За две тысячи лет язык казачьих племен менялся неоднократно. В самом истоке это был «скифский язык», на котором общались готские и сарматские (кавказские) племена общего индоевропейского корня. По Овидию («Понтийские летописи») скифы (сарматы и готы) говорили одним языком, но на разных наречиях. Письменность этого периода была руническая, все священные храмовые книги раннего периода апостольского христианства были выполнены особым скифским алфавитом, позже названным «антикумом».После того, как на территории бывшей Скифии с X века образовалось княжество Тмутаракань (Азовская Русь, как провинция Киевской Руси), племена, его населяющие, стали ускорено переходить на древнеславянский язык. Священные книги со скифского «антикума» переписывались «кириллицей» на церковнославянский язык русского (русьского) православия.
При нашествии татаро-монгольской Орды на Русь казаки, находясь в составе ордынских войск на основе «тамги» (то есть «дани по людям»), вынуждены были использовать государственный язык Орды – татарский. Низовые донские и запорожские казаки вплоть до начала XIX века говорили и по-русски (по-славянски), и по-татарски (по-тюрски). Многие тюркские слова и выражения остались в казачьем диалекте до настоящего времени. Л.Н. Толстой служил на Кавказе и писал в повести «Казаки»: «Молодец-казак щеголяет знанием татарского языка и, разгулявшись, даже со своим братом говорит по-татарски».
Язык является основной опорой этнического самосознания. Именно язык связывает все области расселения любого этноса и четко обозначает этнические границы, которые не всегда совпадают с границами административными. Казаки нашего времени пользуются русским языком. Общая территория проживания и, конечно же, язык общения племен сформировал устойчивый русскоязычный казачий этнос.
В настоящее время в литературной и канцелярской формах мало отличается от языка русского (великорусского). Казачья народная речь делится на несколько диалектов, из которых одни больше, а другие меньше отличаются от того же русского языка. Диалекты великорусского (русского) и малоросского (украинского) языков. На Дону – гутор, на Кубани – балачка.
Наши диалекты принадлежат нам по праву совместного владения с русскими диалектами и исправно выполняют назначенную им роль в общении между людьми и в деле создания, нашей художественной литературы. Они служат нашим национальным интересам, интересам нашей национальной культуры так же, как французские диалекты служат бельгийцам или или швейцарцам, английские – ирландцам и американцам, а тюркские языки кроме Турции – целому сонму азиатских народов.
Отсюда следует, что язык, как явление переменное, неустойчивое, может считаться признаком национальной принадлежности только условно.
Русские историки не хотят признавать независимого от русских происхождения казаков, ссылаясь и на язык, утверждая, что казаки – русские люди, говорящие на одном с русскими языке. Вместе с тем, единый русский литературный язык – совсем недавнего происхождения. По словам Тургенева, только Пушкин «создал русский язык и установил литературу» (значит, только в первой половине XIX ст., когда Казачество было кроваво подавлено, когда все казачье каленным железом уничтожалось), что до этого времени существовали только отдельные славянские наречия, а вся русская знать считала великорусское наречие языком дикарей и стыдилась говорить на этом наречии.
По данному признаку мы должны были бы признать одним народом португальцев и бразильцев. Или испанцев, мексиканцев, кубинцев, филиппинцев. По этому признаку нам пришлось бы признать народом воров, «ботающих» по-фени. Вместе с тем нам пришлось бы считать, что нет немецкого народа, поскольку наречия разных германских земель очень сильно отличаются. Что нет грузинского этноса — там тоже диалекты настолько разнятся, что жители соседних долин могут друг друга не понимать. И что нет еврейского народа — у него много языков: иврит, идиш, английский, русский и др. Так по каким же все-таки признакам выделять народ?
Помимо родного языка другой составляющей особого этнического чувства является крепкая приверженность «своей» музыке. Музыка – неотъемлемая и важнейшая часть этнических признаков. Послушай, как поют люди, и поймешь, как и чем они живут. Казаки свои песни не поют, они их играют. Казаки так и говорят: «Я тебе сыграю песню, и ты сразу всё поймешь, что к чему». Редко где найдешь такую музыкальную красоту многоголосого мужского хорового пения как у казаков. Чистые голоса улетают из вольной степи прямо в поднебесье, к Богу. Казачья песня способна сплачивать, объединять, песня направляет людей в одно русло.
www.kazak-center.ru