань пришлось снова отдать Персии и тогда Аграханские Казаки, поредевшие от боевых потерь и болезней, возвратились за Терек. Они поселились в заново укрепленном Кизляре и в четырех городках: Александровском, Бороздинском, Дубовском и Каргалинском, которые они построили на Тереке ниже старых поселений Гребенцов. Эту часть Терских Казаков акты называют «семейными».
Семиреченские казаки.
Семиречье - точный перевод с киргизского Джеты-Су -Семь Вод, по семи рекам, орошающим край: Алгуз, Лепса, Аксу, Биень, Коксу, Коротал и Или.
Семиреченские казаки - небольшая казачья группа поселенная в Средней Азии для охраны границы с Монголией; по языку близки к Уральцам.
Переселение Казаков в Туркестан началось в 1849 г., когда при небольшом управлении в 60 км, от устья Сыр-Дарьи поселено 25 казачьих семейств. В 1857 г. в тот же район принудительно переведены два полка Сибирских Казаков вместе с их семьями. Они основали станицы, обратившиеся после в города Сергиополь и Капаль.
В 1867 г. учреждены Семиреченская область и Семиреченское Казачье Войско, подчиненные Туркестанскому генерал-губернатору, всего 14 станиц и выселков. В 1875 г. туда же были сосланы или добровольно выселились Уральцы, не признавшие положения о всеобщей воинской повинности. Они поселились в г. Казалинске и создали свое благосостояние рыбным промыслом.
В 1833 г. к границам Монголии добровольно переселились некоторые Сибирские Казаки. Местные власти пробовали привлекать в казачьи службы различными льготами и местных крестьян, но желающих оказалось мало. К концу XIX столетия, кроме городов Казалинска и Верного, где находился центр казачьего управления, Семиречеснкие казаки населили 13 станиц: Сергиопольскую, Урджарскую, Лепсинскую, Сарканскую, Копальскую, Кок-суйскую, Каскетинскую, Голубовскую, Надеждинскую, Софийскую, Большую Алматинскую, Малоалматинскую и Николаевскую; кроме того они имели 17 выселков.
Всего казачьего населения к 1906 г. числилось 34.468 душ. В их распоряжении находилось 600 тысяч десятин земли. Казаки в области оставались в значительном меньшинстве и не составляли больше 4% населения, даже Русские превышали их в три раза, а главную массу составляли Казахи, Таранчеи и Киргизы.
Кроме службы по охране границы Семиреченские казаки выставляли в Русскую армию один первоочередный конный полк на общеказачьих основаниях и в форме с малиновым лампасом. В годы Гражданской войны они боролись за Казачью Идею, избрав атаманом сотника Б.Анненкова.
Сибирские казаки.
В широком значении все Казаки, проживающие в Сибири и прежде объединенные там в Войска, но в частном смысле наименование С. К. относится только к Казакам, организованным в Сибирское Казачье Войско с центром в г. Омске.
После завоевания Западной Сибири небольшим отрядом атамана Ермака Тимофеевича, Сибирские казаки по собственной инициативе продвигались все дальше на восток. Не прошло и шестидесяти лет, как эти «землепроходцы», преодолев все опасности, появились в самых отдаленных пунктах Сев.-восточной Азии и вышли к берегам Охотского моря.
По большей части, они принадлежали к поколениям тех «сынов Тихого Дона», которые в конце XIV в. должны были покинуть родную реку и скрыться от Татар в лесных областях новгородского севера: в Югру, на реки Каму и Сев. Двину. По старинным актам их там проживало не мало.
В Сибирь за ними двигались толпы промышленников, взращенных в том же студеном климате севера, и стрельцы в. князя Московского со своими воеводами. Так началась оккупация и освоение нового края, появились тысячи километров степных и горных границ с воинственными Теленгутами, Киргизами, Монголами. Их охрана была поручена служилым Казакам, которые пополнялись такими же служилыми Казаками из Европы. На всем протяжении новых границ, от крепости Звериноголовской у восточного подножия Уральских гор до Омска и дальше вдоль Иртыша через Семипалатинск и Усть-Каменогорску, появились укрепленные городки, поселки и пикеты. Они заселялись С. К-ми, которые главным образом и несли кордонную службу.
В больших городах, возникших на их тылах, кроме русских стрельцов, можно было встретить служилых Немцев, Греков и даже Французов; Казаки же жили и служили совершенно отдельно, нарушая свою обособленность только для братьев по крови Черкасов-Литвы (Днепровских Казаков). Никто другой в их служилые станицы не допускался, и по царскому указу пополнение убыли в них производилось только за счет людей казачьего рода. А если бы «которые места не исполнены и исполнить некем, казачьих детей и братьи и племянников родных в те места нет и те выбылые места из окладу выложены», т.е. временно не заполнялись.
Так писалось в указе 1658 г., где требовалось перебрать всех принятых воеводой на службу в Красноярске и устранить не только посадских, тяглых и гулящих, но и тех служилых людей, «которые верстаны на службу из иногородних». Взамен их приказывалось произвести набор подрастающих Казаков. Раньше эти «недоросли» проходили хорошую школу, заменяя иногда своих старших родственников или в качестве «охочих» людей, участвуя в походах.
Так сложилось Сибирское Казачье Войско, которое по словам работавшего в Сибири проф. Ф.А. Щербины «производило впечатление цельной организации, в смысле положения: я Казак и ты Казак, а кто не Казак, то чужой».
Когда был завоеван Туркестан, служба на прежней линии стала излишней. В 1867 г. два полковых округа на востоке были выделены из Сибирского Войска в отдельное Семиреченское. Сибирские казаки стали выставлять в Русскую армию три первоочередных конных полка, столько же местных команд, одну отдельную сотню, а по сформировании Лейб-гв. Сводно-казачьего полка, гвардейскую полусотню.
При этом Сибирские казаки служили на общем для всех иррегулярных полков положении со своим конем, конским снаряжением, обмундированием и т.п. Полковая форма установлена по донским образцам с красным лампасом и околышем. Старшинство Войска считалось с 1582 г. В ознаменование трехсотлетия Сибирских Казаков с 1882 г. их первый полк стал называться: «Первым Сибирским Ермака Тимофеева полк».
После революции 1917 г. Сибирские Казаки восстановили давно изъятый из практики служилых Казаков, институт Войсковых Кругов и выборных атаманов, из которых первым стал генерал Иванов-Ринов. Октябрьский переворот принес им новую войну, кровавый гнет и гибель. Они включились в борьбу с большевиками при полном напряжении сил, при их помощи власть перешла к адмиралу Колчаку, отступая на восток их полки совершили «Ледяной поход», но продолжали борьбу из Приморской области до 1922 г. После этого частично ушли в эмиграцию, а остатки Сибирских Казаков в СССР разделили тяжелую долю с другими Казаками, расказачивание и раскулачивание, ссылки, гибель в концлагерях и т.п.
Сираки. Небольшой скифский народ, перекочевавший на Кубань из Закавказья в II в. до Р. Хр. Проф. Городцов считает, что они принесли с собою особые драгоценные украшения для конской сбруи, подобные тем, которые греческие мастера вырабатывали раньше для Скифов-Сака. Они хоронили своих покойников так же, как Торки. В могильной яме, обычно с ее северной стороны, ниже дна подкапывалась камера или подбой, куда укладывали покойника, а прямо на дно могилы помещали его убитого коня.
На Сев. Кавказе Сираки сначала жили под властью своих князей, но со временем должны были подчиниться боспорским царям. Они постепенно перешли к оседлости, смешались с Торетами и Удзами и от III века исчезают из хроник. Древние географы указывают область их кочевий и поселений там, где позднее по свидетельству Персов располагалась Земля Касак. Тореты и Торки сохранили их погребальный обряд, а потому в археологии его принято называть «торческим».
Сказочные казаки.
Взятые на учет и ограниченные в правах дети и внуки Казаков, участвовавших в восстании К. Булавина на руководящих должностях. Русское правительство приказало распределить их по жилым юртам и ни на какие «казачьи службы» не назначать. Старшины взяли многих из них в свои хозяйства. Еще в 1764 г. некоторые Сказочные казаки работали у Войскового атамана С. Ефремова за малую плату или за одно содержание. В 1769 г. Правительствующий Сенат поручил Войсковому атаману пересмотреть в общем собрании со старшинами вопрос о Сказочных казаках, с тем, чтобы годных определить на службу. Это поручение было выполнено, но и после этого у некоторых влиятельных старшин они оставались «в услужении», свободные от всяких других повинностей.
Скифы.
Общее название народов, населявших древнюю Скифию; оно перешло и к более поздним жителям той же территории, Греки, например, называли Скифами даже, германские в основе, племена Готов, пришедшие в Европейскую Скифию через сто лет после Р. Хр.
Из наименований скифских племен у Персов и Греков в истории сохранились названия «Сака» и «Сайи-Сайхи», что, очевидно, имеет одно и то же значение в разных произношениях.
На переломе двух эр греческий географ Страбон знает в Закавказье область Саков (Сакасену) и помещает в ней народ Коссайхов: «Косайхи, как и соседние горцы, по большей части воины-лучники. Все время они проводят в набегах по той причине, что сами они владеют страной малой и неплодородной. Поэтому они принуждены питаться при помощи нападений на другие племена и в силу необходимости стали сильным народом, т.к. каждый из них-воин».
Русский историк А. Попов (История о Донском Войске) в 1814 г. утверждал, что по-персидски «Козак значит Скифа». Судя по этому, Страбон в своей Географии отмечает появление на исторической арене военного народа, первоначальное имя которого почти однозвучно с нашим. Имена Коссайхи, Коссака, Касака, очевидно, получилось от приставок косновным скифским наименованиям Сайхи и Сака эпитетов со скифским же значением: «Кос» - «белый» и «Ка» -«главный, высокий».
Такое решение подтверждается преемственностью археологических культур на Казачьей земле, особенно в погребениях с конем, практиковавшихся у Казаков долго и после принятия христианства. У наших предков сохранялось также много скифских свойств в выездке коня, в скифско-казачьей боевой «лаве», в фасонах одеяния и головных уборов и даже в антропологическом типе. Не предполагая тесного сожительства, такую «конвергенцию» объяснить невозможно.
Слободские казаки.
Запорожские Казаки ушедшие из границ Речи Посполитой в 1638 г., частично с атаманом Яцком Остраницей. В бассейне Верхнего Донца они основали много слобод и хуторов, подчинились власти московских государей и составили Слободское Казачье Войско. На Москве известны также под именем Черкас - слобожан. Указом от 27 июня 1651 г. их территориальное ополчение сведено в пять иррегулярных Слободских казачьих или черкасских полков: Острогожский, Харьковский, Ахтырский, Сумской и Изюмский, выделенный позднее из Харьковского. В1765 г. с теми же наименованиями, кроме Харьковского, они переформированы в четыре регулярных - гусарских. От 1796 г. стали номерными: 1-й, 11-й, 12-й гусарские и 4-й уланский.
В 1816 г. название Слободское казачье Войско упразднено, а Казаки по правам приравнены к государственным крестьянам. Из четырех прежних полков сформировано восемь уланских: Украинский, Новомиргородский, Новоархангельский, Елисаветградский, Бугский, Одесский, Вознесенский и Ольвиопольский. Их состав стал смешанным украинско-казачьим. Часть Казаков выселена на Кавказскую линию в новооснованные станицы.
Служилые казаки.
Казачьи общины и Казаки-одиночки, принявшие на себя службу интересам царя московского; появление С. Казаков связано с разгромом донских берегов Мамаем (1380 г.), Тохтамышем (1382 г.) и Тамерланом (1395 г.); после этого остатки Донцов скрылись на окраинах Руси от южной лесостепи до Белого моря и оттуда верстались на царскую окраинную службу.
Первые Служилые казаки вспоминаются в русских летописях под 1468 г., когда они с воеводою Иваном Руно ходили «воюючи казанские места»; в 1502 г. вспоминает о них наказ в. кн. Московского Ивана III рязанской княгине: «Твоим служилым людям, и городовым Казакам быть всем на моей службе, а кто ослушается и пойдет самодурью на Дон в молодечество», их бы ты, Агриппина, велела казнити».
От этого времени, «на великого князя украинах» все шире образуется городовая и станичная деятельность Служилых казаков, причем служилые общины располагались и на южной пограничной полосе, и в Мещере, и со стороны нижегородского «понизовья» и во многих городах со стороны В. княжества Литовского.
Служилые казаки получали постоянное жалованье деньгами, продуктами или земельными наделами; они иногда повышались в гражданском состоянии и сотнями верстались в дворянское сословие «детей боярских», а особенно заслуженные награждались крупными поместьями. Все они в служебном отношении подчинялись Разрядному Приказу. В XVII в. многие С. К. способствовали завоеванию и усвоению азиатских просторов Сибири.
Когда же исчезла угроза татарских нападений, а границы Европейской России отодвинулись к берегам морей, прошла нужда в Служилых казаках.
В последней четверти XVI века многие из них целыми станицами переселились на Дон, Терек и Яик, а затем массами безработных и обедневших воинов хлынули на казачьи реки в связи с преследованиями «раскольников» и толпами «голутвенных» пополнили войско Степана Разина; тысячи погибли при Петре Первом на его новостройках, а остатки городовых и полковых Служилыхказаков уже в XIX в. переселены в новооснованные Сибирские Войска и на Кавказскую Линию, куда они явились не раз с названиями своих прежних станиц (Воронежская, Тульская, Черниговская и т.п.).
Станичники.
По первоначальному значению всадник разведывательного отряда в «станичной службе» на южных московских рубежах. После того как служилые станицы переселились на казачьи реки, слово С. приобрело значение близкого по происхождению и по месту жительства, «своего человека». Это слово употребляется также, как вежливая форма обращения, вместо «господин», «пан» и т.д. Перед революцией 1917 г. Походный атаман всех Казачьих Войск вел. князь Борис Владимирович приветствовал казачьи полки возгласом: «Здорово, станичники!» Государь же здоровался по Войскам: «Здорово, Донцы!», «Здорово, Терцы!» и т.д., а вел. князь Михаил Александрович - «Здорово, Казаки!».
Старобрядские казаки.
В 1682 г. Московский Собор епископов принял постановление об искоренении «Раскола» и преследовании всех приверженцев старого обряда. В то время на Дону большая часть населения не приняла «никонианскую ересь». Казаки открыто заявляли свой протест, причем «на первых порах руководство движением захватила группа старшин и богатых Казаков, которые не желали смириться с уничтожением политической независимости Войска Донского» (Пронштейн). В Войсковые атаманы часто избирались Старообрядцы.
В казачьих обществах Старообрядцы - распространенная религиозная группа. Кое-как Казакам удавалось оставаться при особом мнении, отказываться от исправленных книг и от духовенства, назначенного из Москвы. По их понятиям «Никонианство» было возвращением к язычеству, «в еллинскую веру», и многие восстания против России питались именно приверженностью к старому обряду. Церковные реформы стали признаваться Казаками только после окончательного покорения, но среди них и в начале нашего века было еще много убежденных старообрядцев. Как общественная группа, на долю которой выпало много притеснений, Старообрядцы воспитали в себе твердое сознание своей правоты и готовность принести за веру любые жертвы.
Особенно крепко Старая Вера держалась в эмиграции у Некрасовцев и на р. Урале, далеко от русских правительственных центров. Там благочестие древней веры накладывало свой отпечаток на весь быт Старообрядцев, сохранивших основной тип положительного, работящего и хозяйственного Казака, оберегающего во всей чистоте и нерушимости каждую мелочь старинных казачьих обыкновений. Между исповедниками старообрядчества по всей России они славились благочестием и стойкостью в делах веры, восхвалялись за отказ принять белокриницких и единоверческих пастырей.
Центрами и хранителями религиозных устоев служили скиты-монастыри, а из них особенно значительным считался скит, названный Сергиевским в честь старца Сергия, скрывшегося к Уральцам во время гонений на «раскольников». Казаки почитали своего старца святым и верили каждому его учительскому слову. Скит был построен в 1752 г. между истоками рек Бузулук и Чаган, 140 км от Уральска и вблизи уметов (хуторов) Гниловского и Соболева. Здесь же в лесах Среднего Сырта находились Гниловский и Садовский женские монастыри, где Казачки-девушки до замужества обучались «всему житейскому на потребу», грамоте, пению и сокровенному смыслу церковной службы.
Недалеко от монастырей проживали на покое в своих хуторах отставные старшины, влиятельные особы уральского общества из семей Акутиных, Донсковых, Бурениных и др. Придерживаясь старины, эти лица всемерно обороняли скиты от произвола русских чиновников, которым все же иногда удавалось в служебном рвении произвести опустошения и разгромы этих тихих пристанищ и духовных центров Уральских Казаков. Пользовались известностью такие мужские монастыри в уметах Красном и Бударинском.
Благодаря строгому образу жизни старцев, в станицах и селах их встречали ласково и почтительно, как угодных Богу посланников. Поэтому их влияния распространялись за пределы церковных интересов и находили отражение в личной, семейной и общественной жизни Казаков.
Стародубские казаки.
Стародуб вместе с Северщиной вошёл в состав Московского государства в 1503 году и оставался в нем до 1618 года. Затем, после Деулинского соглашения он отошёл к Речи Посполитой.
Стародубское казачество было образовано в 1618 году по инициативе польского короля Сигизмунда III для защиты государства от притязаний Москвы. Стародубские казаки формировались из числа местных крестьян и стимулировались значительными льготами за службу. Они же ничего общего не имели с казачеством реестрово- запорожским, различным у этих казацких типов было отношение к государственному порядку. Если исконные казаки в большей степени противодействовали ему, то Стародубские верно служили.
Возглавляли стародубских казаков, как правило, либо польские офицеры, либо просто жолнеры (солдаты), в достаточном количестве находившиеся в любом северском замке и Стародуб в этом не был исключением.
Хмельницкого крестьяне Стародубщины поддержали. Количество казацкого войска стремительно росло. В селе трудно было найти человека, который «сам не пошёл, либо сына в казаки не послал». Правда, иной раз шли и перед страхом наказания. Ведь Стародубские крестьяне были консервативно-косные по своей сути. Лучше было для них стереть гнёт, чем проявить строптивость. Поэтому Хмельницкому требовалось здесь разослать свой универсал «а хто де не пойдет в полки наспех к гетману, и тем быть в смертной казни». Стародубщина дала Хмельницкому отряды в 30 тысяч человек.
После предательства Хмельницкого под Зборовом на Стародубщину стали возвращаться изгнанные шляхтичи – поляки. Но здешние крестьяне встретили их вилами и косами. Стародубцы уже считали себя казаками. Как отмечает очевидец «все можнейшие стали казаками, и только подлейшие остались крестьянами». Таким образом, Стародубщина дополнительно к казакам созданных поляками пополнилась и казаками вышедших из крестьян во время хмельнитщины.
Сыны Боярские.
Московские военные люди, служившие по «отечеству», т.е. из поколения в поколение. Это своеобразное военное сословие имело общее наименование - «дети боярские». Если оно иногда пополнялось новыми людьми, то принимались в него исключительно лица из привилегированного класса. Были среди них и князья. Но служилые Казаки «верстались» в Сыны Боярские и получали связанные с этим имущественные выгоды беспрепятственно, очевидно, в награду за верную службу царю. Историк Ключевский обнаружил в актах указание, что в 1585 г. только в одном Епифанском уезде 289 Казаков за раз были поверстаны в звание детей боярских.
Службу Сыны Боярские начинали «новиками» с пятнадцатилетнего возраста. До этого времени они считались «недорослями». Проверку их происхождения и пригодности к службе производила специальная комиссия «окладчиков», собранная из местных дворян и детей боярских. Эта же комиссия назначала каждому проверенному «новику» земельный и денежный оклад, который он станет получать, начав службу.
Сын Боярский не делает ничего иного, кроме дел военных. Когда он возмужает и способен владеть оружием, он является в управление — «Разряд» или к главному местному административному начальнику. Тот его записывает и назначает в какую-либо часть страны, преимущественно туда же, где был его отец».


Терские казаки.
Казаки, живущие вдоль берегов реки Терека; о их жизни в глубокой древности сохранились лишь только некоторые свидетельства. Среди них было много горских Казаков, а потому первоначальные общины Терских казаков назывались Гребенскими. По их словам А.И. Ригельман в восемнадцатом веке записал, что они жили до прихода на Терек в горах между Кабардинцами и там назывались Казаровцами, выходцами из Казарии. По данным старинных русских историков И. Болтина и В.Н. Татищева, оттуда же в 1280 г. Татарский баскак Ахмет вывел крупную группу Пятигорских Казаков, которые впоследствии основали г. Черкасы на Днепре, т.к. по старому месту их пребывания они назывались и Черкасами.
Из летописных сведений следует, что предки Терских Казаков проживали на Сев. Кавказе уже в очень отдаленные времена. И, вероятно, профессор русской Академии Генерального штаба В. И. Баскаков имел в своем распоряжении еще более основательные данные, когда утверждал, что «Казаки Кавказа, во всяком случае, должны считать давность своего поселения не позже других туземцев края, к каким они и должны быть причислены».
Переселение Гребенцов-горцев за Нижний Терек произошло в конце-XV века после покорения Турками части Кавказа и основательной резни христиан толпами Секайдара (см.). В средине след. века Россия вышла к Каспийскому морю и тогда Гребенцы-христиане, перед лицом грозного врага, Турок, согласились вместе с Кабардинцами служить интересам московского царя. За это Иван Грозный признал их право на земли Терского Понизовья и обещал им свое покровительство. В 1567 г., выполняя обещание, царь приказал своим людям укрепить казачий городок Терка в устьях реки Сунжи. С этого времени Терские казаки и Кабардинцы непрерывно противодействовали Туркам в их продвижении из Крыма к персидскому Дагестану. Но после турецкого нашествия в 1582 г. от Терки осталось только Суншинское городище.
В 1588 г. Россия воздвигнула новое укрепление с тем же названием - Терка и Терский редут, но теперь ближе к морю в устьях Терека. Сюда перевели часть служилых Казаков из русских «верховых городов» (с Верхней Волги), где в них не стало нужды. В 1640 г., кроме них и стрельцов в Терке находилось также 70 дворов кабардинских узденей, а Гребенцы из года в год пополнялись Казаками с гор, Волги и Дона. Живя в условиях напряженной борьбы с турецкими вассалами, Терские казаки всё же находили время для своих хозяйственных нужд, разводили пчел, сады и виноградники, пасли стада и табуны, сеяли хлебные злаки. Очень рано здесь стало развиваться виноделие, шелководство и добыча дикорастущей марены, в то время дорогого растения, корни которого содержат красящие вещества.
В 1722 г. император Петр I переселил часть Терских Казаков в район новой крепости Святой Крест у речной протоки Аграхань; туда же через два года переселена тысяча семей с Дона, основавших там пять городков. Однако условия жизни и климат в этой местности оказались настолько губительными, что большая часть поселенных здесь Казаков скоро погибла, к тому же в 1735 г. эти земли пришлось снова отдать Персии и тогда Аграханские Казаки, поредевшие от боевых потерь и болезней, возвратились за Терек. Они поселились в заново укрепленном Кизляре и в четырех городках: Александровском, Бороздинском, Дубовском и Каргалинском, которые они построили на Тереке ниже старых поселений Гребенцов. Эту часть Т. Казаков акты называют «семейными».
От 1732 г. на Средний Терек начали возвращаться Гребенцы, некогда ушедшие на Нижнюю Волгу. Тут же на Тереке собрались и остатки горских Казаков. Когда было основано укрепление Моздок (1763 г.), в ее гарнизон включили и этих Казаков-горцев, положивших там начало Горскому казачьему полку. Донцы же основали поблизости Моздока станицу Луковскую. В 1777 г. из шести станиц с Волги на новую Азовско-Моздокскую Линию переселено 1067 казачьих семей; по прежнему месту жительства они и здесь назывались Волгскими, жили в пяти станицах и выставляли Волгский полк.
От 1836 г. все Терские казаки стали числиться в Кавказском Линейном Войске с полками: Гребенским, Кизлярским, Горским, Моздокским, Волгским и двумя Сунженскими и Владикавказским. Старые и новые казачьи земли составляли четыре полковых отдела: Пятигорский, Моздокский, Кизлярский и Сунженский, вошедшие в Терскую область. К1920 г. в них состояло 275 тыс. Казаков об. пола, между которыми проживало 130 тыс. коренных жителей-мусульман и ок. 200 тыс. пришлых иногородних. Во владении станиц находилось 1.745.000 десятин земли, коренному населению оставлено 150 тыс. десятин, и в Войсковом фонде числилось 117 тыс. десятин.
Терские казаки выставляли в императорскую армию 2 гвардейских сотни, сотню конвоя Наместника Кавказа, 2 кон. батареи и четыре конных полка: Первый Волгский, Первый Горско-Моздокский, Первый Кизляро-Гребенской и Первый Сунженско-Владикавказский; по усиленной мобилизации полковые кадры утраивались с теми же названиями в 12 полков, к которым в последние годы добавлялись 4 запасных сотни, две местные команды и два пластунских батальона.
Революция 1917 года дала Казакам возможность возродить и на Тереке Народные Собрания - Круги, так же как институт свободно выбранных атаманов. При их помощи Терские казаки надеялись разрешить мирным путем все разногласия с местными Горцами, Русскими и Украинцами.
Терцы. Название Казаков по их месту жительства на реке Тереке.
Торки.
Крупное скифское племя, туранское по происхождению. Оно вошло в состав казачьей народности и его основное скифское имя Коссака или Кассака распространилось на племена Казарских Славян. Их частное племенное название Тореты стало известно на Кавказе очень рано. В I-II вв. С 5 века торки исчезают на Сев. Кавказе и появляются в Заволжье; с X в. они переходят на Дон, Донец и распространяются дальше на Запад в бассейн Нижнего Днепра.
Характерные торческие погребения с конем и вещи, положенные в них, неоспоримо указывают на древние связи Торков с Кавказом. Даже в то время, когда Торки находились в Заволжье, предметы их быта имели отчетливый кавказский облик.
Тореты, Удзы и Беренджеры появились в истории Сев. Кавказа очень рано. Долгое время они находились в границах обширной империи Асаланов и, вероятно, тогда имя Тореты приобрело скандинавское значение по Тору, богу грома и молнии.
С Кавказа эти народы исчезают в V в., когда там появляются завоеватели Болгары. Прежние жители Меотиды переходят за Волгу, где и проживают в близком соседстве с Казаром. По поручению хакана в 893 г. они оттуда начинают поход против Печенегов. Этот сильный приволжский народ, причинявший после постоянные хлопоты не только Руси, но и Византии, не устоял под ударами Торков и уступил им свои земли.
В качестве Касаков и Казар Торки принимали участие в расширении границ Державы Томаторканской, но через четверть века после смерти Мстислава Храброго, под давлением Половцев уходят с Дона и переживают губительное переселение на Балканы. По летописному своду В.Н. Татищева часть Торков оставалась и в Томаторкани, где они упоминаются в 1082 г. Киевская Русь приняла Торков как врагов половцев. Торки были приняты Русами и поселились на их южных и восточных границах. Здесь они получили прозвище Черные Клобуки, а так как были выходцами с Кавказа, называли их Черкасами. Летописец XV в. считал необходимым пояснить: «Черные Клобуки, еже зовутся Черкасы»).
Плано Карпини и Рубрукис упоминают Торцессов в числе народов, завоеванных Батыем, но в границах Золотой Орды Черкасы этого рода известны как Ордынские Казаки. Карамзин уверен, что имя Казаков «в России древнее Батыева нашествия и принадлежало Торкам и Берендеям, которые обитали на берегах Днепра, ниже Киева: «Столько обстоятельств вместе заставляют думать, что Торки и Берендеи, называясь Черкасами, назывались и Козаками». Дальше он считает их народами славянизированными: «Они под именем Козаков составляли один народ, который сделался совершенно Русским, тем легче, что предки их с десятого века, обитав в области Киевской, уже сами были почти Русскими».
Торские казаки.
В 1701 г. кроме Бахмутских казаков, в «Бахтумскую казачью ампанию» вошли казаки Торские и Маякские. В 1748 году «кампания» была переформирована в «Бахмутский конный казачий полк», преемником которого является 4-й гусарский полк.
Турецкие казаки.
После падения Сичи (1775 г.) ее гарнизон в своем большинстве ушел в Турцию. 5-6 тыс. Казаков, оказавшихся там, основали Задунайскую Сич. Земля, принадлежавшие Низовой республике, заняты Россией и переименованы в Новороссию.


Украинские казаки..
Украинские реестровые казаки.
Украинские реестровые казаки — часть украинского казачества, которая находилась на государственной военной службе и была неотъемлемой составляющей нелегкого процесса создания государства и нации. Казаков записывали в специальные списки-реестры, которые были основой для определения государством их прав и привилегий. Реестровое казачество не требовало от государства больших расходов и всегда отличалось высокой боеспособностью.
Впервые проект создания реестрового казачества был выдвинут в 1524 году, при правлении великого князя литовского и короля польского Сигизмунда I. Реализован он в 1572 году, при Сигизмунде II Августе, когда Украина входила в состав Речи Посполитой. В реестр тогда записали 300 казаков.
Впрочем, украинские казаки использовались правительством в войнах и ранее, подтверждением тому — упоминания о существовании более ранних казацких реестров. Реестровые казаки были независимыми от местной администрации, освобождались от уплаты налогов, получали привилегии, и одной из них было право на владение городком Трахтемиров (с монастырем и землями до Чигирина для зимних квартир, арсенала, который был своеобразной столицей реестровиков, госпиталя). Реестровым казакам также были предоставлены клейноды.
Украинское казачье войско было создано из способных к казачьей службе населения Киевской и части Каменец-Подольской губерний. Преемниками этого войска являются 7, 8, 9, и 10-й уланские полки.
Реестровые казаки всегда были элитой украинского народа и отличались своей образованностью. Они всегда были движущей силой в борьбе за волю и независимость Украины, поэтому часто принимали участие в казацко-крестьянских восстаниях, национально-освободительной борьбе украинского народа.
Именно эти традиции были заложены при формировании воинских частей Правительства Украинской Народной Республики в 1918—1921 годы. Современное Украинское Реестровое Казачество также унаследовало от них эти традиции, а именно: украинский национальный дух, веру, чувство патриотизма, любви к нашей славной Родине. Девизом прежних реестровиков было: «Сохраним честь — создадим славу!», а девиз современных казаков-реестровиков: «К сильному государству и благополучию народа Украины — через духовность и патриотизмкаждого человека».
Уланы. В Золотой Орде огланами и уланами называли членов ханского рода, не занимавших престол. При наличии многоженства у потомков Чингисхана из поколения в поколение размножилось большое число таких царевичей. Эти У. составляли кадры особых аристократических полков.
В 1474 г. хан Мегли Гирей писал из Крыма московскому князю Ивану: «Мне, Мегли-Гирею-царю, твоей земли и тех князей, которые на тебя смотрят, не воевать, ни моим уланам, ни князьям, ни Казакам».
В Великом княжестве Литовском, после хана Тохтамыша, поддержанного князем Витовтом, собралось много Уланов. В Литовской армии они составляли особые отряды, после обратившиеся в особый род польской кавалерии, где в форме сохранился фасон монгольской шапки с квадратным верхом, «рогатувка».
По примеру Польши и император Павел I приказал сформировать два подобных полка: Конно-Польский Товарищеский и Литовско-Татарский конный. В1803 г. по тому же типу сформирован Лейб-гв. уланский полк.
С 1816 г. из Казаков, оставшихся еще на Днепре и на Донце формировалось восемь уланских полков. В последующее время их стали пополнять и Украинцами.
В 1891 году один из этих уланских полков (Украинский) расформирован. Его кадры и боевые награды перешли к Украинскому драгунскому полку.
Преемниками Бугских казаков стали 7, 8, 9, и 10-й уланские полки.
Уральские казаки.
Проживают вдоль реки Урала; до 1775 г. они назывались Яицкими и пользовались относительной автономией, хотя уже император Петр I наложил на них свою тяжелую руку и ввел Яицких Казаков в общую систему русского государственного управления.
От 1720 г. их атаманы утверждались императорами, их владения указано считать в империи Землей Яицкого Казачьего Войска, и сношения с нею перешли из Посольского Приказа в Военную Коллегию.
С 1740 г. земли Яицких Казаков находились в составе Оренбургской губернии, а в 1868 г. они стали европейской частью новоучреждённой Уральской области. На левом берегу реки Урала Казакам оставлены только некоторые сенокосные угодья.
Граница трех казачьих полковых отделов тянулась от крепости Рассыпной до Каспийского моря, затем по берегу моря подходила к рубежам Астраханской губ., вдоль них поднималась к Самарской губернии и, охватив часть возвышенностей Общего Сырта, возвращалась к исходному пункту.
Всего в отделах Лбищенском, Уральском и Гурьевском безраздельно-казачьей земли 68275 кв. км с населением в 236 тыс. душ, из которых Казаков в 1917 г. было 175 тыс., Татар и Калмыков 30 тыс. душ, а иногородних торговцев, ремесленников и наемных рабочих 31 тысяча.
Уральские казаки по преимуществу старообрядцы или единоверцы, проживают в городах, станицах и множестве казачьих хуторов и поселков.
Существенной отраслью сельского хозяйства служили коневодство и скотоводство. То и другое непрерывно росло, обращая пустыри и заброшенные места в участки высокой ценности. Станицы, расположенные ближе к городам, занимались промысловым огородничеством, баштаны же имелись повсеместно, даже там, где не было хлебопашества.
Рыболовство, одно из наиболее доходных занятий Уральских Казаков, тоже сохраняло общинный характер. Рыбу ловили в водах р. Урала, его притоков, в озерах и в Каспийском море. Рыба и ее продукты служили главным предметом торговли на вывоз.
Октябрьский переворот 1917 года нарушил нормальные отношения с русской властью. Большинство готово было выступить в обороне своего края от новых захватчиков. Первый отряд красногвардейцев, появившийся в станице Илецкой, был ими уничтожен весною 1918 г. В дальнейшем им пришлось вести борьбу далеко от всех возможных союзников, без устойчивого тыла, без обеспеченного снабжения, без медикаментов, в полном одиночестве. Неся потери от оружия врагов и сыпного тифа, они 11 января 1919 г. были принуждены оставить город Уральск, но оружия не сложили.
В конце 1919 г. остатки Уральской армии и беженцы, всего 15 тыс. душ, во главе с атаманом Толстовым вышли в поход на юг вдоль восточного берега Каспийского моря. К февралю 1920 г. самые выносливые остатки армии и беженцев, растеряв по дороге 12 тысяч человек, подошли к Александровску, но и тут их уже ожидали победители. Только небольшому числу, ок. 200 человек, во главе с атаманом удалось пробиться за персидскую границу.
Уссурийские казаки.
Одна из передовых колонизационных казачьих общин, поселенных русским правительством на р. Уссури, для освоения новоприобретенных земель в Приморской области на Дальнем Востоке. Первоначально они состояли в Амурском каз. Войске, но в 1889 г. выделены из него в отдельное Войско и после непрерывно пополнялись добровольным переселением отдельных казачьих семей с Дона, Урала, Кубани и т.п. Новые станицы и поселки располагались вдоль берегов реки Уссури с тем, чтобы за их охранным кордоном могли спокойно вести хозяйство земледельческие поселения русских и украинских крестьян. Всего там Казаков собралось свыше 25 тыс. душ об. пола.
Усвоение этого пустынного края стоило им многих усилий и трудов. Жизнь в глуши была полна опасностей. Их поля окружала непроходимая тайга с дикими зверями, тиграми, медведями, волками; суровые морозы доходили до 45°С. В поле приходилось работать с винтовкой за плечами, т. к. была постоянная возможность нападений не только зверей, но и китайских хунхузов. Урожаи часто гибли от продолжительной непогоды или от особенных злокачественных туманов. Поэтому не всегда удавалось использовать плодородие черноземной почвы. В этих условиях на низком уровне стояло медицинское обслуживание и народное образование. По станицам и поселкам болезни лечили одни фельдшера и существовали только низшие школы.
Казаки несли охрану своего участка границы с Китаем, но кроме шести сотен, предназначенных для этого, во время Первой мировой войны им пришлось выставить в Действующую армию еще девять конных сотен и две - запасных. Ввиду отсутствия средних школ, командиров для них присылали со стороны. Это были кавказские, казачьи, а часто кавалерийские офицеры, которых станицы делали приписными Казаками. Войсковое Правление и Наказный атаман находились во Владивостоке.
После революции 1917 г. Уссурийские казаки возродили у себя древние казачьи обыкновения: собирались в Кругах, избирали атаманов, вместе с другими Дальневосточными Казаками вели борьбу против ленинцев. Когда же советская власть восторжествовала, казачьи семьи во множестве покинули край и ушли за близкую китайскую границу.
Ушкуйники.
Судовая рать Великого Новгорода; совершала походы по рекам и распространила власть своего города на Сев. Двину, Каму и Вятку. У. иногда нападали и на владения Москвы; в 1366 г. захватили Нижний Новгород «и много гостей бесермен и Армень изсекоша и Новьград пограбиша, и проидоша и до Болгар воююще». В 1378 г. взяли и ограбили г. Кострому, но на Волге были перебиты Татарами 3. Орды. Ввиду того, что Ушкуйники появляются в истории Севера раньше исхода Казаков с Дона и других владений Золотой Орды, предполагать Казаков в их среде можно только от XV столетия.


Федераты.
Так назывались солдаты вспомогательных войск в поздней Римской империи, предоставленные ей тем или иным племенем (гетами, гепидами, вандалами, герулами, гуннами) и его вождем по договору (Fоеdus). По этому договору император обязывался выплачивать федератам ежегодное жалование или выдавать соответственное количество продовольствия; они же обязывались оборонять границы Римского государства.
Федераты (особенно в IV-V вв.) являлись отдельным войском, которое не смешивалось с основным войском империи — войском римских солдат — и которое имело своих военачальников. Это отдельное войско — чаще всего целое племя — находясь на территории империи, было свободно от налогов и сохраняло свой образ жизни.
Федератами служили только те варвары, которые не были покорены, ни тем более обращены в рабов; они примкнули к империи на равных с римлянами началах, потому что "фоедера" означает союз с (бывшими) врагами". Постоянная вражда племен несметного варварского мира, неуклонно надвигавшегося на обе части империи, давали возможность последней использовать в борьбе с варварами варварские же силы.
Многочисленное и нередко сокрушительное войско из федератов прекрасно справлялось с хорошо известным ему противником, поэтому империя впускала в свои предел значительные группы людей, объединенных вокруг сильного вождя. Наиболее выдающиеся из "начальников федератов" обычно делали блестящую карьеру; они получали высокое звание "комита доместиков" и магистра армии, иногда назначались консулами и даже становились патрициями".
"Отряды федератов размещались на границах, где и защищали империю от набегов враждебных варваров". "Они жили в отдалении, не на землях империи, а за Дунаем". Таковы были отношения Рима и Византии с соседними вольными народами. Они полностью соответствуют казаче-польским и казаче-русским фактическим отношениям во второй половине нашего тысячелетия. И если в Риме и Византии договорную, службу империи выполняли, по большей части, гото-германские племена, то роль Федератов или "служилых по договору" в древней Руси, в Золотой Орде, в Вел. княжестве Литовском в Речи Посполитой, Московии и Российской империи, всегда принадлежала соседним с ними племенам Казаков и их предков.
Эта аналогия показывает, что перечисленные выше государства шли давно уже проторенными дорогами и пользовались услугами Казаков в той же мере, как некогда Рим и Византия пользовались вооруженной помощью чужих "варваров", т. е. не Греков и не Римлян. Русские летописи запечатлели таких Федератов на реках Днепр и Дон.
В Средние века это Торки, Торпеи, Берендеи, Ковуи, основательно славянизированные племена Черных Клобуков, говоря о которых летописец пятнадцатого века поясняет, что они прозывались и Черкасами, выходцами с Кавказской Черкасии. Дон тогда давал Московской Руси не так много служилых людей, но, все же, судя по летописям, казачье племя Бродников, живших на Среднем Дону, на призыв некоторых русских князей приходило к ним с помощью.
Во время владычества Золотой Орды Казаки стали Федератами татарских ханов. От конца XV в. Днепровские Казаки, уйдя от ханов, стали Федератами Вел. кн. Литовского, а Казаки Северские (Севрюки), Азовские и Белгородские на несколько лет позднее согласились принять на себя ту же роль в службе князю Московскому, а те, что были изгнаны Татарами с Дона еще в XIV ст., несли ее и раньше.
Так же как и дунайские, казачьи Федераты получали от соседних монархов "ежегодное жалованье" и "соответственное количество продовольствия" (хлеб, вино, сукно, порох, свинец), а в свою очередь обязывались оберегать границы их владений. Даже подчинившись, русским царям, Казаки трактовались ими, как Федераты, а не подданные и, "находясь на территории империи, были свободны от налогов и сохраняли свой образ жизни, И при этих условиях они составляли отдельное "иррегулярное войско, которое не смешивалось с основным войском империи" и "имело своих военачальников", хотя отдельные Казаки поступали иногда в регулярную русскую армию, а наиболее выдающиеся Казаки делали в империи блестящую военную или гражданскую карьеру.
Непокорная казачья кровь, пролитая Русскими во время царствования Петра I и Екатерины II, разгромы, руины, аннексия казачьих земель, переселения на новые места, мало изменили договорную сущность отношений между Казаками и императорами; формально Казаки оставались прежними федератами с урезанными правами на землях, получивших колониальный статус.
Финикийцы.
Еще задолго до появления на Дону греков, финикияне, имевшие уже сильный торговый флот, плавали по Черному морю и заходили до той дальней восточной "земли", куда их, как и позднее греков, привлекала молва о золотых розсыпях и о богатстве далеких баснословных стран. В этих странствованиях финикийцы из Черного моря заходили в Азовское, в р. Дон и по р. Манычу, которая в то отдаленное время была многоводна и служила проливом между Азовским и Каспийским морями, — проникали в р.р. Волгу и Урал, куда из стран Приуральских действительно могло доставляться золото.
О пребывании на берегах Маныча финикийцев свидетельствуют найденные лет сорок тому назад в берегах большого манычского озера Гудилы остатки древнего финикийского корабля, построенного из очень крепкого дерева с медными гвоздями. Устье р. Дона в то время было гораздо выше нынешнего и, быть может, Манычский пролив вливался прямо в древнюю Меотиду, т.е. Азовское море.


Хазары.
"Аз" на славянских наречиях означает Я (яз), первое лицо единственного числа, личность, особь, индивидуум. Аз-сак или каз-сак означает Я - сак, т.е. казак, сак из страны "Аз", Азовской. Страбон в I в. назвал жителей восточных берегов Азовского моря "аз". Хазары себя называли также "аз". Иосафато Барбаро, бывший в Азове в 1336 г., говорит, что аланы, жившие на восточных берегах Азовского моря, на своем языке себя называют "аз", т.е. "Я". Константин Багрянородный в Х в. жителей этой же местности называл касаками, т.е. казаками. Нестор их назвал Ясами (азами) и касогами, другие летописцы касагами, то же, что казаками; раньше греческие историки называли их казами (казос), но чаще всего Гетами, а потом Готами.
Какая народность первоначально стояла во главе вновь образованной Хазарской монархии – неизвестно, но, судя по тому, какую важную роль в Гуннском государстве играла Малая (Задонская) Русь, Алане, Чиги, Геты и другие славянские народности, обитавшие в Приазовье, можно с достоверностью сказать, что славянский элемент в той монархии был господствующим, хотя в Прикаспийском крае мог преобладать элемент и тюркский.
С верховьев Остера, впадающего в Десну, а также из Киева хазары, которых польские летописцы Х в. именовали черкасами и казаками, усилившись новыми переселенцами с Кубани и Дона, завладели всем нижним течением Днепра и построили близ устьев этой реки, немного выше впадения в нее Ингула, новый город под их старым любимым названием "Беловежа", т.е. свободный город. Около того же времени появляется Беловежа и при устьях Буга. Эти Черкасы-Беловежцы впоследствии стали именоваться казаками белгородскими, т.е. людьми свободными, не подвластными никому. Греческий император Константин Багрянородный под 948 г. говорит об упорной битве Казахов или казацкого народа с тюркскими племенами, в которой казаки остались победителями.
Хлыновские казаки.
В одной летописи говорится, что "...в Хлынове (Вятская обл.) мужики с казаками стали вести себя нехорошо: гикают, на конях ездят..." Состояли казаки и на службе у вятского губернатора.
Теснимые по берегам Балтики немцами, изгоняемые из Новгорода [ушкуйники], казачья вольница двинулась на северо-восток и завела поселения на Северной Двине, Каме и Вятке. Наиболее известным местом скопления казаков был г. Хлынов на реке Вятке. Казачья община Хлынова управлялась Кругом, на котором избирали атамана. Из Хлынова, казаки предпринимали торговые путешествия и военные набеги вниз по Волге, вплоть до 1439г., т.е. до разгрома хлыновской общины царем Иваном III. Большая часть казаков ушла вниз по Волге и по старой своей традиции, по аналогии кубанских и днепровских поселений, обосновалась в труднодоступном и безопасном месте - нынешний г. Камышин. Торговые караваны давали средства к существованию - хлеб, одежду, оружие. Пограничные городки с Москвой, занимаемые городовыми (мещерскими) казаками, служили местом сбыта добычи.
Хопёрские казаки.
Казаки, проживающие от древних лет вдоль реки Хопёр. Персидская география Х-го века (Годуд ал Алэм) указывает там христианское племя В-Н-НД-Р и рядом с ним язычников Брадас (по-видимому, Берендьяров и Бродников). Во время Золотой Орды московские акты вспоминают там же христиан Сарской и Подонской епархии "в пределе Червленого Яра", "по Великую Ворону, возле Хопор, до Дону по караулам". Это "народ христианский воинска чина живущий, зовомии Козаци".
При расширении границ Московского царства "передел Червленогв Яра" пошел и Тамбовскую провинцию, а местные Казаки от 1696 г. дали кадры Хопёрской команды, которая размещалась по слободам Алфёровка, Красная, Пыховка и Градская. После восстания Булавина, в той же провинции: русское правительство присоединило земли некоторых верховых казачьих городков, а на месте разрушенного Пристанского городка была воздвигнута крепость Новохопёрск. Ее гарнизон занимала Хопёрская казачья команда.
В Полном Собрании законов Российской империи статья от 2 июня 1724 г. говорит: "Которые Казаки живут ныне в Новохопёрской крепости, а уроженцы из Тамбовской провинции разных городов, и служили городовую службу, и в прошлых годах до Азовских походов сошли в донские казачьи городки, и с Донскими Казаками были в походе под Азовом и в разных баталиях. Шведских, и в 1717 г. с службы отпущены и ведено им жить в домах до указу, а те домы их вором Булавиным разорены и. ныне они живут в оной крепости и служат конную службу".
Хунны.
Описывая жизнь народа Гиунг-Ну, китайские летописцы делают «маленькое» замечание, что сами тюрки звали их казаками, а европейцы - хунну. Указывается также, что эти казаки считали себя вольными людьми и не желали служить «своему императору» (т.е. китайскому). Они были руководимы своими атаманами и имели земельные наделы. Земельные наделы назывались тогда тара (от имени богини земледелия Тары и от словосочетания «та ар Ра», т.е. «та земля Ра»). Землевладельцы звались таранчина или Тары сыны.
Описывая на базе китайских источников историю взаимоотношений китайцев с живущим севернее народом белых людей, французские историки рассказывают, как еще в VI веке до новой эры южане стали вытеснять этот народ с его земель. Сначала была завоевана Маньчжурия, потом - Внутренняя Монголия. Параллельно происходила ассимиляция местного населения. Вытесненные родственные народы стали объединяться и нападать на захваченные у них земли, но воюя уже не с китайцами, а со своими же – с ассимилированными Ту-Киу, ранее являвшимися частью народа Гиунг-Ну.
Основатель китайской династии Цинь, великий император Гоанг-Ти, сумел отбросить северных соседей и путем невероятных усилий построил в 214-204 годах до н.э. Великую китайскую стену. Императоры из династии Хань (от 202 года до н.э. до 220 года н.э.) продолжали деятельность Циньской династии. Они стремились завоевать пограничные северные области, покорить варваров («бородатых») и ассимилировать их. Для этого была разработана долговременная стратегия: сначала применялась военная сила, затем использовалось оружие войны информационной. Методом культурной экспансии, путем привития новых вкусов и привычек на занятой территории насаждалась культура с юга.
В 121 году до н.э. китайский император несколько меняет тактику. Он решает расколоть народ белых людей, ассимилировав часть из них. После длительных войн на протяжении жизни нескольких поколений в 51 году до н.э. правитель народа белых людей признал власть императора Поднебесной. В знак своего подчинения он попросил новое имя и, получив его, впредь в своих официальных сношениях с китайским императором неизменно называл себя им. С этого времени правители Гиунг-Ну, а затем и тюркские государи, носили два имени - национальное и китайское, которое они получали при «усыновлении» императором Поднебесной.
Та часть народа тюрков, что не захотела служить императору, получила прозвище Ниунг-Ну, что в переводе с китайского означает «мятежные рабы, непокоренные слуги» (по смыслу нелепо: покорить не смогли, а рабами и слугами назвали).


Червоные казаки.
Две дивизии Красной армии, начатые формированием на Украине после ухода оттуда германских оккупационных войск в 1918 г.
Первые кадры Червоных казаков создал в Чернигове юный большевик Примаков, в качестве красных партизан. Потом к его небольшому отряду присоединились украинские революционные полки: Богуновский, Таращанский, Нежинский и кавалерийская бригада ленинцев из "незаможных селян". Все эти части ни по происхождению бойцов, ни по строю, ни по духу, с Казаками ничего общего не имели и назывались казачьими произвольно только для того, чтобы использовать романтику казачьего имени.
Подобные примеры пользования, казачьим именем случались и раньше, во время народных восстаний в Польше и России. В 1669 г. на Раде в Глухове Казаки возмущались тем, "что пахотные мужики самовольно хотят называться Казаками и поднимают смуты, а тем самым прямым Казакам чинят бесчестие".
К концу русской Гражданской войны Червоные Казаки развернулись в две дивизии: Запорожскую и Черниговскую. Они составили корпус, которым командовал тот же Примаков. В 1925 г. он был откомандирован в Петроград, а полки корпуса из партизанских переведены на положение регулярных частей, пополнявшихся из украинских и русских губерний.
Черкасы горские.
На языке русских актов XVI-XVШ вв. это общее название для северокавказских горских народов; их отличали от Черкасов Днепровских и Донских. Т.к. все Горские Казаки, Гребенцы, во второй половине XVI в. ушли в степи, на Терек, на Дои, Днепр и под Астрахань, русский термин Черкасы горские обозначал только тех Горцев, которые живут на Кавказе и поныне..
Черкасы Пятигорские. В Московском летописном своде конца XV века под годом 1152 поясняется: "Все Чёрные Клобукы, еже зовутся Черкасы". То же повторяется и в Воскресенской летописи. Позднее от этих Черкас стали отличать Черкас Пятигорских, среди которых всё же оставалось немало христиан славянской речи.
Черкасы. Греческие историки, современники монгольского владычества, положительно утверждают, что вошедшие в состав татарской монархии Чиги, Геты, Россы и другие приазовские народы, т.е. Аланы-азы, Казахи или Казаки-Черкасы, приняв от татар нравы, обычаи, язык и одеяние, служили в их войске и возвели могущество их на высочайшую степень славы.
Черкасы - жители Сев: Кавказа в старинном русском произношении; в летописях, это прозвище применялось ко всем народам проживавшим в стране Черкасии, но иногда называют им и предков Днепровских Казаков, без сомнения, зная о их кавказском происхождении. После прихода в наши степи Половцев - Кыпчаков и падения Томаторканской. державы, на границах Киевской Руси стали скопляться её недавние жители: Торки, Берендеи, Торпеи и другие. Они прослыли там под прозвищем, "Чёрные Клобуки". А в Московском летописном своде конца XV века под годом 1152 поясняется: "Все Чёрные Клобукы, еже зовутся Черкасы". То же повторяется и в Воскресенской летописи.
Позднее от этих Черкас стали отличать Черкас Пятигорских, среди которых всё же оставалось немало христиан славянской речи. Для Кавказа понятие Черкасы пришло на смену такому же общему и неточному летописному прозвищу Касаги, Касоги, Казяги. На Днепре оно надолго закрепилось за Казаками и много раз встречается в русских актах, причем тот народ, который в них фигурирует под именем Черкасы, по современным им польским данным известен, как Казаки. Полное Собрание Законов Российской империи пользуется термином Черкасы еще и в 1766 году.
Карамзин считал, что имя Казаков "в России древнее Батыева нашествия и принадлежало Торкам и Берендеям, которые обитали на берегах Днепра, ниже Киева. Там находим и первое жилище Малороссийских Козаков. Торки и Берендеи назывались Черкасами: Козаки также. Вспомним Касогов, обитавших по нашим летописям между Каспийским и Черным морем; вспомним и страну Казахию, полагаемую Императором Константином Багрянородным в сих же местах; (...) столько обстоятельств вместе заставляют думать, что Торки и Берендеи, называясь Черкасами, назывались и Козаками". Карамзин считал Черкасов народом славянизированным и иных Славян кроме Русских на востоке Европы не признавал: Они "под именем Козаков составили один народ, который сделался совершенно Русским, тем легче, что предки их, с десятого века обитав в области Киевской, уже сами были почти Русскими".
Черкасы скопились у Днепра в XI веке под давлением кочевников, пришедших из Азии. Враждебные Кыпчакам, для Татар Золотой Орды они оказались полезными соратниками и обратились в часть Ордынских Казаков. Обратный отход на восток Черкасы начали в XVI в., а в конце XVIII ст., по воле императрицы Екатерины II, они возвратились на земли древней Черкасии, но уже с новым официальным именем Черноморских Казаков.
Но в ХI-ХII вв. не все казачьи предки покинули Кавказ. Часть из них, по русским данным (историки Болтин и Татищев), вызвана баскаком Курского княжения Ахматом в 1282 году и вскоре эти Казаки-Черкасы построили на Днепре город, названный их прозвищем Черкасами. Кроме этого, Ермолинская летопись под годом 1445 сообщает: "Тоже весны царь Махмет и сын его Мамутяк послали в Черкасы по люди и прииде к ним две тысячи Казаков".
Через полвека С. Герберштейн и Матвей из Мехова говорят в своих сочинениях о проживавших в Пятигорьи христианах славянской речи. Эти остатки казачьих предков ушли оттуда на Терек и Дон, а частично под Астрахань и на Днепр, во второй половине XVI века, когда на Сев. Кавказ вторично нахлынули турецкие армии.
Черкесы.
По распространенным русским понятиям, разноплеменные, но родственные по языку и по быту, западногорские народности Кавказа; из них так называет себя только одна небольшая племенная группа, остальные же пользуются своими особенными именами: Кабардинцы, Адыге, Абадзехи, Шапсуги, Натукайцы и другие. У Европейцев — Циркасы. Их древность связана с историей Скифии и Царства Боспорского. Сами они с глубокой древности хранят предание о своем переселении из Шама (Сирии). Греки узнали Церкетов и Зихов задолго до Р. Хр.
Греческие географы указывают их там же, где Черкасы проживают и а настоящее время. Имя Зихи, очевидно, явилось результатом упрощения на греческий лад их настоящего имени Адыге: Адзиге, Дзиги, Зиги, Зихи. Первым проповедником христианства у Черкасов был апостол Симон; Зилот, который; погиб смертью мученика на Сев. Кавказе. Его имя сохранялось до недавна в черкесских исторических песнях и в изустных преданиях. Распространение среди них христианства относится ко времени византийского императора Юстиниана (527-565), который на их земле в Пицунде построил первый храм.
С верховьев Остера, впадающего в Десну, а также из Киева хазары, которых польские летописцы Х в. именовали черкасами и казаками, усилившись новыми переселенцами с Кубани и Дона, завладели всем нижним течением Днепра и построили близ устьев этой реки, немного выше впадения в нее Ингула, новый город под их старым любимым названием "Беловежа", т.е. свободный город. Около того же времени появляется Беловежа и при устьях Буга. Эти Черкасы-Беловежцы впоследствии стали именоваться казаками белгородскими, т.е. людьми свободными, не подвластными никому.
Греческий император Константин Багрянородный под 948 г. говорит об упорной битве Казахов или казацкого народа с тюркскими племенами, в которой казаки остались победителями. Укрываясь в недоступных дебрях Днепровских порогов, Черкасы-Казаки к концу Х в. стали уже грозою для соседних враждебных племен. Видя их силу и храбрость, польский король Болеслав Храбрый в борьбе с братьями за престол пригласил (в 992 г.) казачество к себе на службу и с их помощью поотнял у братьев уделы и распространил границы своего государства от Дуная и низовьев Днепра до Балтийского моря.
От 1792 г. их ближайшими соседями стали Черноморские Казаки, переселившиеся в Приазовье с Днепра и Ю. Буга. Те и другие жили первые годы мирно, причем Казаки легко воспринимали горские обычаи и уже к 1830 году все нарядились в черкесскую одежду. Но со временем куначество между ними и соседними племенами Бжедухов, Шапсугов и Натухайцев было нарушено пограничными инцидентами и включением Казаков в русско-горскую войну. Начались взаимные обиды и набеги. Больше полувека Черкасы вели борьбу с Россией за полную независимость своего края.
В 1861 г. они были принуждены склониться перед силою русского оружия, но большая часть из них отказалась покориться новой власти. Началось усиленное выселение их в Турцию. В первый год после завоевания Кавказа, только на северо-западных горных склонах их насчитывалось до 350 тысяч мужчин, из которых ок. 100 тыс. считались благородными, а к концу восьмидесятых годов там осталось всего 130 тыс. душ об. пола. Освободившиеся земли, по приказу правительства, заняли Кубанские Казаки своими линейскими станицами.
После окончательного "замирения" горских народов, живущие между ними Казаки пользовались относительной безопасностью и еще больше усваивали особые черты психологии и быта Кавказцев. Это происходило тем легче, что многие горские христиане зачислялись в казачьи станичные общины, служили офицерами в казачьих полках, роднились с Казаками, внося в их среду свой кавказский дух, не чуждый и многим Казакам.
Укрываясь в недоступных дебрях Днепровских порогов, Черкасы-Казаки к концу Х в. стали уже грозою для соседних враждебных племен. Видя их силу и храбрость, польский король Болеслав Храбрый в борьбе с братьями за престол пригласил (в 992 г.) казачество к себе на службу и с их помощью поотнял у братьев уделы и распространил границы своего государства от Дуная и низовьев Днепра до Балтийского моря 118).
Жанинцы исповедывали чуть ли не с первых веков нашей эры христианскую веру и говорили на славянском языке. Собственно это были не черкесы, а кубанские "черкасы", древнее и сильное славянское племя, черкасское казачество. Хегатцы и жанинцы в течение нескольких веков с отчаянным упорством отстаивали свою веру и независимость; часть их раньше, в X. XI и XII в.в., переселилась на Днепр, а остальные в конце-концов погибли в неравной борьбе с врагами: остатки их в семидесятых годах XVIII в. были истреблены чумою. Запорожцы на их месте нашли лишь несколько бедных хижин, разбросанных по Кара-Кубанскому острову. О христианстве древних кубанских черкасов свидетельствуют сохранившиеся до ныне многочисленные развалины храмов, чтимых, как святыни, не только нынешними черкесами-христианами, но даже и магометанами.
После русской революции 1917 года, Черкасы оказались под властью Советов. На их землях были образованы Кабардинская Автономная ССР, Адыгейская и Карачай-Черкесская Автономные области, а также Шапсугский Национальный район.
Черкесы. Сталенберг и Рубруквис отличают киргизов татарского историка Абул-Газа от киргиз-кайсаков и называют последних кергезы или черкессы – казаки, вернее – черкесские казаки. Название черкесов, которые сами себя именуют "адигами", происходит от персидского слова "серкеш", испорченного грубыми устами горцев и тоже значит – "неподвластный, бунтующий, вольный".
Когда на берегах Черного моря появились победители Турки (конец XV в.), преследовавшие христиан, Черкесы подверглись постепенной исламизации, Но и приняв магометанства они еще долго праздновали Пасху, Троицу, дни Ивана Купалы и Ильи Пророка. Живший среди них в XV в. Генуэзец Георгий Интериано писал в своих воспоминаниях 'Жизнь Циков, именуемых Циркасами: "Цики", которых так называют на разговорном латинском и греческом языках, у Татар и Турок известны под именем Циркасов, а сами они себя зовут именем Адыгаи. Язык их мало отличается от речи их соседей и такой же гортанный. Они исповедывают христианство и имеют священников греческого обряда.
Детей крестят в возрасте восьми лет и старше, но не поодиночке, а группами, окрапляя их освященной водой, которую приготовляют довольно кратким обрядом те же священники. Благородные знали только охоту и войну. Вместе со своими вассалами - узденями они предпринимали далекие походы на соседей, даже в глубину Крыма, беспрестанно воевали с Татарами, а между делом нападали на поселения свободных людей, укрывавшихся от них в Таманских плавнях или в горах.
Торки и берендеи назывались черкасами, а также казаками.
Черкесы: кличка эта дана им в прежние времена азиатскими народами за их дерзкие разбойнические нападения на море и означает в буквальном переводе "головорезы" (по-персидски серкеш — головорез). Обыкновенно, черкесами называютъ все племена горцев, населяющих восточный берег Черного моря от устьев Кубани до пределов Абхазии.
Черкесы славились повсюду храбростью, величайшим великодушием, гостеприимством, красотой и грацией, как мужчины так и женщины. Но вместе со всем этим, их быт в то время был еще полон жестоких с обычаев. Они вели простой образ жизни, а роскошь признавали только в оружии, в ценных конях и в конском снаряжении.
Оберегая границы Польского и Русского государств на юге от вторжения разных тюркских племен, Черкасское казачество в то же время вело упорные войны с теми же племенами в низовьях Дона и на Кубани, отдавшись под покровительство русских князей. Область эта, известная по летописным сказаниям под древним ее названием Тмутаракани, досталась в удел сыну Владимира Святого (от Рогнеды) Мстиславу.
После войны 1877-78 г.г. и в 1880-90 г.г. низвели число черкесов до 152 тыс. Шапсуги и убыхи выселились все, абадзехи и бжедухи наполовину. Они поселились в Азиатской Турции около озера Ван, близ Ерзерума и Трапезунда и теперь представляют в Турции иррегулярную кавалерию, известную под названием "баши-бузуков", тоже — головорезов.
Жанинское племя было некогда на Кавказе сильным и могущественным, резко отличавшимся от других черкесских племен своею отвагою, гордостью, духом независимости и пламенным характером. Жанинцы исповедывали чуть ли не с первых веков нашей эры христианскую веру и говорили на славянском языке. Собственно это были не черкесы, а кубанские "черкасы", древнее и сильное славянское племя, черкасское казачество.
Чига.
В Средние века название какого-то причерноморского племени: упоминается в "Слове о полку Игореве". Это имя до наших дней сохраняется в названии города Чигорина и в насмешливом прозвании Казаков Русскими. Южные Донцы применяют его в том же значении к своим Верховым: "Чига лыко драла, чига лапти плела.
Чиги. Греческие историки, современники монгольского владычества, положительно утверждают, что вошедшие в состав татарской монархии Чиги, Геты, Россы и другие приазовские народы, т.е. Аланы-азы, Казахи или Казаки-Черкасы, приняв от татар нравы, обычаи, язык и одеяние, служили в их войске и возвели могущество их на высочайшую степень славы.
Чугуевские казаки.
В 1700 году из бывших в Чугуеве казаков и из донских и яицких казаков, служивших в Орле, Курске и Обояни, а также из крещеных калмыков и татар было сформировано Чугуевское казачье войско. Часть этих казаков, так называемые «чутуевские казаки Петербургского легиона», преобразованные позже в «Придворную Чугуевскую казачью команду», включены были в 1796 году в состав «Лейб-Гусарского и Лейб-Казачьего полка». Преемником последнего является Лейб-гвардии Казачий Его Величества полк. Из другой части чугуевских казаков в 1801 году был сформирован Чугуевский казачий полк, преемником которого является 11-й уланский Чугуевский полк.


Шайки.
Был на Украине тип лиц, наряду с реестровыми и запорожскими, именовавшие себя казаками. Иногда польские паны, враждуя между собой, нанимали себе на службу людей, сколачивали из них шайки и нападали друг на друга. Эти шайки тоже именовали казацкими. Вряд ли и состав людей этих казацких шаек радикальным образом отличался от двух предыдущих.
Шведские казаки.
Из становищ северных Гетов-Руссов по берегам Балтийского моря, в Швеции, известны: Рослаген или Родслаген, от Росс и лага (кочевье). Слова Lag и Lagh однозвучащие с Laga, равно как и немецкое Lager, принятое у нас в русский язык в слове "лагерь", употребляются для означения военного кочевья. Сигтун (Чигтун) - город близ Родслагена, основанный Готами в I в. по Р.X. Siokonung-ом (Сивоконем) Воданом. (Туна - тын, по-немецки Zaun, по-английски town - ограда, город). Рескильд - в буквальном переводе "кол для Руссов", т.е. место их казни. В Норвегии Фрёнделаген - место кочевья Гетов "фругундионов" или Фрягов - Уннов. В Англии Данелаг (Danelagh).


Яицкие казаки.
Прежнее название Казаков Уральских. В русских актах Яицкие казаки появляются в средине XVI ст., но имеется много данных предполагать в них Ордынских Казаков, кочевавших вдоль река Яик уже во время господства Золотой Орды. По Ригельману Яицкие казаки проживали уже среди Кыпчаков Половцев, пользуясь в то время особым смешанным языком, на котором могли объясняться с Местными Татарами, а также, что они могли выставить до 30 тыс. вооруженных воинов, а русским царям стали служить после завоевания Астрахани. Тогда же Главный Стан Яицких Казаков находился на р. Яик в 50 клм. от Каспийского моря, на том месте, где теперь г. Гурьев.
В ХШ в. Половцев покорили Монголы Золотой Орды. По преданию, хранящемуся у Яицких Казаков, они вместе с Броднинами участвовали в походе Монголов на Русь, вспоминается также древний казачий Синь-город "в луке Замора" поя Илеком, поют песни и про Куликовскую битву. Где-то, по мнению Казаков, затерялась благодарственная грамота "Вольному Яицкому Войску казачьему", присланная из Москвы кн. Василием III (1505-1533); участие их во взятии Казани (1552 г.) подтверждает "отписка" с Доиа в Москву от 2-го. мая 1632 г.
Если предания отражают историческую истину, то Яицких Казаков следует считать б. Ордынскими Казаками, стоявшими пограничной стражей на реке Яик, после того как она стала границей между враждующими Синей и Белой ордами, но по всем данным, они как и Донцы, в эпоху вековой орлынской "замятни" покидали Яик и возвратились на него только через два-три поколения. Предание рассказывает, как во времена Тамерлана на Яик явился атаман Гугна с Казаками, побил живших там Татар и взял себе в жены вдову их убитого князя. Об этой "бабке Гугнихе" на Урале помнят до сих пор.
А.И. Ригельман (Повествование о Донских Казаках) указывает мерный главный их стан Кош Яик и 450 клм. от моря; потом ими его перенесли на много ниже по течению туда, где теперь Гурьев; одно из поселений находилось против Сарайчика, прежней столицы нагайских ханов, а от Гурьева 80 клм., при урочище Коловратном и на речке Порубежной, на 45 клм. выше нынешнего Уральска и, наконец, обосновали свой центр около устья реки Чаган в Яицком городке (нын. Уральск). Ригельман записал все это со слов самих Казаков. Во всяком случае, в XV в. среди бушующего татарского мира уже существовала организованная казачья община с именем Яицких казаков.
Русская официальная история связывает время появления Казаков на Яике с грамотой нагайского князя Уруса. В 1591 г. Урус жаловался царю Федору: "В те поры, пришед на Яик, Казаков с шестьсот или с семьсот поставили город большой и с того города нам много лиха починили". Согласно же казачьих преданий в 1552 году эта община уже высылала своих воинов под Казань на помощь Ивану Грозному.
С Москвой Яицкие казаки хорошо ознакомились во время долгих скитаний у ее граней. Цари московские были сильными христианскими государями и, когда надо было бороться с общим врагом, Яицкие казаки не отказывали им в доброжелательной поддержке. Занятые самообороной, они не принимали участия в московской Смуте 1605-1613 гг., проявляли лояльность по отношению к новоизбранному царю Михаилу Федоровичу.
В 1677-1678 гг. они добровольно участвовали в "Чигиринских исходах" против Турок; в 1683 году выступали на стороне Русских против Башкир, но при всем этом они ревниво оберегали свою независимость.
Когда император Петр I в 1720 г. потребовал от них безусловной покорности, повиновения и постоянной службы Яицкие казаки увидели в этом нарушение обычной договорности отношений и возмутились. Зная, что открытая борьба с северным колоссом им не под силу, они сожгли свои городки, с намерением переселиться в заяицкие степи к Казахам, но русские войска все же окружили их и усмирили петровскими способами. Была проведена перепись населения, определены постоянные обязанности Казаков и назначена сумма "жалованья" всему Войску Яицкому; дела сношений с ним перенесены из Посольского Приказа в Военную Коллегию, атаман и учрежденная при нем Войсковая Канцелярия стали назначаться царем. Общество потеряло право контролировать и смещать своих начальников, но не смирилось окончательно; последующие попытки преобразовать внутренний строй их жизни неоднократно вызывали открытые восстания, которые приходилось подавлять вооруженной силой.
Они усмирялись жестокостями, расстрелами Войсковых Кругов, виселицами, ссылками в Сибирь, в Солдатские полки и другими карательными мероприятиями. В результате, Яицкие казаки привыкли проявлять наружные знаки покорности, но втайне хранили чувства неприязни не только к новым порядкам, но и ко всему русскому. Этому чувству способствовало и постоянное религиозное давление, бестактное отношение к особенностям казачьего старообрядчества, распространенного но всему Яику.
В 1771 году Яицкий городок стал ареной ожесточенного восстания, во время которого русский гарнизон был вырезан, его начальник, ген. Траубенберг, приказавший солдатам стрелять по Войсковому Кругу порублен казачьими шашками вместе с атаманом Григорием Тамбовцевым, ставшим в защиту петербургского карателя, а вся Войсковая Канцелярия посажена под стражу. Однако русские войска скоро справились с мятежом. Тысячи "бунтовщиков" были наказаны смертью, тюрьмой и ссылкою. Власть перешла от атамана в руки присланного из России коменданта; в центре Яицкого городка сооружена крепость, где помещался сильный русский гарнизон; ликвидирована даже видимость казачьего самоуправления, усилилось и угнетение старообрядцев, усугубившее еще больше неприязнь к русской власти. На следующий год на Яике началось новое восстание под командой Донского Казака Е.И. Пугачева.
Два года Яицкие казаки, Калмыки, Башкиры, Татары уничтожали и изгоняли со своих земель в Заволжья, от Царицына до Казани, всех русских "начальных людей", но в ,конце концов должны были уступить силе и смириться. За свое участие в "бунте" Яицкие казаки заплатили дорого своей кровью, сотнями казненных, рванными ноздрями, беспощадно дранными, сосланными в Сибирь. Именным Указом императрицы "для предания всего случившегося полному забвению", Яик переименован в реку Урал, а Яицкий городок стал Уральском. От этого времени Яицких Казаков стали называть Уральскими, а их вольная некогда община переименована в Уральское Казачье Войско.
С того времени как Яицких Казаков Указом императрицы Екатерины переименовали в Уральских казаков, а реку Яик в Урал, т.е. от 1775 г., Петербург начал присылать им Наказных атаманов, обязательно не Казаков. От 1868 г. они стали одновременно и военными губернаторами Уральской области. Воинской повинностью, снаряжением и обучением молодых Казаков с этого времени заведовал штаб всех войск области, но Уральские казаки сохранили довольно обособленное обширное и хозяйственное устройство своих станиц.
Октябрьский переворот 1917 года нарушил нормальные отношения с русской властью. Большинство готово было выступить в обороне своего края от новых захватчиков. Первый отряд красногвардейцев, появившийся в станице Илецкой, был ими уничтожен весною 1918 г. В дальнейшем им пришлось вести борьбу далеко от всех возможных союзников, без устойчивого тыла, без обеспеченного снабжения, без медикаментов, в полном одиночестве. Неся потери от оружия врагов и сыпного тифа, они 11 января 1919 г. были принуждены оставить город Уральск, но оружия не сложили.
В конце 1919 г. остатки Уральской армии и беженцы, всего 15 тыс. душ, во главе с атаманом Толстовым вышли в поход на юг вдоль восточного берега Каспийского моря. К февралю 1920 г. самые выносливые остатки армии и беженцев, растеряв по дороге 12 тысяч человек, подошли к Александровску, но и тут их уже ожидали победители. Только небольшому числу, ок. 200 человек, во главе с атаманом удалось пробиться за персидскую границу.
Якутские казаки.
В конце XVI века казачий атаман Ермак Тимофеевич «со товарищи» пробил брешь в Каменном поясе Урала и на громаднейшие просторы хлынули самые энергичные, самые свободолюбивые и непокорные силы Московского государства.
В 1630 году на Лену прибыл отряд казачьего атамана Ивана Галкина, который предпринял походы по Алдану и вверх по Лене, вводя в ясачную зависимость проживавшие там якутские и тунгусские племена и роды.
Летом 1631 года на смену Галкину из Енисейска пришел с отрядом в 30 человек сотник Петр Бекетов, организовавший ряд походов вверх и вниз по Лене. Используя как силу оружия, так и дипломатию, Бекетов привел под «царскую руку» еще ряд якутских, тунгусских и бурятских родов и, в 1632 году в центре «Якутской земли» заложил Ленский острог.
В 1633 году к низовьям реки Лены вышел отряд енисейских казаков во главе с Посником Ивановым и Михаилом Стадухиным, где в 1633 году поставили Жиганский острог. Вскоре он стал важнейшим речным портом в низовьях Лены.
Первый морской поход из Лены был совершен летом 1633 года. Во главе отряда, состоявшего из торгово-промышленного люда, енисейских и тобольских казаков, стоял енисейский пятидесятник Илья Перфильев.
Русский царь Михаил Федорович, начиная с 1635 года, повелевает именовать служилых Ленского острога «Якуцкими казаками», и они с гордостью принимают это имя и разносят по просторам Сибири — с великой пользой для государства и со славой для казачества.
В 1636 казачий десятник Елисей Юрьев по прозвищу Буза с отрядом в 10 человек отправился из Енисейска по Ангаре на нижнюю Лену. К ледоставу он добрался только до устья реки Олекмы. Здесь, в Олекминске, основанном в 1635 году, на зимовку собралось много промышленников. Весной, когда Лена вскрылась, Буза с отрядом в 50 человек спустился по Лене, прошел западным устьем и через день прибыл в устье реки Оленек (Омолоевой реки). По некоторым сведениям с Оленька Елисей Буза отправился на Яну.
В устье Яны около 18 февраля 1637 года прибыл Иван Ребров. Ребров остановился в устье Индигирки. В низовье которой построил два острожка, одно из них впоследствии назвали Русским Устьем, положив тем самым начало освоению и заселению Индигирского края. Еще до возвращения Перфильева и Реброва в Якутск вести о богатствах новых «заморских» рек всколыхнули массы поморской вольницы.
Томский казак Иван Москвитинов, докладывая о достижении в 1639 году берегов Великого Тихого океана, говорит о том, что сделал это «для пользы государевой и якутским казакам в помощь».
Енисейский казак Василий Бугор первым выходит на берега Байкала, описывает Ленский речной бассейн и в своих отписках говорит о принадлежности к «якуцким казакам», что подтверждает, позже встав в ряды казачьего гарнизона Якутска.
В 1641 году было создано Якутское воеводство.

наверх